Сюжеты

РОЗ ТАШЕР ДЕ ЛА ПАЖЕРИ: КОРСАР И КРЕОЛКА

Этот материал вышел в № 16 от 07 Марта 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

В четырнадцать лет на голове этой резвой козочки с острова Мартиника, для которой самым крупным везением был бы брак с каким-нибудь недоразоренным виконтом, гадалка углядела корону. Скорее всего, это служебная легенда, арендуемая всеми...


       


       В четырнадцать лет на голове этой резвой козочки с острова Мартиника, для которой самым крупным везением был бы брак с каким-нибудь недоразоренным виконтом, гадалка углядела корону. Скорее всего, это служебная легенда, арендуемая всеми венценосными парвеню. Ее цель – доказать, что фантастическая карьера — не случайный фарт, а предначертание свыше. Посему не гневите Господа, товарищи подданные, не извольте шушукаться и воротить носы. Свои пророчицы были у обеих Екатерин, Первой и Второй, у Феодоры, у княгини Ольги.
       С той же грядки профессиональные байки проституток, где есть изнасилование, желательно близким родственником, изгнание из дома, нищета, куча больных нахлебников типа парализованного братика и сумасшедшей мамаши на фоне непохороненной надежды на честную жизнь и любовь. Ими веками с неизменным успехом кормят любопытных клиентов.
       А еще оттуда же дежурные басни о кинозолушке, которые заученно отскакивали когда-то от сахарных зубов советских инженю. В них всклокоченный режиссер отсматривал километры пленки с мажорными кандидатками на роль главной героини: «Не то, все не то!». И вдруг на заднем плане мелькало случайное личико. Кто такая? Откуда? А хрен… пардон, кто ее знает. «Найти, доставить, всех уволю!» — вопил режиссер. Ассистенты прыскали врассыпную, пядь за пядью прочесывали леса, поля и реки и, наконец, на какой-нибудь ферме выуживали из-под коровы (читай: из-под рассеянного маэстро) будущую звезду в платке и навозе. Она отнекивалась и ссылалась на недодоенных буренок, пока помощник режиссера не обещал лично заменить ее на трудовом фронте до конца съемок. Девушка оказывалась мичуринским миксом Маньяни и Монро, выходила замуж за своего творца и отдавала международную премию за лучшую женскую роль в фонд родного колхоза. Где, улыбаясь, висел на аллее передовиков помреж.
       Я, например, в этот сироп верила. И вплоть до десятого класса на каждых школьных каникулах утюжила часами Невский проспект, где постоянно что-то снимали. Обычно историческое. Лакеи откидывали подножку, распахивали дверцу кареты, и оттуда раз двадцать подряд появлялась какая-нибудь фаворитка в бальном бархате и сиянии плеч. Я протискивалась в первые ряды зевак. Но, несмотря на отрепетированные перед зеркалом загадочные мины (рот полуоткрыт, глаза заведены), на меня никто не обращал внимания, кроме сердобольных петербургских старушек: «Деточка, тебе плохо?».
       Вопреки безуспешному личному опыту я уважаю чужие сказки и презумпцию невиновности. Особенно когда результат, как в нашем случае, налицо: в декабре 1804 года император Франции Наполеон I (1769 г. рожд.) собственноручно надел корону на голову своей супруге Жозефине Богарнэ, в девичестве Мари Жозеф Роз Ташер де ла Пажери.
       — Прическу не помни, — не утерпела Жозефина.
       Ну не нахалка ли? Ее, оборванку, чье приданое составляли платье из занавески, две косынки, семь вилок и пропасть долгов, лгунью, комедиантку, тусовщицу – непонятно за что любили, прощали, осыпали золотым дождем. И не абы кто — первый в истории человечества завоеватель, который сумел стать кумиром даже для покоренных народов. А она, вместо того чтобы денно и нощно молиться на него, еще, понимаете ли, фыркала! Любая принцесса крови обрилась бы налысо за такую корону и легла бы костьми под такого мужика.
       Все верно. А теперь сменим прокурорский мундир на мантию адвоката.
       Как обращались до мадам Богарнэ с корсиканским выскочкой шикарные, но недальновидные парижанки? Ехидно лорнировали неухоженного недомерка в стоптанных сапогах и с эскортом из двух голодных адъютантов:
       — Вы к нам из бивуака, генерал?
       А эта стройная креолка цвета шоколада, затканная с ног до головы фиалками, окруженная знаменитостями, не оттолкнула неотесанного ратника, а помахала с пуфика рукой. Корсар капитулировал.
       На свадьбу он подарил ей дешевый серебряный медальон. Ни на что другое не хватило денег: в брачном контракте заявлено, что будущий супруг «не имеет никакой недвижимости, а также никакой движимости, кроме гардероба и военного снаряжения».
       — Замуж за плащ и шпагу, — громко проворчал нотариус. — Мадам, наверное, не в себе.
       Жених это услышал. Невеста тут же в подтверждение диагноза скосила оба глаза к кончику носа, выдула изо рта пузырьки слюны, щедро обмакнула перо в чернильницу и — расписалась в контракте. Наполеон Бонапарт этого не забыл. И как можно аккуратнее возложил корону на непутевую голову своей любви.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera