Сюжеты

ПРОСТЫЕ ВЕЩИ, КОТОРЫЕ ДЕРЖАТ ЖИЗНЬ

Этот материал вышел в № 16 от 07 Марта 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Любить город, в котором живешь, — это патриотизм. Жить в городе, который любишь, — счастье В Лондоне все успокаивает: погода, река, облака, дома€, люди. В себя приходишь мгновенно. Восстановление равновесия — важная штука. Тут не всякий...


Любить город, в котором живешь, — это патриотизм. Жить в городе, который любишь, — счастье
       


       В Лондоне все успокаивает: погода, река, облака, дома€, люди. В себя приходишь мгновенно. Восстановление равновесия — важная штука. Тут не всякий город — даже самый любимый — помощник. Скорее, наоборот. Чем любимее, тем больше душу выматывает. Все, как у людей.
       Дома здесь можно разглядывать, как лица. Говорят, с лица воду не пить. Еще как пить! Бывают такие лица, что смотришь — будто воду живую пьешь. А в Лондоне такие дома.
       И никакой вульгарности. В Англии все построено на владении манерами. Даже фасады домов.
       
       Лондон — город не ввысь, а вширь. Длинная река. Длинные улицы. «Чем длиннее улицы, тем города счастливей», — сказал поэт.
       Кажется: весь мир сливается в одну длинную-предлинную улицу. На которой живут разные люди. Очень разные. Но никого не пугает, что рядом другой.
       Здесь «никто пальцем не ткнет в пространство, чтобы крикнуть «вон!». Никому не крикнут. Ни «голубым». Ни черным. Ни желтым.
       В Лондоне — самая восхитительная уличная толпа на свете. Тебя — никогда! — не толкнут. Ни при каких обстоятельствах не обругают. Напротив, ты беспрестанно слышишь со всех сторон: «простите», «спасибо». Ежеминутно благодарят. Ежесекундно извиняются. Ни за что ни про что. Просто у англичан это впиталось в кровь.
       Самое поразительное: вокруг — чужой город, незнакомые люди, ты не знаешь языка, а ощущение, что в этой уличной толпе все — свои! Мотивировки — ноль. Но кажется… нет, не кажется, каким-то тайным, внутренним чувством обнаруживаешь, что в этом чужестранном уличном потоке ты защищен. У нас такое возможно только в своем доме. В родных стенах.
       Но никак не на улице.
       
       Никто не разговаривает громко. «Не кричи «волк», даже если волк на пороге». Это очень по-английски. Все, как в том анекдоте, когда слуга вбегает ночью в спальню лорда: «Наводнение, сэр, наводнение!». «Выйдите, Джордж, и доложите, как следует», — говорит лорд. Слуга убегает, снова врывается, старается не так уж кричать. Не получается. Наконец, усвоив все уроки, слуга — торжественно распахивая двери: «Темза, сэр!».
       
       Это было на Пиккадили. Женщина переходила дорогу. Без всяких светофоров и зебр. Ну, наверное, так захотелось или считает, что «наилучший выход — всегда насквозь». Короче, женщина медленно, не глядя на машины, вообще отвернувшись от них, именно насквозь, по диагонали шла себе и шла через дорогу, до отказа забитую автомобилями. Нормальная женщина. Негритянка. Лет так от тридцати до сорока. Запомнились ее очень спокойное красивое лицо и серый длинный плащ нараспашку.
       Я смотрела на эту сцену не отрываясь. И вот почему. Все (!) машины безропотно останавливались, пропускали женщину и только потом ехали дальше. И никто — ни звука, ни ползвука. Ни машины, ни водители. Будто так и надо — переходить улицу, как тебе вздумается. Но в том-то и дело, что в Лондоне это абсолютно не принято. Однако вот кому-то вздумалось — и остальные уважили свободную волю. (Впрочем, свобода поступать вразрез с нормой — это в Англии не правило, а исключение.)
       
       Предисловие мое явно затянулось. Давно пора перейти к собственно тому, ради чего и затевались эти заметки, — к маленьким историям из повседневной жизни англичан.
       
       Итак, я недавно была в Англии. Не в командировке. Поэтому — сплошное праздное шатание. По улицам (город надо узнавать ногами, да?), по музеям. Посиделки в кафе или дома у друзей — Тани и Леона Конрад.
       Кстати, Таня — родом из России. Леон родился в Лондоне. И Таня и Леон очень любят Лондон. Уверены, что это самый лучший город в мире.
       
       ***
       В понимании свободы англичане не обходятся без налета абсурдности. Но ощущение абсурдности — отражение действительности. А что касается действительности, то англичане никогда не меняли свободу на безопасность. Даже после 11 сентября 2001 года. В общественных местах меры безопасности остались такими же, как и были. Незаметными и неунизительными.
       
       ***
       Почти год к Тане и Леону не приходила почта.
       Таня бесчетное число раз звонила в свое почтовое отделение. Но на вопрос: куда девается их почта, ответа не было. Наконец, не выдержав, спросила начальника почты с веселой злостью: «А может, наш почтальон вообще неграмотный? Читать не умеет и поэтому не приносит почту?». «Откуда я знаю? — невозмутимо ответил начальник почты. — Может, и неграмотный». «Так гнать надо такого почтальона с работы», — возмутилась Таня. «Ну то, что он неграмотный, — еще не повод гнать его с работы, — сказал начальник почты. — У нас в стране много неграмотных. А работать им же где-нибудь надо». «Так пусть дворником работает, зачем же почту разносить», — не унималась Таня. «У нас — свободная страна. Где человек хочет, там и работает», — твердо сказал начальник почты и положил трубку.
       
       ***
       Полгорода пользуется таким видом общественного транспорта, как электрички. Это не метро и не пригородные поезда, а именно — электрички по городу. Так вот: хотя электрички — это удобно для лондонцев и любимо ими, но они чаще не ходят, чем ходят. Осенью мешают опавшие листья. Листья желтые кружатся, падают на рельсы… и движение останавливается. Потом начальство электричек заявило, что им мешает снег. Хотя в Лондоне снег раз в сто лет выпадает. Ну ладно, если снег может помешать, решено было за какие-то бешеные деньги закупить снегоочистительные машины. И вдруг и впрямь выпал снег. Слава богу, теперь у нас есть снегоочистительные машины, подумали лондонцы. Но не тут-то было. Электрички опять не ходили. Почему? Ответ был изумительный: выпал снег не того качества. Очень сухой снег.
       А закупили очистительные машины для мокрого снега.
       
       ***
       Таксисты за рулем читают газеты. Везут тебя по Лондону и читают газету с колен. С непривычки немного страшно, но ничего… Тьфу, тьфу, тьфу! Аварий из-за этого не бывает.
       
       ***
       Англичане любят вызовы. «Кривоногие занимаются балетом, безголосые — пением», — смеется Таня.
       И тратят на это огромные деньги. Между прочим, очень серьезные люди. Руководители фирм, менеджеры высокого уровня. Гробятся на своей работе незнамо как, и все только ради того, чтобы в свободное время петь или танцевать. Ни капли не смущаясь, что нет к тому абсолютно никаких способностей.
       
       ***
       Бесхитростно и безоговорочно верят в простые вещи, которые держат жизнь.
       Одна моя знакомая проходила собеседование в английском посольстве. Интервьюировали ее строго: «Где гарантии, что вы вернетесь, а не останетесь в Лондоне?». Что она только не перечисляла. И то, и это… Но все казалось англичанам слишком призрачным. Пока вконец замученная собеседованием девушка не сказала обреченно: «Ну еще я записалась на курсы кройки и шитья, заплатила деньги…»
       И вот этот аргумент сочли самым весомым. И дали визу. Курсы кройки и шитья — это что-то очень реальное, очень конкретное. Какой смысл записываться на них, платить заранее деньги, если в мыслях — тайная эмиграция?!
       
       ***
       Общественные туалеты чище платных.
       
       ***
       В музеях, или консерватории, или в концертных залах можно не сдавать верхнюю одежду в гардероб.
       В концертном зале мы с Леоном просто бросили свои куртки на спинки кресел. Как и все другие люди в зале. И не надо по полчаса стоять в очереди, чтобы сдать пальто в раздевалку, потом полчаса — чтобы забрать пальто…
       
       ***
       Вслед за своим знаменитым поэтом Уистеном Хью Оденом англичане говорят: «Счастье — это не право человека. Счастье — это его обязанность. Поэтому быть несчастливым — это грех». Это не установка Кашпировского. Это домашнее задание. Записанное себе в ежедневник.
       Почти каждый англичанин убежден: «Моя обязанность по отношению к Богу — быть счастливым; моя обязанность по отношению к ближнему — доставлять ему удовольствие и уменьшать его боль. Ни один человек не способен сделать другого счастливым». То есть только сам человек способен сделать себя счастливым. Не надо этого от других ожидать. Еще хуже — требовать.
       Люди так живут. Из этого сделана Англия.
       
       Города похожи на людей, которые в них живут. А люди похожи на города, в которых они живут.
       Когда-то я думала, что надо или жить в городе, который любишь, или любить город, в котором живешь.
       А теперь знаю: надо жить в счастливом городе. Потому что счастье (впрочем, как и несчастье) заразно.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera