Сюжеты

К МИЛЕДИ И МИЛОРДУ ДОБАВИЛАСЬ ПОНЯША...

Этот материал вышел в № 94 от 27 Декабря 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

По счастливому совпадению в год Лошади у «Новой газеты» появились пони Когда тигренок в первый раз попытался выбраться из домика, ему был месяц от роду. На небольшом порожке у выхода сначала показались мощные передние лапы, а следом...


По счастливому совпадению в год Лошади у «Новой газеты» появились пони
       


       Когда тигренок в первый раз попытался выбраться из домика, ему был месяц от роду. На небольшом порожке у выхода сначала показались мощные передние лапы, а следом голова. Вылезти оказалось не так-то просто. Парень пыхтел-пыхтел, но все же преодолел преграду — он ведь будущий глава семейства.
       Так начинались первые выходы «в свет» троих малюток, родившихся в середине сентября в пензенском зоопарке у амурских тигров Альфы и Тимура. С трехнедельного возраста мама-тигрица приносила деткам кусочки мяса. Те еще не могли своими молочными зубками разорвать куски, но уже облизывали их, высасывая сок. В общем, привыкали к настоящей пище хищников. Сейчас тигрята еще питаются материнским молоком, но уже по-взрослому дерутся за «добычу», которую утром и вечером им приносят в клетку. Все семейство съедает за день семь килограммов мяса, и малыши активно прибавляют в весе.
       Проявились у них и первые привычки. На прогулку из своего теплого домика выходят, лишь когда погода по нраву — чтобы было солнечно и безветренно.
       В прошлом месяце «Новая газета — Мир Людей» провела среди читателей конкурс на лучшее имя тигрятам. Остановились на том, что девочку назвали по-королевски достойно — Миледи, а парня — Милордом.
       Малыши пока с мамой. Пусть в клетке свежо, потому что живут тигры «на свежем воздухе» круглый год, как жили бы на воле, все равно с мамой. А у нее одно желание: тигрят бы никто не отнял. Один маленький уже пропал за прутьями клетки: увезли его в Тулу, в тамошний зоопарк. И когда его пришли забирать, Альфа, словно зная, что произойдет, никого не хотела пускать в клетку. Да и сам малыш упирался и вырывался, когда его взяли на руки. Для мамы он пропал навсегда, и про него она забыла, вся ее любовь — в двух кривоногих, по-медвежьи неуклюжих и почти по-птичьи пищащих котятах.
       А недавно у трехмесячных тигрят была прививка. От бешенства и всех болезней. На прививку тигрят вместе с работниками зоопарка пришли и корреспонденты с телекамерой. Тщательно засняли весь процесс, как обездвиженным, испуганным тигрятам всаживали иглу шприца и впрыскивали вакцину. Как их отпустили на землю и позволили прийти в себя. «Ой, а давайте их сфотографируем!» Тигренок рычит, не дается, пытается напугать, хотя сам от испуга дрожит, как осенний лист. Поймали, закутали в фуфайку и подняли на руки. Один кадр, второй, третий, четвертый, пятый... Тигрята переходят с рук на руки. И висят, жалобно поджав хвосты. «Ой, а давайте еще! Ой, как здорово!». А тигренок — не манекенщица, и не поймут корреспонденты, что их не для того от родной матери оторвали, чтобы позировать на чужих руках. Пугать вспышкой и заходиться восторгом, что все знакомые при виде этой фотографии будут дружно вздыхать: «Вот это да-а!» Котята растерялись, у них еще и так не прошел шок от острой боли в загривке. А корреспонденты попользовались и, довольные собой, убежали.
       Альфа в это время тяжело вышагивает вдоль стены, разделяющей ее и малышей. Ступ-ступ, ступ-ступ. И вдруг пронзительно, словно раненая, хрипло кричит. «Ру-у-а-а-у!» Отняли! Она их слышит, они совсем близко, но помочь им она не может. Ни-чем! Суровая тигрица плачет без слез. Горько рыдает, смотря сквозь стальную решетку на столпившихся у клетки соглядатаев чужого горя: «Чего вам от меня еще надо?.. Лишили самого дорогого, а теперь смотрите, как я страдаю?..»
       У задней стены клетки грубые чужие голоса: запускают тигрят обратно. В остервенении Альфа с разбега бросается на решетку и раскатисто рычит на их голоса так, что, кажется, на мгновенье в испуге застыло все живое. Кроме людей. Вдруг она слышит легкое, чуть заметное поскребывание. Вот тигрята уже показались на пороге домика. Мама замечает их. «Вернулись!» Ерунда, что от них пахнет людьми, лекарствами и чем-то еще, главное — вернулись! Тигрята подбегают к маме, жалуются: им сделали больно. «Кья! Кья!» — как маленькие птенцы, попискивают тигрята. «Кья-а!» — стараются прижаться они поближе к теплой и доброй маме. «Кья-а! Кья-а-а-а!» Альфа усаживает малыша перед собой и вылизывает его загривок, пока второй спрятался возле теплого маминого живота. И даже зрители за прутьями решетки ее не смущают. Она их просто не замечает. Не стоят они того. У нее есть тигрята — ее жизнь, ее свобода. И даже в четырех стенах, подпертых решетчатым потолком, для нее есть счастье. Счастье — в детях.
       Альфа не отпускает малышей далеко от себя. Только кто-то из них пытается отползти подальше, как она начинает фырчать: мол, идите сюда. Тигренок мурчит в ответ и возвращается. А если нет, то Альфа берет расшалившегося малыша за шкирку и несет в домик.
       Она, большая хищная желто-полосатая кошка, с которой человеку бороться даже бессмысленно — все одно одолеет, перед своими тигрятами становится беспомощной. Они с ней делают все, что вздумается: вскарабкиваются на спину, отчаянно помогая себе всеми четырьмя лапами, пытаются залезть даже на голову, срываются, падают, встают и жалобно прижимаются к маме. Альфа нежно шершавит их по головам своим теплым языком, облизывая ушибленное место.
       Ходят тигрята необычно. Словно выстилают лапы, перед тем как сделать очередной шаг. И ступают так мягко-мягко, как по толстому ковру. У мамы шаг тяжелый. Устала. И приласкать ее некому. Папа Тимур хоть и обитает в соседней клетке, ко всему, что происходит за стенкой, убийственно равнодушен. В солнечный денек лежит себе на железном домике и дрыхнет. Или ходит по клетке кругами и восьмерками. Семьей даже не интересуется. Да и не знает он такого понятия — семья. Его отсадили еще до рождения малышей. Папаша может посмотреть на них через маленькое зарешеченное окошко. Только зачем? Семья — это все человеческие заморочки. Тигры любят свободу, пусть даже в границах клетки два с половиной на четыре метра.
       А еще в пензенском зоопарке благодаря «Новой газете» случилась большая радость. В виде трех милых, добродушных шетленских пони родом из Ростова-на-Дону: мама Полянка, папа Снежок и сынишка Серпантин. А через несколько недель мама-пони ожидает еще одного жеребеночка. Вот такая добрая традиция: в год Тигра в семье подопечных «Новой газеты» появились тигрята, а в начале года Лошади у пони должна родиться поняшка.
       
       P.S.
       На днях в московскую редакцию «Новой газеты» заезжала красавица Лена Демакова — директор пензенского зоопарка. Мы обсудили поведение наших питомцев и решились еще на один шаг… О том, какое пополнение окажется рядом с нашими тигрятами, читайте в новом году.

       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera