Сюжеты

XXXXXXXX

Этот материал вышел в № 93 от 24 Декабря 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

В декабре исполнилось 10 лет с начала раздела Черно-морского флота Жизнь советского Севастополя напоминала огромный маховик, насаженный на мощный стержень — военный флот. Его бесконечные обороты определяли тысячи и тысячи человеческих...


В декабре исполнилось 10 лет с начала раздела Черно-морского флота
       

  
       Жизнь советского Севастополя напоминала огромный маховик, насаженный на мощный стержень — военный флот. Его бесконечные обороты определяли тысячи и тысячи человеческих судеб.
       Каждый год большинство севастопольских парней поступали в два высших военно-морских училища. Девчонки шли либо в приборостроительный институт, либо притыкались по техникумам и ПТУ. Через некоторое время барышни выходили замуж за курсантов-пятикурсников и вскоре покидали родной город. Десять—пятнадцать лет спустя семьи возвращались, накопив деньги и желание оторваться после гарнизонной тоски. Пока жены заполняли разбронированные квартиры хрусталем, коврами и прочими предметами совковой роскоши, мужья дослуживали свой срок и выходили на пенсии размером в два инженерских оклада. Их подросшие дети к тому времени уже готовы были идти по стопам родителей — начинался новый цикл бесконечного вращения.
       И вдруг в 1991 году маховик остановился. В Севастополе, наверное, были больше готовы к ядерной войне, чем к независимости Украины. Парадоксально, что на референдуме по поводу незалежности город с завидным единодушием проголосовал «за». Самое удивительное: на Черноморском флоте показатель был на 10 процентов выше, чем среди гражданских.
       Чтобы разгадать эту загадку, нужно полистать городские газеты той поры. Там в одной новостийной колонке соседствовали сообщения о властных органах России, Украины и Советского Союза. Люди были в большинстве своем абсолютно дезориентированы.
       Многие до сих пор не отошли от шока. Но те, кто хорошо помнил присказку про мутную водичку, понимали, что на сублимации амбиций двух новых славянских государств можно и деньги заработать, и карьеру сделать. Когда наверху сотрясали воздух разговорами про геополитические интересы, здесь, на месте, шустрые люди из геополитики устроили банальный тотализатор. И сегодня, десять лет спустя, уже видно, кто правильно сделал ставку в те смутные времена.
       
       Хоть и привыкли на Черноморском флоте выступать в глазах общественности страдальцами за российские интересы во «враждебной» Украине, сегодня нельзя не признать, что от всей этой истории с разделом военные выиграли.
       ЧФ — иностранный легион. А это значит, что денежное довольствие офицеров здесь на порядок выше, чем у их коллег на ТОФе и Северном флоте. Но деньгами дело не ограничивается.
       В связи с новым статусом Черноморского флота служба здесь стала прекрасным ускорителем для многих карьер. Начнем с того, что почти все командующие постсоветского периода перебирались из Севастополя не просто в Москву, а в Генштаб, причем на весьма приличные должности. Касатонов был первым заместителем главкома, Кравченко сейчас начальник штаба.
       А карьеру Геннадия Сучкова, бывшего замкомандующего Черноморским флотом, вообще можно считать уникальной. В свое время на ЧФ ему уже готовились дарить халат и тапочки, все шло к уходу на пенсию. И вдруг назначение командующим сначала на ТОФ, а потом и на Северный флот.
       Было время, флотские объекты хронически сидели без тепла и света. Было время, месяцами задерживали денежное довольствие. Но больше всего доставала неопределенность. Невнятность ельцинской политики по Севастополю рождала опасение: а вдруг базу переведут в Новороссийск. Тогда большинству пришлось бы бросать обжитые квартиры или увольняться.
       Этот смутный период продолжался почти семь лет. Многие не выдерживали и присягали Украине. В городе ни для кого не секрет, что уходили по двум причинам: чтобы гарантированно остаться в Севастополе и ради быстрого продвижения по службе. Карьеристов в украинском флоте набрался целый батальон. Они так и служили — офицерским батальоном, поскольку призывников для формирования частей для такого количества командиров в первые годы не хватало.
       Перебежчики получили то, чего хотели: чины и гарантированную севастопольскую прописку. Но они проиграли по деньгам. А самое главное, потеряли уважение горожан. Экзальтированные бабушки плевали в кокарды с трезубцами. Остальные же просто записывали обладателей таких фуражек в неудачники. Считалось, что хорошие офицеры со службы не побежали бы.
       Справедливости ради нельзя не сказать, что среди переприсягнувших были и идейные украинцы. Один из них, Мыкола Гук, отличился тем, что в глухие советские времена требовал, чтобы его детей в школе учили украинскому (в Севастополе это не практиковалось). Такая преданность была оценена молодым государством, и Гука забрали в Киев. Но там у него отчего-то не сложилось. Злые языки говорят, что, помимо патриотизма, оказался нужен еще и профессионализм. Сегодня Гук пугает горожан, выступая по местному телевидению как общественный деятель исключительно на государственном языке. Его никто не понимает, и от этого севастопольцам становится как-то тревожно. Благо выпускают Мыколу на экран нечасто.
       Вернемся к теме Российского флота. В его истории поворотом к лучшему можно считать тот момент, когда на Севастополь обратил внимание Юрий Лужков.
       Идея завлечь мэра столицы принадлежала командиру противолодочного крейсера «Москва» Владимиру Богдашину. Изначально планировалось, что Белокаменная будет шефствовать только над одноименным кораблем, но это был не масштаб Лужкова, который последовательно расширял сферу своих интересов сначала на весь флот, потом на город, а потом и на полуостров.
       Бесшабашная смелость влиятельного российского политика, который озвучивал крамольные мысли о российском статусе Севастополя, снискала Лужкову бешеную популярность среди горожан. Возможно, он и строил все эти дома, школы, детские сады только ради того, чтобы искупаться в цунами наивной провинциальной любви, на которую циничные москвичи неспособны.
       Нужно отдать должное флоту. В 1999-м, когда популярность Путина была столь же высокой, как его адмресурс, Черноморский флот голосовал за «Отечество». Сердцем ли, рассудком — неизвестно, но верность мэр Москвы оценил, и финансовые потоки из столицы России в Севастополь не иссякают.
       Это была вторая верная ставка в политической рулетке. Первый грамотный ход был сделан, когда флот отказался переподчиняться в конце 1991 года Украине.
       Что тогда руководило Игорем Касатоновым: романтические мысли о верности присяге, военный консерватизм или расчет, откровенно на этот вопрос он, я думаю, уже не ответит.
       Смутные времена уже позади. Украина дружит с Россией, а украинские чиновники в Севастополе — с российскими военными. Ситуация поменялась зеркально. Раньше от электроэнергии и тепла отключали Черноморский флот. В этом году, когда ударили морозы, замерзал город, а российские части — нет. Межгосударственная система взаимозачетов сделала флот-арендатор любимчиком городских властей.
       Так что все у российских моряков сейчас на Украине хорошо. Деньги получают в срок. Жильем обеспечены. Перспективы для карьеры прекрасные. Жизнь в уютном Севастополе не идет ни в какое сравнение с гарнизонной тоской где-нибудь в Видяеве. А вместо рискованных автономок — представительские походы в Канны и Тунис. Пожалуй, они это заслужили.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera