Сюжеты

ЖДАЛИ СЕКСА, А ПРИШЛА ЛЮБОВЬ

Этот материал вышел в № 14 от 28 Февраля 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Пришлось назвать ее «эротический триллер». Для кассы В прокат выходят две российских картины с точной адресностью — на молодежную аудиторию, заполняющую залы мультиплексов. Возникновение почти одновременно фильмов «Апрель» и «Займемся...


Пришлось назвать ее «эротический триллер». Для кассы
       
       В прокат выходят две российских картины с точной адресностью — на молодежную аудиторию, заполняющую залы мультиплексов.
       Возникновение почти одновременно фильмов «Апрель» и «Займемся любовью» — пока еще неуверенное свидетельство медленного пробуждения от долгой кризисной спячки отечественного кино.
       
       «Апрель» — киноэссе известного в синефильских кругах сценариста Константина Мурзенко, запавшего в зрительскую память не только ролями вампиров и «фашистов» в фильмах Олега Ковалова и Алексея Балабанова, но и постмодернистскими киновиршами «Мама, не горюй», «Тело предано земле…»
       Апрель – нежная кличка тихого уголовника Пети, выброшенного злодейкой судьбой (по строгому канону голливудского экшна) на тропу волка-одиночки. И к ментам нельзя, и урки в стукачи записали. Один Петя, как перст, а тут еще солидный авторитет подсовывает фото. Вот, мол, виновник твоих бед. Зовут его Вова. И жить ему недолго, если за дело взяться обстоятельно. Вот ствол, вот гонорар в четыре штуки. «Заказ?» — догадывается сметливый Апрель. На супермена Петя не тянет – маленький, тихий, голос тусклый, пальтишко задрипанное, губы потресканные, нос картошкой. И начинает Апрель вдумчиво кружить на стареньком авто по безлюдной стыло-туманной Москве, Вову искать. А найдет любовь. Предстанет любовь в виде несостоявшейся панельной шалавы Аллы. Она работает медсестрой в приемнике для отказных грудничков. И жить ей практически не на что
       
       Понятно, что в какой-то момент все «фигуранты» действия встретятся. (Буквально по законам классической трагедии, ведь действие протекает на протяжении одних суток). Авторитеты вынуждают Вову, запутавшегося мелкого дельца, принять участие в злодействе – выкрасть с черной целью несколько младенцев из того самого приемника, где работает Алла. Братва вместо обычных масок декорируется крутым прикидом – масками зверушек из детского театра. Такие вот резиновые Зайки, Мишки и Волчата врываются в клинику, чтоб детишек утащить и загубить.
       Тут в дело включится Апрель. Всех спасет: детей, Аллу, врача педиатра-реаниматолога. Даже несуразного Вову от ОМОНа вызволит и отпустит на все четыре стороны, а на прощание подарит фотокарточку, ту самую, «заказную». Может, и Вовочка станет теперь хорошим человеком?
       Вот он пришел наконец, антагонист Данилы Бодрова. Для того «сила и правда» слились в единой автоматной очереди. Несостоявшийся киллер Апрель движется в противоположную сторону. От «заказа» к спасению своего «клиента», своей любви, себя самого. От «силы» — к «правде».
       Фильм Мурзенко – откровенная стилизация в духе постмодернистских опытов. Адепты арткино будут смаковать отсылы к культовым фильмам (аллюзиями прихотливо расшита вся картина). Жесты, фразы, ракурсы, намеки: Иствуд и Богарт, Джармуш и Тарантино, Джон Ву и Вонг Карвай. И в качестве сахарной пудры — чуть-чуть эксцентрики от «Джентльменов удачи». Мурзенко строит свое кино из материала самого кино. Поэтому фильм не столько смотрится, а именно что рассматривается. Преднамеренная выстроенность ходов, аккуратная фразировка монтажа не вызывают трепета эмоций, и про героев в финале фильма мы знаем немногим более, чем в начале. Так что зря в период съемок Константин Мурзенко пугал будущего зрителя «картиной с ревом». Зритель, не бойся, получилась тихая easy-listening, ненавязчивая электронная стилизация, во многом рассчитанная. Правда, рассчитанная больше на «своих», но довольно грамотно.
       
       Фильм Дениса Евстигнеева «Займемся любовью» — очередной вариант нестареющей истории «еще раз про любовь». Сами авторы в релизе «пришпиливают» картину на стенд распространенного сегодня «молодежного муви»: «приключенческий эротический триллер об эпидемии любви среди молодежи». Но это лишь рекламный трюк. Как эротики, так и саспенса в картине практически нет. А вот «эпидемия любви» в этом кино (впрочем, как и в реальности) среди юных жителей студенческого общежития и в самом деле распространяется тотально. Даже профессор читает студентам лекции исключительно о… любви. (На самом ли деле подобные семинары проводятся для первокурсников или, что очевиднее, возникают в горячечном сознании самих влюбленных — неизвестно.) Только профессор вполне добросовестно исследует это эфемерное вещество на вкус, запах, цвет. С философских и житейских высот. Как же отличить этот эфир от страсти или от секса? Определить пересечение биологического и духовного? Необходимого и случайного? А может, и правда все сводить к «встрече организмов»? Но что делать, если ты посылаешь e-mail с признанием любимому, а он не отвечает, полагая, что ты – вирус?
       И вот отчего-то эта всеобщая вакханалия любовного дурмана обходит первокурсника Тюленя. Но не о сексе днем и особенно ночью невезучий Тюлень мечтает. О любви. Как все юные, он готов любить саму любовь в отсутствие «предмета» вожделения. И в эту рамку «предчувствия любви» он увлеченно подставляет лица возможных партнерш. В своем общежитии по недоразумению он вычеркнут из списков достойных «партнеров». И тогда Тюлень вступает на опасную тропу борьбы за право обладания женщиной: разгружает вагоны с мороженой рыбой, ухаживает за юной проституткой, даже готов загреметь в армию. Теперь от него и рыбой воняет, и морда в крови (настучал один строгий муж одной знакомой проститутки), и кудри ему на призывном пункте сбрили. А любовь свою он все-таки нашел… на кафедре патологоанатомии среди раскроенных гипсовых черепов.
       В фильме нет традиционного для молодежной мелодрамы треугольника. Есть пересекающиеся линии. Одна – путь Тюленя собственными «темными аллеями» к своему главному чувству. Вторая — история трагичной любви первокурсников Лизы и Точило. Решившаяся назло возлюбленному выйти замуж за нового русского, Лиза гибнет. Ее Ромео по кличке Точило поначалу выглядит резиновым пупсом, хорошеньким манекеном, самцом, обслуживающим подруг по общежитию. И лишь к трагической развязке в его герое «просыпаются» ранимость, способность к рефлексиям.
       Гибель Лизы авторы преподносят буднично и очень быстро. И оттого правдиво. На острие эмоционального взлета — побег со свадьбы Лизы. Общежитие ликует, пенится шампанским белый триумф любви. Белый, потому что вспороты подушки и пух снежной фатой укрывает уже обреченных влюбленных.
       А потом следует эпизод, признаюсь, вызвавший искреннее недоумение. После смерти героини и опознания ее тела в морге друзья бредут рассветной порой домой. И когда их обливает дождем поливалка («фонтан» в честь кино 60-х), друзья весело, дурашливо хохочут. Слишком молоды? Инфантильны? Эгоистично безмятежны?
       Впрочем, пожалуй, это единственная сцена, вызвавшая отторжение. В остальном авторам удалось рассказать по-своему современную лав стори. Смешно, свежо, радостно, поэтично. И не сфальшивить. В отличие от предыдущей, внешне драматизированной, а внутри полой, хладнокровной, натужной «Мамы» тех же авторов Дениса Евстигнеева и Арифа Алиева в новом фильме бьется живой учащенный пульс времени и молодых людей, его выражающих.
       Фильм явно выходит и за рамки распространенного ныне жанра «молодежной картины»: в диапазоне от популярных «яблочных пирогов» до стильных «крампаков». Картину с провокационным названием «Займемся любовью» отличает нежность, при всей раскрепощенности и сленговой фривольности целомудренный взгляд на первую любовь.
       Не будем выстраивать далеких векторов к литературным первоисточникам, на поверхности другие аллюзии: с «Влюбленными» Эльера Ишмухамедова, героями данелиевской «Я шагаю по Москве», незабываемой райзмановской «А если это любовь?». В фильме Евстигнеева тот же мучительный поиск истины, страх ошибки. И вместе с тем опытный режиссер не пытается «косить» под тинейджера. В его фильме есть некоторая отстраненность опыта, связь с традицией кино шестидесятых, шпаликовская интонация непонятной печали, гулких шагов в пустом метро.
       Два фильма, выходящих на пороге весны на экраны, не претендуют на элитарность, «фестивальность». Они сделаны в расчете на зрителя. Но в том их особенность, что отечественные киноавторы наконец-то, кажется, начинают своего нового зрителя узнавать. Потому мы и осмеливаемся говорить об их новых работах как о проблесках новой оттепели отечественного синема. Может быть, наконец-то сложится у нас нормальный кинопроцесс, а не пустыня с отдельными гениальными германо-сокуровскими всполохами? И будет у нас свое современное кино. Свежее, пронзительное. Как воздух в апреле...
       
       P.S. Кстати, 40 лет назад у нас уже был свой оттепельный «Апрель» — фильм о молодых Отара Иоселиани…
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera