Сюжеты

МЕЖДУ НЕБОМ И ЗЕМЛЕЙ

Этот материал вышел в № 20 от 21 Марта 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Несколько слов от автора «Воздухоплаватель» — это история о том, как русский авиатор и изобретатель получил возможность приоткрыть занавес над тайной тонкого мира. Еще это история о любви во времени, но, однако, не в обычном его линейном...


       


       Несколько слов от автора

       «Воздухоплаватель» — это история о том, как русский авиатор и изобретатель получил возможность приоткрыть занавес над тайной тонкого мира. Еще это история о любви во времени, но, однако, не в обычном его линейном понимании: от пункта А до пункта Б, от рождения до ухода, а во Времени с большой буквы.
       То, что накопленный информационный и духовный потенциал человечества никуда не исчезает, давно не является открытием. Наши мертвые рядом с нами не только потому,, что мы помним о них, а потому, что мы, живущие, и мы, еще не родившиеся, в известном смысле от них не отличаемся. Мы — есть, они — были и есть, нерожденные — будут и есть. Если попытаться понять, принять хотя бы это, становится ясно, что для Времени, которое никуда не «идет», а существует вообще; которое само по себе и есть мощнейшая энергия, «прошлое», «настоящее» и «будущее» не имеют значения.
       Перед вами — отрывок из неопубликованного романа.
       
       Самые богатые помойки Москвы — в районе Кутузовского проспекта, это всякий знает. Лизка много старалась, прежде чем получила эксклюзивное право на контейнеры во дворе дома номер семь, корпус один, где живут аккредитованные иностранцы, — и охрану прикормила, и со сторожевыми собаками подружилась, и с дворниками выпивала. Хотя совсем поблизости имелось местечко получше — роскошная мусорка при супермаркете «Заморский гость», — туда не сунешься. Там-то прочно засели вокзальные цыгане и не подпускают никого. Впрочем, Лиза нигде не могла чувствовать себя спокойно и поэтому в отдельном пакете всегда носила с собой обрезок полудюймовой трубы, обмотанный изолентой.
       В тот вечер урожай был неплохой. От китайцев поступила коробка с видеокассетами, за которые дают по пять рублей, надо только знать, кому нести. Придурки-американцы, которые почему-то всегда недопивают, снабдили Лизку початой бутылкой бурбона, почти целой сигарой и упаковкой просроченной ветчины. Украинцы — несколькими баночками детского питания «Персик с яблоком», которое Лизка терпеть не могла, но, подумав, взяла. Даже немцы, которые стараются ничего не выбрасывать, а если и выбрасывают, то с глубокой душевной болью, доставили вполне приличный диван-кровать и траченый молью плед, которые Лизке совсем не были нужны, однако она вынула из-за пазухи дневник, подышала на шариковую ручку и записала: «Диван и плед. Предложить нарофоминским».
       Лизка уже собиралась уйти (пора было перебираться во двор соседнего дома), как вдруг внимание ее привлек обрывок газеты. Она давно уж не читала ни книг, ни газет, не подбирала их и не сдавала в макулатуру. Но мелькнули знакомые слова «Досуг и отдых», и Лизке стало любопытно. Вдруг она заметила траурное объявление.
       «Кто же умер?» — гадала Лиза, подставляя листок под луч фонарика и щурясь. Прочтя, обомлела: да это она же, получается, и умерла. Редакция журнала извещала о «безвременной кончине Ольховской Е. П.» и приглашала на гражданскую панихиду…
       
       Не всегда Лизка была бомжихой. В иные дни ее чаще называли Елизаветой Петровной и служила она литературным редактором в незаметном журнале «Досуг и отдых».
       
       Из дневника Лизы Ольховской
       12 августа
       Сидя на скамейке в Нескучном саду, подумала: если человеку нет места на земле и на небе, остается одно — жить между небом и землей. И что же? Вдруг услышала голоса откуда-то сверху. Оказывается, там, на деревьях, — целый городок. Люди живут, как грачи, только в самодельных будках вместо гнезд, и на зиму никуда не улетают. Бросили мне веревочную лестницу, и я попала в настоящую коммуну.
       Угнездились мужики основательно. Свет провели, телевизор смотрят, в гости друг к другу лазают. Предложили свободное гнездо. Там раньше астролог жил, что-то не так предсказал, отправив письмо в правительство. Держался до последнего, а потом в Читу подался, где окончательно принял буддизм.
       Внутри есть все, что нужно: раскладушка с матрасом, посуда с чайником. И куча книг.
       Здесь живут:
       — Король Лир, обрусевший англичанин, астрофизик и доктор философии, его из Оксфорда уволили за какие-то скандальные исследования по теории времени, в Россию попал через Гибралтар, спрятавшись в трюме углевоза, да так и остался;
       — бывший космический конструктор, специалист по электронике, на Лунной программе свихнулся, кличка у него смешная — Паяльник;
       — выгнанный из флота командир атомной подлодки Шкипер;
       — да еще смешной старикан, специалист по структурной лингвистике, — Скрипт.
       А меня почему-то Белкой прозвали. Говорят: хозяйственная. Смешно!
       Днем в Парке культуры подрабатываем: где пиво поднести, где посуду помыть. А по вечерам собираемся у Шкипера. Там самое просторное гнездо, стилизованное под кают-компанию. Чай пьем, слушаем его истории про учебные погружения и аварийные всплытия.
       Милиции в Нескучном нет, а если заходят, головы вверх не задирают, им и на земле дел хватает. Зато достали вороны. До чего же хамские птицы! Уже и кормушку для них пристроила, и крошки хлебные подсыпаю, а все равно за свою не признают и всякий раз норовят клюнуть в голову.
       
       30 августа
       Снова выгнали с вокзала. Не помогли даже знакомые носильщики.
       А как было славно!
       Неделю или две они приносили еду из жалости — кто пирожок недоеденный, кто кефир, кто булочку, пока не научилась зарабатывать сама. Помог случай.
       Познакомилась с одним типом из журнала «Палисадник». Он предложил написать за него две статьи. С темой «Роль животных в интерьере» справилась быстро и легко. Над другой — «Многоэтажные кладбища в Милане» — пришлось повозиться. Писала на телеграфных бланках по ночам. Благодаря гонорару (хотя половину, кажется, недоплатил, мошенник!) раздала долги, и погуляли весело. Утром в милиции сказали, что остановили меня в зале ожидания. Что я якобы по пьяному делу выдвинула свою кандидатуру в мэры города Дебальцево. Будто бы я также пообещала построить им новые бани и утроить пенсии. Потом, с их слов, я как бы заявила, что зовут меня Мария Каллас, и исполнила арию Нормы из одноименной оперы, да к тому же на итальянском. Боже, какой ужас!
       
       16 сентября
       Зря утверждают, что газета бесплатных объявлений «Из рук в руки» хороша в качестве одеяла. Чушь! Вместо подушки — другое дело, и шея по утрам не болит. При этом можно обойтись двумя-тремя номерами. А укрываться лучше всего старыми предвыборными плакатами. От них даже не воняет типографской краской, успевает выветриться. Правда, рожи мерзкие с этих плакатов потом каждую ночь снятся.
       
       21 сентября
       Если ты живешь не в квартире, а в мире, то, рассказывая о себе, лучше говорить правду. А если уж понесет, надо жестко придерживаться одной и той же легенды, стараться о ней не забывать и не вдаваться в детали. А то вот недавно ляпнула, что занималась математикой в Дубне. Все восхитились и зауважали. А один прищурился, подлец, и стал расспрашивать какие-то подробности по теории чисел. Оказался бывший преподаватель. Обошлось смехом, а ведь могло и неудобно получиться. Особенно плохо врать про войну и тюрьму. В России чуть ли не каждый встречный либо воевал, либо сидел. Обязательно раскусят. Могут и побить.
       
       28 сентября
       Руки бы отрубила тому, кто придумал кодовые замки в подъездах. Даже писать не могу от злости!..
       
       29 сентября
       Так вот, о подъездах… С одной стороны, всегда можно дождаться, пока откроются двери, и следом прошмыгнуть. С другой стороны, у тех, кто живет за кодовыми замками, коренным образом изменяется психология. Вредничают, орут, матерятся, угрожают милицией. Но самое скверное — запирают вход на чердак. А на чердаке так славно! И тепло, и сухо, и близко до ангелов небесных.
       
       Между прочим, много лет спустя тетрадь, переходя из рук в руки, окажется у одного энергичного издателя. Он захочет выпустить записки Ольховской, но потом раздумает, боясь, что не раскупят. Чтобы дневник не пропал, он отсканирует листки и отправит их в бездонные глубины интернета. Их разыщут далекие потомки издателя в XXIII веке (по земному летосчислению) на архиве портала Rambler International после Великой войны Востока и Запада, раскодируют, с трудом переведут на современный язык.
       Дневник станет литературным памятником ЭПОХИ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ РОССИЕЙ ПРОВИНЦИАЛЬНЫМИ БАНДИТАМИ.
       
       ...Да, так этот некролог в газете.
       Она сняла с плеч рюкзак, отошла в сквер, набрала пригоршню снега, утерла лицо и снова пробежала глазами текст. Все совпадало: инициалы, дата рождения.
       — Не может быть, — сказала сама себе Белка, медленно осев на ящик из-под бутылок. — И кому же пришло в голову заживо меня похоронить?
       Решение побывать на панихиде по самой себе созрело мгновенно. Лизка побежала в родное гнездо Нескучного сада. Колонисты, узнав, в чем дело, натащили ворох одежды second hand. Она выбрала ношеную шубку искусственного меха. На ноги подошли короткие замшевые сапожки на высоком каблуке, отчего выглядеть стала еще стройнее. Голову увенчала широкополая фетровая шляпа, несколько не по сезону, зато очень к лицу. Глаза прикрыли дымчатые очки. Все было подготовлено, все, казалось, предусмотрено для безопасного посещения редакции. И лишь одно тревожило стариков: вдруг в газете напутали? Вдруг совсем даже не Белку хоронили, а другую женщину? Не произошло бы конфуза.
       Бомжи вспоминали научные гипотезы, невероятные превращения и просто случаи из жизни. Они хватались за книги, что-то цитировали, сбиваясь на астральные истории, похождения вампиров, шаманов и колдунов. Прагматичный Шкипер утверждал, что помимо реальных смертей бывают еще виртуальные: нет документов — не остается и следов от человека. Король Лир возражал, что Белку могли элементарно подставить недруги: может быть, та самая Метелица, из-за которой Лизина жизнь пошла кувырком, а возможно, и бывший муж Заглядьев. Скрипт по-отечески заметил, что ложная смерть даже на руку Лизке; умерла по записям в ЗАГСе — и умерла, никто больше искать ее не станет, а новые документы состряпать — это ему, Скрипту, раз плюнуть.
       Паяльник же при слове «документы» насторожился, заставив жестом всех замолчать, а Лизка хлопнула себя по лбу. Да ведь и вправду она свой паспорт потеряла неделю назад, когда навещала знакомых на сретенских чердаках. Вот же как просто все объясняется! И колонисты припомнили: правильно, на одном из тех чердаков пожар случился, несколько человек сгорели, и среди них, кажется, «пришлая девка из Винницы». Скорее всего, если она подобрала паспорт, Лизку с ней перепутали. Милиция обязана родственников покойной найти, сообщить на работу. И хотя в девяноста девяти случаях не ищет и не сообщает, вдруг Лизка оказалась одной из ста?
       При таком, самом разумном, объяснении природы некролога бомжи впали в скорбную задумчивость.
       Они стояли вокруг Белки и качали головами. Каждый из них при этом размышлял, конечно, о себе. Разве их существование между землей и небесами можно назвать жизнью? Разве изгнание из бывшей реальности, где их давно забыли, не подобно смерти?
       По правилам, заведенным в небесной колонии, они никогда не говорили об этом. Но Лизка знала, что после увольнения Шкипера из подводного флота экипаж его лодки погиб при аварии и ему приходится с этим жить… Она-то знала, что Король Лир часами простаивает на Ленинградском вокзале, встречая европейские поезда, все ждет, не приедет ли из Лондона дочь… Что Скрипт хранит фотографию предавшей его жены… А Паяльник, выгнанный из квартиры детьми, тайком помогает старухе сестре, посылает ей денежные переводы без обратного адреса.
       Лизка смотрела на друзей, понимая, что они хотят сказать ей теперь: «Не ходи туда. Ты уже другая. Даже временное возвращение принесет тебе боль». Под этим молчаливым прессом она уже готова была сорвать с себя наряд и отказаться от затеи, но желание посмотреть в глаза гонителям пересилило.
       И она спустилась по веревочной лестнице на влажную землю парка...
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera