Сюжеты

«БО БА БУ» — ОСТАНОВКА В ПУСТЫНЕ

Этот материал вышел в № 07 от 31 Января 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

VII кинофестиваль «Лики любви» показал: у всех все сложно — от Индии до Норвегии Фестиваль «Лики любви» снова повысил «градус» привычной зимней московской слякоти киновариациями любовных страстей. Зритель получил редкую возможность их...


VII кинофестиваль «Лики любви» показал: у всех все сложно — от Индии до Норвегии
       
       Фестиваль «Лики любви» снова повысил «градус» привычной зимней московской слякоти киновариациями любовных страстей. Зритель получил редкую возможность их «сравнительного анализа» в географическом диапазоне от Австралии и Бразилии до Словении и Кореи и в историческом разрезе — от традиционных костюмных драм в духе «Майерлинга» до шокирующих аморальных историй, подобных картине Рольфа Тилле «Гриммовы сказочки для похотливых парочек».
       Нетерпимость, нерешаемые проблемы, несчастье и одиночество в такой концентрации разлиты в воздухе современного авторского кинематографа, что классические злодеи уже неактуальны. Они выглядят сегодня допотопными, безобидными чудаками — все эти Фантомасы, Дракулы, доктора Лекторы.
       И любви на экране все труднее противостоять в этом невидимом сражении с обыденной драмой жизни...
       
       В основном герои любовных кинодрам являются к нам с экрана словно для того, чтобы напомнить: сюжетов в природе существует не так уж много. Главное — рассказать их по-своему. Японцу Иджи Окуда это удалось. Он снял версию «Лолиты». В «Юной девушке» история страсти юности и опыта, отроковицы Йоко и полицейского Томокава, передана без надрыва и муки. Фильм снят с холодной изысканностью иероглифа.
       Другая героиня киноромана — Мона («Мир Моны»). Может, она и не прекрасна, как Мона Лиза, но в меру загадочна. Одинока. Своего избранника любительница фантазировать увидит на… сеансе опознавания преступника. Того, кто украл у нее сумочку. Смотрит он на нее с экрана. И она влюбляется, ну совершенно, как «Пурпурная роза Каира». Теперь он мерещится ей повсюду. А настоящий преступник как назло все время попадается на глаза… Но Мона отчего-то никак не идентифицирует романический экранный образ и этот скромный потрепанный «облик ее любви». О, как трудно бывает совместить две «картинки»: разрисованную раскованным внутренним «я» прекрасное видение и печально явленное нам в качестве суженого, ряженого в реальном облике. Но если присмотреться повнимательнее… Это тоже лик любви. Она может едва мерцать, как кардиограмма сердечника. Тогда ей почти не под силу вытащить героев из омута мглистой жизни.
       В «черно-сером» словацком фильме «Хлеб и молоко» (лучший дебют Венецианского фестиваля) — тоже треугольник. Но весь перекошенный, изломанный. Муж — алкоголик. Сын — наркоман. Измотанная, истощенная этой неравной схваткой с реальностью, мать пытается заработать крохи уборкой, чем угодно. Пытается на скользкой наклонной, по которой сползают «ее мужчины», удержать их. И не удерживает.
       Тема невозможности счастья при всех, казалось бы, внешне благоприятных обстоятельствах — в норвежской картине «Слишком длинная ночь». Снятый в стиле «Догмы», продуманно-небрежно, фильм рассказывает о рождественской вечеринке, ради которой в коттедж на севере Норвегии съезжается из разных краев большая семья. Собирается на семейное торжество словно лишь для того, чтобы к утру окончательно разрушить пунктирные родственные связи…
       Еще недавно обласкано и окурено фимиамом славы было иранское, югославское, китайское кино. В этом сезоне «носят» индийское. В конкурсе «Ликов…» — две очень разные картины. Первая, «Ашока», вполне традиционная костюмная лав стори, расцветающая на фоне кровавых войн за два столетия до нашей эры. Другая, «Самсара», — одна из лучших картин фестиваля. Игровой дебют Пана Налина по праву может претендовать на звание философского трактата о любви. В согласии с буддийской этикой человек может иметь четыре высшие цели: закон, польза, любовь и спасение души, при этом одна из ценностей должна быть ведущей. Герой фильма проходит целый круг испытаний, но в финале все равно остается на распутье жизни. Отшельничество в скалах, жизнь в монастыре, тайны постижения бытия через медитации и приближение к нирване — все «обряды вечности» оказываются лишь ступеньками к проникновению в суть жизни, которой, возможно, и является Любовь.
       Благодаря «Ликам…» к нам вернулся режиссер Али Хамраев. Хамраев пал жертвой «землетрясения» и развала СССР. Мама — украинка, отец — таджик, в паспорте — узбек, учился во ВГИКе у Рошаля. Художник, снимающий тонкое европейское кино с продуманной долей ориентализма. Хамраев умеет сочинять киностихи («Триптих», «Человек уходит за птицами»). Умеет насыщать экран темпераментом действия («Седьмая пуля», «Телохранитель»). Он — профи, каких в наших пенатах осталось не так уж много. Между тем в течение 10 лет Хамраев ничего не снимал, с тех самых пор, как почил амбициозный мегапроект «Тамерлан». Тихо и печально влачил режиссер отнюдь не убогую жизнь в солнечной Италии, куда попал благодаря покровительству Микеланджело Антониони. «Бо Ба Бу» — коопродукция Узбекистана — Италии — Франции — попытка выйти из кризиса, длительной депрессии. Бо Ба Бу — похожие звуки первыми произносит человек на земле. Хамраев рассказывает притчу «первых людей». Снимает изысканную вариацию на тему библейского «Не возлюби жену ближнего своего». Отец — Бо, Сын — Ба и Женщина — Бу. И Пустыня. Земля, скрытая песком, не умеет родить Любовь. Но зато на этом прокаленном песке произрастает Власть одного человека над другим, быстрая, как летящие по ветру песчаные слои, игра граней жизнь — смерть, любовь — ненависть.
       Фильм «Бо Ба Бу» удостоился Гран-при фестиваля. Его прокатом теперь займется лучший российский продюсер Сергей Сельянов. И очень хочется верить, что эта нежданная для режиссера удача вернет ему надежду. Надежду работать. Хорошо бы здесь. Может, тогда узбек по паспорту Хамраев снимет для следующего конкурса «Ликов…» и фильм от России?
       Тем более что «любить по-русски» на экране нынешних «Ликов…» не получилось, отборщики фестиваля не нашли достойной профессиональной работы в столь любвеобильной стране, как наша. Усиленно продвигаемую на конкурс «Лавину» фестиваль отверг под благовидным предлогом ее уже состоявшейся в Кремле премьеры. А новоиспеченный фильм француза Жан-Мишеля Карре по сценарию Виктора Мережко «Лиса Алиса» не прошел селекции. (И это мнение отборщиков я вполне разделяю.)
       Кажется, Толстой говорил о способности любви превращать жизнь из бессмыслицы в нечто осмысленное. Выхваченные из общего кинопотока лав стори, сложились неожиданным образом в общую сагу о непростом чувстве на фоне непростой жизни в начале третьего тысячелетия...
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera