Сюжеты

ПРОПАЛИ БЕЗ ВЕСТИ, ВЫПОЛНЯЯ СВОЙ ДОЛГ

Этот материал вышел в № 08 от 04 Февраля 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Исчезают журналисты, интересующиеся связями власти и криминала Пропадающие без вести в мирное время журналисты характеризуют власть лучше любых рейтингов. Бесследно исчезнувший газетчик в цивилизованной стране — это почти наверняка ЧП...


Исчезают журналисты, интересующиеся связями власти и криминала
       


       Пропадающие без вести в мирное время журналисты характеризуют власть лучше любых рейтингов. Бесследно исчезнувший газетчик в цивилизованной стране — это почти наверняка ЧП государственного масштаба. А, к примеру, в пиночетовском Чили — привычное дело. На Украине пропавший редактор Георгий Гонгадзе стал причиной сильнейшего правительственного кризиса, а в Белоруссии исчезновение тележурналиста Дмитрия Завадского привело к отставкам силовых министров.
       За полтора года в России пропали без вести четверо журналистов. И ничего: ни отставок, ни кризисов. Об этом даже мало кто знает.
       20 декабря смоленское УВД объявило в розыск главного редактора газеты «Московский комсомолец» — Смоленск» Сергея Калиновского. Журналист вышел из дому вечером 14 декабря, и с тех пор его местонахождение неизвестно. Накануне своего исчезновения Калиновский предупредил родителей, что вернется поздно, и в сопровождении зашедшего за ним молодого человека направился к магазину «Океан», где его ждал автомобиль. Домой С. Калиновский не вернулся. Не появился он и на работе. Коллеги Сергея сначала сами попытались разыскать Калиновского, а затем обратились в милицию.
       Сергея Калиновского в Смоленске знали не только по расследовательским публикациям: журналист вел несколько телепрограмм, две из которых — «Криминариум» и «Экстремальная политика» — вызывали одинаковую изжогу и у властей предержащих, и у криминальных авторитетов. А публикации Калиновского о местных преступных группировках и их связях «наверху», об уголовном деле «Белой стрелы» — бандит-ской организации, созданной работниками МВД, — не столько снискали журналисту профессиональные лавры, сколько добавили влиятельных врагов.
       Сотрудники телевидения, работавшие с Калиновским, неохотно комментировали исчезновение «скандального», по их словам, журналиста. Общее мнение звучало приблизительно так: Калиновский нарывался давно. И нарвался. Странно отреагировали на исчезновение Калиновского и коллеги из местного отделения Союза журналистов России: ерунда это все, погуляет и вернется. Он вообще странный парень…
       Расследование «дела Калиновского» продолжается. Следователи настроены «оптимистично»: весной сойдет снег, может быть, тогда найдем. Нет тела, а следовательно, нет и состава преступления. Замкнутый круг.
       К сожалению, Калиновский — не первый и не последний из «пропавших при исполнении» журналистов. Весной 2000 года в поселке Шабалино Кировской области бесследно исчез корреспондент газеты «Шабалинский край» Сергей Панарин. В апреле он опубликовал разоблачительный материал о злоупотреблениях на одном из местных предприятий, а спустя неделю пропал. Прокурор Шабалинского района Владимир Перминов объявил, что вынужден закрыть дело: следствие отработало «все возможные варианты» исчезновения, но к каким-либо определенным выводам так и не пришло.
       Год спустя, 13 апреля, в Туле при невыясненных обстоятельствах исчез оператор местной телекомпании «51 канал» Сергей Корабельников. Журналист вышел из дому и направился в гараж. Больше его не видели. Как ни странно, исчезновение Корабельникова тревоги у его коллег не вызвало: они даже не стали обращаться в милицию. И это, несмотря на то что пропавший, со слов знавших его журналистов, располагал «некими видеоматериалами о связях местной организованной преступности и руководителей предприятий», которые он собирался обнародовать. Коллеги утверждают, что «51 канал» якобы от видеоматериалов отказался, и Корабельников стал искать заинтересованных на стороне. И неожиданно исчез. Кстати, вместе с Сергеем Корабельниковым пропала и видеопленка. Корабельников не нашелся до сих пор, он числится в федеральном розыске как «пропавший без вести». Тихое такое исчезновение.
       Гораздо больше шума наделало исчезновение главного редактора газеты «Курганские вести» Владимира Кирсанова. Утром 17 мая Кирсанов сел в свою старенькую «пятерку» и отправился в редакцию, но на работе в тот день он так и не появился. Машина Кирсанова «нашлась» на стоянке возле редакции без каких-либо видимых следов насилия в салоне. Однако при более детальном обследовании обнаружилось, что все отпечатки пальцев в салоне были умышленно стерты, а багажник тщательно вымыт. В тот же день квартиру Кирсанова посетили неизвестные. По свидетельству сотрудников правоохранительных органов, визитеры воспользовались ключами исчезнувшего Кирсанова: один из ключей застрял в замочной скважине, и его удалось опознать. 21 мая в гараже Кирсанова и в его машине были обнаружены следы крови. Это дало возможность областной прокуратуре возбудить уголовное дело по статье 105 УК РФ — «умышленное убийство». Кровь, найденную в гараже, пришлось идентифицировать с пробой, взятой у матери Владимира, так как никаких данных о группе крови Кирсанова не нашлось.
       Коллеги пропавшего без вести, нисколько не сомневаясь, что истинной причиной исчезновения их начальника стали острые газетные публикации, обратились с требованием к полномочному представителю президента РФ в Уральском федеральном округе Петру Латышеву и главе администрации Курганской области Олегу Богомолову в кратчайший срок расследовать, что произошло с В. Кирсановым. Полпред пообещал взять дело под свой особый контроль.
       Нужно ли говорить, что на этом все и закончилось. Следствие продлевалось то на три месяца, то еще на пять, а «дело Кирсанова» стояло на месте. И тогда родной брат Владимира Кирсанова Эдуард, тоже профессиональный журналист, взялся за собственное расследование.
       Прежде всего Эдуард Кирсанов попытался выяснить, чем именно занимался его брат в последнее время. Оказалось, что незадолго до своего исчезновения Владимир опубликовал ряд статей, в которых поведал о деятельности губернатора Олега Богомолова, попадающей в сферу интересов прокуратуры. В частности, Владимир Кирсанов собрал и опубликовал сведения о том, что Богомолов якобы имел непосредственное отношение к финансовой пирамиде «Зауральский кредит», занимался хищениями из областного бюджета и другими злоупотреблениями.
       Неожиданные выводы о возможных причинах исчезновения брата, сделанные Эдуардом Кирсановым, поставили под вопрос его собственную безопасность. Эдуард стал замечать за собой постоянную слежку, ему угрожали по телефону. Эдуарду Кирсанову пришлось уехать в Москву. А вялотекущее расследование по делу его пропавшего брата продолжается до сих пор.
       В России за полтора года появилось четверо пропавших без вести журналистов. И еще не факт, что завтра их число не увеличится. Потенциальные персонажи журналистских расследований из сильных мира сего убедились в безнаказанности тех, кто «заказывает» таинственные исчезновения. И не преминут взять их страшные методы на вооружение.
       
       КОММЕНТАРИЙ ЮРИСТА
       Очень часто сотрудники милиции и прокуратуры не спешат принимать заявление о пропаже человека, а могут и вообще проигнорировать обращение за помощью. Даже если пропавший человек — журналист. В таких случаях следует заинтересованным лицам предпринимать собственные усилия для поиска пропавших журналистов — например, проводить независимые расследования и с полученными данными обращаться в вышестоящие органы, расследующие преступления.
       Каковы должны быть действия сотрудников правоохранительных органов в случае исчезновения журналиста? Прежде всего они обязаны принять сообщение о пропаже человека. В соответствии со статьей 108 УПК РСФСР. Сообщениями, которые могут быть признаны поводами и основаниями к возбуждению уголовного дела, являются:
       1) заявления и письма граждан;
       2) сообщения профсоюзных организаций, народных дружин по охране общественного порядка, товарищеских судов и других общественных организаций;
       3) сообщения предприятий, учреждений, организаций и должностных лиц;
       4) статьи, заметки и письма, опубликованные в печати;
       5) явка с повинной;
       6) непосредственное обнаружение органом дознания, следователем, прокурором или судом признаков преступления.
       Далее эти сообщения должны быть проверены.
       Руководствуясь статьей 109 УПК РСФСР, прокурор, следователь, орган дознания и судья обязаны принимать заявления и сообщения о любом совершенном или подготовляемом преступлении и принимать по ним решения в срок не более трех суток со дня получения заявления или сообщения, а в исключительных случаях — в срок не более десяти суток.
       Применительно к описываемым событиям это означает, что если заявитель (редакция, близкие люди журналиста) сообщает о пропаже сотрудника и возможном его убийстве в связи с осуществлением им профессиональной деятельности, то такое заявление должно быть принято и тщательно проверено в любом случае, даже без производства следственных действий, предусмотренных УПК РСФСР. И затем по поступившему заявлению или сообщению должно быть принято одно из следующих решений:
       1) о возбуждении уголовного дела;
       2) об отказе в возбуждении уголовного дела;
       3) о передаче заявления или сообщения по подследственности или подсудности.
       А в случае возбуждения уголовного дела, думается, может быть применена статья 105 УК РФ — «убийство», как в случае с Владимиром Кирсановым.
       О принятом решении в соответствии со статьей 109 ГПК РСФСР должно быть сообщено заявителю.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera