Сюжеты

КАНАРЫ ПРИ ЖИЗНИ ИЛИ ПАМЯТНИК ПОСЛЕ СМЕРТИ?

Этот материал вышел в № 19 от 18 Марта 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

«Боевик пишется так: через каждые пятьдесят страниц нарушаем библейскую заповедь...» Когда написалась первая книга, черт понес меня в издательство, прямо к директору. Рукопись они прочли, и через неделю директор позвонил самолично:...


«Боевик пишется так: через каждые пятьдесят страниц нарушаем библейскую заповедь...»
       

  
       Когда написалась первая книга, черт понес меня в издательство, прямо к директору. Рукопись они прочли, и через неделю директор позвонил самолично: «Ознакомились, техника высокая. Интересы наши не совпадают, издательство образовательное, из беллетристики нужны только боевики. Вы что предпочтете: Канары при жизни или памятник после смерти? Если первое, то пишем боевик. Боевик пишется так: через каждые пятьдесят страниц нарушаем библейскую заповедь. Убиваем, лукуллов пир, разборки, оргия, опять убиваем. Ну, в общем, все, как у Достоевского».
       Звонок подействовал возбуждающе. Канары и памятник — гипербола. Предложили просто работу. Мечтая разбогатеть, Оноре Бальзак написал десяток готических романов типа «Призрак и фея», в чем впоследствии никогда не сознавался. Герман Мелвилл валял морские романы с приключениями на островах каннибалов и преуспевал, пока не родился «Моби Дик», после чего он умер всеми забытым таможенником. «Остров сокровищ» задумывался как игра — развлечь заболевшего пасынка. Неважно, что ты делаешь, важно — как.
       Я отправилась к знакомому майору милиции посмотреть, как обстоят дела в уголовном мире. Тысячи преступных группировок, адреса, телефоны, марки автомобилей, а клички — «сильно выражается русский народ…». Дальше — больше: сожженные с киосками продавцы, грабежи-наезды. По дороге домой я шарахалась каждого куста. Какие дали мне открылись! Одноклассница — сожительница золотушника, сосед по дому — наркобарон, подросток с лестничной клетки — лидер банды.
       Просмотрев сериал из ночных кошмаров, я проснулась с решимостью отказаться от Канар. От шестичасового сидения за компьютером майора остался один-единственный листок-портрет: «N Александр Сергеевич, кличка Пушкин, рост 186 см, блондин, глаза карие, шрам на левом виске. В прошлом — лидер преступной группировки «синих», специализация — угон автомобилей. В настоящее время — владелец автомастерской по адресу... С преступной группировкой связан через братьев Абрамовичей, встречи — в кафе «Старый рояль». Ездит на автомобиле марки БМВ, отнятом за долги у вдовы вора Михнева по кличке Верка-афганец. Умный, наглый, самоуверенный».
       И тут… вдруг я увидела походку Александра Сергеевича и как он держит сигарету, наглую усмешку и шрам плохого мальчика из хорошей семьи. Мне подарили героя, цинично лишившего автомобиля бедную вдову, и всего-то оставалось нарушить библейские заповеди. Я со знанием вопроса выписала братьев Абрамовичей, а также пару влюбленных женщин и предоставила наглому и самоуверенному выпутываться самому. Враг был мне неизвестен, как и господину N, поэтому помочь в его деле я ничем не могла. С оргиями справилась, для запалу представляя хмурое лицо своего одноклассника, полковника Главного разведывательного управления. Убить удалось лишь одного персонажа.
       Желание понять, почему «они» так поступают, победило остальные, и, когда герой все распутал, пришлось констатировать, что получился детектив.
       На Западе детектив — один из престижных жанров, и авторы его в почете, что нельзя не одобрить, потому что качественный детектив написать трудно: помимо всего прочего, то есть яркого героя, динамики и куража, он требует напряжения внимания и логики. Традиция западного детектива так разработана, что халтура не пользуется спросом.
       К директору издательства я не пошла — там было четко сказано, что нужен боевик. Отправилась в другое, не менее крупное издательство: «Динамика есть, стиль чистый, мало нецензурных выражений. Герой серийный. Будем продолжать? Если будем продолжать, нужно поставить читателя в известность сразу…» — сказала мне дама-редактор, вызванная в кабинет директора. Поскольку я молчала, включился директор в костюме с Петровских линий: «Подумайте, собираетесь ли вы заниматься этим серьезно. Авторы разные. Кто-то сразу отказывается, кто-то устает…»
       Тут осенило, что дьявол тебе не обязан являться с копытами, хвостом и запахом серы. Он может быть и в тройке от Армани, иначе кто будет связываться?
       «Я могу написать еще один детектив, — сообщила я «Армани», потушив возникший было интерес. — Про судьбы русской культуры». И тут же была препровождена к юристу подписывать договор. За полгода я написала обещанный «еще один», веселясь и грустя.
       Это была история про то, как из заповедника украли рукопись Пушкина. Рукопись исчезла, когда шла «подпольная» экскурсия. Во время ремонта с крыши сорвался кровельщик, рукопись попала поочередно ко всем участникам действа, то есть пошла по рукам, и каждый делал с ней что вздумается. В детективе среди массы героев фигурировал также «призрак наместника Довлатова». Пока я это придумывала, выиграла международную премию в Шотландии, в «Олма-пресс» вышла «Фабрикантша», которая писалась всерьез. А детективы, уже оплаченные издательством, так и не вышли.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera