Сюжеты

У НАС НЕТ ЖЕЛАНИЯ ВОССОЕДИНЯТЬСЯ С РОССИЕЙ

Этот материал вышел в № 17 от 11 Марта 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

У НАС НЕТ ЖЕЛАНИЯ ВОССОЕДИНЯТЬСЯ С РОССИЕЙ — Кто к вам благосклоннее — Европа или США? — Не ожидал, честно вам скажу, вопроса и не размышлял на эту тему. Думал, вы спросите — Европа или Россия? Европа — скорее. Она демократичнее. Мы для...


У НАС НЕТ ЖЕЛАНИЯ ВОССОЕДИНЯТЬСЯ С РОССИЕЙ
       
       — Кто к вам благосклоннее — Европа или США?
       — Не ожидал, честно вам скажу, вопроса и не размышлял на эту тему. Думал, вы спросите — Европа или Россия? Европа — скорее. Она демократичнее. Мы для Европы понятнее. Мы сами в Европе. Нам с Европой комфортнее. Нас обвиняют в том, что мы тащим Молдову в Россию. Но у нас нет желания воссоединения с Россией. На наших глазах уже три года пытаются построить союз Россия — Белоруссия. Насколько я понимаю, не очень получается. В качестве наблюдателей мы туда вошли. Но даже единый таможенный союз невозможен — между нами Украина…
       — Хорошо, а что предпочтительнее — Восток или Запад?
       — Страна может быть экономически ориентирована в обе стороны. Если это несовместимо, то мы выбираем Восток. Восточный рынок необъятный, не столь требовательный к «упаковке». Наш виноград, наше вино вкуснее, чем в Италии или Испании, но у нас нет пока системы ящичков, цацек, делающих товар привлекательным на Западе. У нас все это будет, но продавать виноград нужно сегодня. Уже многие протрезвели и поняли, что Москва — это не так плохо, как казалось 10 лет назад. По данным МВД, 280 тысяч человек уехали на заработки. Реальная цифра — тысяч 400…
       — Все говорят о миллионе…
       — Это басни. 60 процентов из уехавших находятся в России. Эти потоки никто не направлял. Это стихийный поиск, в котором Россия задействована. Не надо, чтобы Россия была «старшим братом», но и отдаляться от нее не надо — не выживем.
       — Коммунисты шли на выборы с пунктом о введении русского языка. Почему массовые протесты начались только год спустя, на ваш взгляд?
       — О проблеме говорили не только мы. Молдавия — многонациональная страна. Как разговаривать гагаузу с болгарином? Жизненная практика все же в пользу русского. Сам приказ был подписан в августе и разослан по школам. Он входил в силу с 1 января. Пять месяцев никто взволнован не был. Русский язык — не причина, а повод, который христианские демократы и Рошка использовали.
       — На каком языке в парламенте идут дебаты?
       — На молдавском. Я — русский, мать — волжанка, отец — сибиряк, родился я в Казахстане: отец был тяжело ранен, а мама там работала, в 7-месячном возрасте меня привезли сюда. Язык понимаю, даже переводить могу, а говорить боюсь. Плохо это, но жизнь не заставляла, хотя это и не оправдание. У нас около четверти депутатов не владеют молдавским — через наушники могут слушать переводчика. Они выступают по-русски, их тоже переводят.
       — У коммунистов было искушение применить силу против демонстрантов?
       — Нет. Мы собрались у президента, чтобы проанализировать ситуацию. Мы хотели понять, кто это — обманутые школьники, люди, реагирующие на несправедливость? Но о применении силы наша команда не размышляла, поскольку там большинство были дети. Мы пошли в вузы, школы. Нам и свистели, и кричали, и прогоняли. Но разговаривать мы начали...
       — Президент Воронин в недавнем интервью обмолвился, что демонстрантов финансирует Приднестровье. Можно прокомментировать это?
       — Нет, комментировать не могу, если президент об этом заявил. Я уже публично сказал, что убежден в том, что у Рошки постороннее финансирование есть. И Рошка на меня в суд подает. Один день такого гуляния стоит тысяч 80 лей. Митинги длятся более двух месяцев.
       — Знаете, издалека ваши расхождения с Приднестровьем представляются парадоксальными. В чем суть — во власти? Те, кто сидит в Тирасполе, не ваши братья по идеям?
       — С точки зрения идеологии? Это мощная директорская верхушка, узнавшая искушение властью, никем не контролируемая и ни за что не отвечающая. Там громадный промышленный потенциал, работающий на Россию.
       — И при этом Россия обещала помочь Воронину решить эту проблему?
       — Делает вид, что хочет целостной Молдовы. Так говорят Путин, Касьянов. Разве кто-то может приказать Смирнову? Вот и ведем переговоры уже семь лет. Если бы Россия захотела сильно, мы были бы единым государством.
       — Какое чувство вы испытали, когда слушали речь Милошевича на Гаагском суде?
       — Гордость за него. Мне этот человек симпатичен. Я могу не знать его ошибок, но я — юрист и военный. С юридической точки зрения, этот Гаагский суд — беспардонный фарс. А с военной точки зрения, «точечные удары» американцев — просто бомбежка мирных городов. Так что непредвзятый зритель многое начинает понимать.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera