Сюжеты

НЕ СТОЛЬКО ВАЖНО НЕ УПАСТЬ, СКОЛЬКО УМЕТЬ ПОДНИМАТЬСЯ!

Этот материал вышел в № 91 от 17 Декабря 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

НЕ СТОЛЬКО ВАЖНО НЕ УПАСТЬ, СКОЛЬКО УМЕТЬ ПОДНИМАТЬСЯ! До сих пор я был уверен, что возможная близость к Кремлю никакого человека не украшает, но президент Федерации дзюдо России Владимир Шестаков не производит того впечатления, какое...


НЕ СТОЛЬКО ВАЖНО НЕ УПАСТЬ, СКОЛЬКО УМЕТЬ ПОДНИМАТЬСЯ!
       

   
       До сих пор я был уверен, что возможная близость к Кремлю никакого человека не украшает, но президент Федерации дзюдо России Владимир Шестаков не производит того впечатления, какое пять—десять лет назад производил Шамиль Тарпищев. Может быть, все еще впереди, но сегодня это очень скромный человек с широкими плечами, тихим голосом и обаятельной улыбкой. Не стучит кулаком по столу, никого не пугает, «вертушки» в кабинете нет. В общем, нормальный человек.
       Думаю, дело в том, что, будучи серебряным призером Олимпийских игр в Сеуле, он не стал делать карьеру при большом спорте, а однажды уйдя из него, реализовался в бизнесе и только потом принял предложение спасать родную борьбу. Сегодня, после десятка совершенно пустых лет, в дзюдо два российских чемпиона Европы и три чемпиона мира, из которых один – абсолютный
       
       — Владимир Зарипзянович, давайте сразу быка за рога: насколько вам помогает то, что дзюдо входит в сферу личных интересов президента России Путина?
       — С одной стороны – хорошо, что власть имущие так или иначе стали уделять нам внимание, а с другой… столько негатива, столько спекуляции вокруг этого пошло: фонды какие-то непонятные, турниры с непонятными целями… Очень много политики, мне это здорово мешает работать.
       — Минуточку! А не под вашей ли эгидой будет проводиться Кубок президента?
        — Под нашей. Но это особый случай. Турнир международный, и президент Путин сам выразил пожелание, чтобы он всегда проводился в разных регионах, и регионы всегда особым образом готовятся к нему. Вот сейчас он пройдет в Новокузнецке, так город десять автобусов закупил, дорогу построил, спортшколы отремонтировал – чем плохо? По-моему, очень перспективная и хорошая идея получилась: детей больше ходит, родители стали внимание обращать!
       — Так это его инициатива?
       — Да. Причем на первом Кубке он присутствовал, такой эмоциональный подъем был у всех – мол, президент хочет здоровую нацию… А сейчас у него уже такой график, что неизвестно, сможет ли он вообще свой Кубок посещать. Да и тоже – вокруг турнира уже не на ковре, а под ковром борьба пошла.
       — А кто участвует?
       — Япония, Корея, Франция, Иран… две российские команды… ну, конечно, Украина, Белоруссия и Казахстан. Германия и США тоже сначала собирались, а потом из-за всех этих взрывов дали отказ.
       — Президент Ельцин, как известно, увлекался теннисом, что довольно сильно помогло этому спорту. Но в связи со всем этим за Шамилем Тарпищевым тянется довольно неприятный шлейф. Лично вы как к нему относитесь?
       — Ну в деловом отношении я его очень уважаю. Для тенниса сделано очень много: и мужчины, и женщины наши в теннисном рейтинге сегодня стоят довольно высоко. На Ленинградском проспекте новый дворец достраивают, в общем, работа проделана колоссальная.
       — А какие его ошибки вы бы не хотели повторить?
       — Ошибки… В работе?
       — Не столько в работе, сколько, наверное, в «пиаре».
       — Ну это НФС, конечно. Он же был одним из инициаторов создания Национального фонда спорта. Изначально идея была очень неплохой, но, наверное, люди не те подобрались, заниматься не тем начали.
       — Н-да… Владимир Зарипзянович, а вы уже поняли, какая основная задача сейчас стоит перед Федерацией дзюдо?
       — Я так понимаю, что это детский спорт, спорт в регионах, массовость…
       — Нет-нет! Сначала вам просто нужно доказать всем, что дзюдо гораздо лучше, чем горные лыжи! На Красной Поляне уже такой комплекс забабахали, аж на несколько миллиардов! Масштабы – планетарные! Комплекса еще нет, а скандал уже идет...
       — Я понял вас. Нет, с горными лыжами у нас конфликта нет. Действительно, там уже многое сделано за последние годы, даже в Москве, говорят, новую трассу построили… У нас совсем другое дело. Горные лыжи – спорт, так сказать, элитарный, дорогой, а у нас все проще. И вложений требуется гораздо меньше, и пользы для мальчишек по всей стране больше.
       — Теперь и я вас понял. Дзюдо – это как бы народный спорт, да? Но как быть с тем, что еще на памяти моего поколения все восточные единоборства запрещали вплоть до уголовной ответственности?
       — Дзюдо в этом плане всегда стояло как бы особняком. Мы очень близки к самбо, а самбо у нас в стране культивировалось всегда. Помните – САМооборона Без Оружия. Да и чего скрывать-то: наш президент всегда увлекался дзюдо, мальчишкам это нравится, да и многие мамы думают: «Отдам-ка я своего парня дзюдо заниматься, может, и он когда…»
       — А какие сейчас отношения между федерациями дзюдо и самбо? Ведь мальчишки сегодня даже слова такого – «самбо» – не знают.
       — Ну, во-первых, нужно отдавать себе отчет в том, что школа самбо – колыбель для всех наших дзюдоистов, на Олимпиаде в Токио СССР вообще представляла команда самбистов. В этом наша особенность и плюсы, ведь самбо в свое время создавалось на основе множества видов национальной борьбы. Уже потом, в 70—80-х, политика велась на разделение федераций. Мы, конечно, сотрудничали, но меньше, чем хотелось. А уже сейчас с председателем Федерации самбо Тихомировым мы начинаем сотрудничать теснее.
       — Владимир Зарипзянович, насколько я знаю, в японских видах борьбы есть такое понятие – «сэнсэй», что в переводе значит даже больше, чем учитель. Кого вы бы назвали своим сэнсэем?
       — Их двое. Это Владлен Михайлович Андреев и Анатолий Алексеевич Хмелев. Их сегодня уже нет, но я их помню и очень уважаю. Недавно меня назначили главным тренером сборной, и я мечтаю когда-нибудь заслужить такое же уважение к себе, какое имели эти люди.
       — Вы можете сейчас простыми словами сформулировать идеологию дзюдо?
       — В классической японской легенде рассказывается о том, как врач Акаяма Широбеи наблюдал за веткой сакуры, на которую ложился снег. Ветка согнулась, снег упал, и она снова выпрямилась. То есть победа гибкости над грубой силой. А еще в России есть такой герой – Ванька-Встанька, так это тоже наша идеология: не так важно не упасть, сколько уметь подниматься.
       — Вы сегодня можете вспомнить, когда вам последний раз приходилось вступать в драку?
       — Могу. Это было уже в зрелом возрасте, лет в тридцать с лишним, когда я приехал к себе в родную деревню на машине и там пьяная компания дорогу загородила… даже конфликта никакого не было, я просто вышел из машины и сразу получил удар ломом.
       — Ну и?..
       — Да как-то разошлись...
       — Значит, «против лома есть приемы»?
        — Есть, конечно. Если бы я не успел среагировать, мне бы сразу в висок попали. Это все алкоголь. Ребята-то все знакомые были, просто не узнали, мы потом даже смеялись вместе.
       — У вас есть дети?
       — Трое. Сташему сыну – двадцать, среднему – девятнадцать, и дочка совсем маленькая.
       — Ну и как у них с дзюдо?
       — Средний парень перспективный очень был, характерный, упорный. Мне недавно тренер молодежной сборной сказал, что и сегодня его можно было бы подготовить к выступлениям, но он сейчас за границей учится.
       — А как вы начинали?
       — У себя в поселке Куеда Пермской области. У нас хорошая школа была, много мастеров вышло. Я не хотел оттуда уезжать, но после армии я женился, родился сын, и пришлось уехать в Пермь, там квартиру дали. Потом я в Москву уехал, здесь работать начал. Потом тут все рассыпалось, тренером работать было нельзя – на триста рублей троих детей не прокормишь, и я за границу уехал. Год там грузчиком работал, а по вечерам тренировал. Потом вернулся, мы с братом бизнес открыли… ну, честно говоря, бизнес был, как тогда у всех: «купи-продай», потом уже поступил в Академию внешней торговли и научился кое-чему. А вот пару лет назад позвали в федерацию, попросили здесь дела наладить… вроде получается.
       — В будущем году Федерации дзюдо будет тридцать лет. Я помню, как в самом начале 70-х мальчишки просто ломились на фильм Куросавы «Гений дзюдо». Вашу федерацию учредили благодаря этому массовому психозу?
       — Нет, благодаря тому, что с 60-х годов дзюдо вошло в олимпийскую программу. А фильм и на меня произвел потрясающее впечатление. Мы все хотели быть похожими на этого героя, который никогда не падал, а переворачивался в воздухе, как кошка… А жалко, что про спорт серьезных фильмов больше не снимают. У нас вообще не помню, когда был. «Вратарь» в 30-х годах – и все! А ведь очень важно показать внутренний мир спортсмена! Я вот только на Олимпийских играх понял, что самое главное – себя перебороть, тогда уже вообще ничего не страшно.
       — Насколько я помню, в «Гении дзюдо» основным был конфликт главного героя – дзюдоиста – с представителями школы карате, и в нем он вышел победителем. Скажите, а были попытки провести абсолютный чемпионат между различными школами боевых искусств?
       — Да. В Америке и сейчас проводятся бои «без правил».
       — Ну и кто кого?
       — Ну наши, конечно. Самбисты, дзюдоисты. Ударная техника хороша, только если сразу попадешь, а если нет, то потом проблемы начинаются.
       — Сколько сейчас в России народу занимается дзюдо?
       — По статистике нашим спортом сегодня занимаются 140 тысяч человек.
       — Это много?
       — Это стыдно. В Швейцарии – 150 тысяч. Во Франции – полтора миллиона, в Бразилии – два с половиной.
       — Внушает. А как сегодня делятся между федерациями те копейки, которые в бюджете страны идут на спорт? Вот стоило бы журналисту посмотреть, какая за них идет борьба?
        — Не нужно на это смотреть. Все равно деньги, которые на спорт выделяют, до федераций не доходят. У меня лично не стоит задача оторвать побольше. Нам хорошо бы знать точно: выделено столько, тратьте, как хотите, но в результате должно быть то-то и то-то. Все. А просить я никогда не ходил и не хочу. Ни к кому.
       — А после двух лет руководства федерацией в общем какие ощущения?
       — Странные. Я даже и не знаю, буду ли я здесь работать дальше, когда мой первый срок закончится. Но в последнее время появилось ощущение стабильности. Пусть даже не сама стабильность, а ее ощущение, но все равно важно. А борьба локтями, чтобы оказаться поближе к раздаче, – это не мое. Под ковром бороться – тоже неинтересно, я предпочитаю на ковре. Тут и результат сразу виден.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera