Сюжеты

МЫ ОДНА КОМАНДА, ПОТОМУ ЧТО ДЕЙСТВУЕМ НЕ ПО УКАЗКЕ

Этот материал вышел в № 21 от 25 Марта 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

генеральный директор ЗАО «Шестой канал»: МЫ ОДНА КОМАНДА, ПОТОМУ ЧТО ДЕЙСТВУЕМ НЕ ПО УКАЗКЕ Конкурс за право вещания на шестой метровой частоте, о котором так много написано и сказано за последние два месяца, состоится уже через два дня. К...


генеральный директор ЗАО «Шестой канал»:
МЫ ОДНА КОМАНДА, ПОТОМУ ЧТО ДЕЙСТВУЕМ НЕ ПО УКАЗКЕ
       

  
       Конкурс за право вещания на шестой метровой частоте, о котором так много написано и сказано за последние два месяца, состоится уже через два дня. К вечеру в среду мы будем знать, сможет ли вернуться в эфир команда журналистов, работавшая на этом канале в последний год, или конкурсная комиссия предпочтет команде Киселева кого-то другого.
       Некоторые говорят, что в верхах уже все решено (недаром же президент лично вырисовывал конфигурации устраивающей его структуры), другие напоминают, что государственное влияние в комиссии сильно, но не абсолютно (пять членов комиссии представляют государственные структуры против четырех независимых профессионалов) и не стоит опережать события…
       Результат, который будет оглашен в среду, в чем-то, конечно, расставит точки над i. Но во многом он станет только началом серьезного разговора о власти, бизнесе и телевидении. И о морали, присущей или не присущей этим трем составляющим.
       Но как бы мы ни говорили о равенстве претендентов, те, кого с данной частоты изгнали, в общественном сознании вольно или невольно воспринимаются претендентами № 1. О том, что конкурсу предшествовало, и о том, что от конкурса не зависело, редактору отдела политики и СМИ «Новой газеты» рассказал генеральный директор ЗАО «Шестой телеканал» Александр ЛЕВИН.
       
       — Ну что, Александр Викторович, первое интервью в качестве генерального директора? Почему все-таки решили сделать генеральным директором вас?
       — Больше некого было. Эту должность должен был занять Павел Корчагин, но он принял решение идти на конкурс в другой команде — с TPG «Aurora». Свято место оказалось пусто, и Киселев предложил мою кандидатуру.
       — Уход Евгения Киселева с первой позиции был условием вашего возвращения в эфир?
       — Не знаю, было ли такое условие с чьей-либо стороны, но сам Евгений Алексеевич выразил желание быть не генеральным директором, а главным редактором.
       — В последнее время много говорилось о том, что гендиректор телеканала должен заниматься всеми делами по организации процесса, а главный редактор и главный продюсер — творческой частью. При таком разделении обязанностей гендиректорство совсем не ваша стезя. Грех вам на это время тратить!
       — Это достаточно превратное представление о функциях генерального директора закрепилось в момент борьбы за НТВ, когда появилось понятие «эффективный менеджмент» (под которым понимался г-н Йордан). Но генеральный директор и финансовый директор — не одно и то же.
       Есть заместители, которые занимаются финансовыми потоками, кредитами, кэш-флоу, брейк-ивен и другими красивыми названиями, которые обожают наши финансисты. Генеральный директор на телевидении — это человек, вырабатывающий направление развития канала: во что именно следует инвестировать деньги, что будет интересно зрителю и соответственно приносить доход. Я лет шесть был гендиректором кинокомпании Dixi и имею некоторый опыт управления, кроме того, функции главного продюсера, коим я был на НТВ и на ТВ-6, во многом схожи с функциями гендиректора.
       — Но вас по инерции называют «командой Киселева».
       — И правильно называют. Евгений Киселев — наш лидер.
       — Как быть с обывательским интересом — кто кем руководит?
       — Руководство Киселева выглядело таким образом, что он не был диктатором, пытался убедить коллег в необходимости принять то или иное решение и оставлял возможность не согласиться с ним. В этом секрет жизнеспособности «команды Киселева». Мы можем работать как одна команда именно потому, что каждый из нас высоко ценит возможность действовать в соответствии с собственными представлениями, а не по указке. И это будет сохранено при любом начальнике. Каждый из руководителей программ является генеральным директором собственного проекта, объединение этих проектов и есть тот канал, который мы хотим сделать.
       — Но при выработке структуры, в которой вы идете на конкурс, основные переговоры вел Киселев.
       — Конечно. Я еще раз говорю, что вопрос назначения меня гендиректором – это решение Киселева.
       — Значит ли это, что при удачном исходе вы по-прежнему будете заниматься своими продюсерскими обязанностями, а Олег Киселев, который уже занял пост гендиректора «Медиасоциума», займется теми самыми инвестициями и финансовыми потоками, о которых мы говорили?
       — В случае победы держателем лицензии на вещание будет «Медиасоциум», гендиректором которого уже является Олег Киселев. А ЗАО «Шестой канал» (объединение инвесторов и творческого коллектива), гендиректором которого являюсь я, для «Медиасоциума» становится производственной структурой.
       — Как в таком случае должны делиться обязанности между двумя гендиректорами?
        — Олег Киселев консолидирует так называемых олигархов, заинтересованных в финансовом благополучии нашего канала, будет расширять круг инвесторов. Подписаны документы об инвестировании, в которых мы взяли на себя обязательства до 2004 года выйти на самоокупаемость. Это вполне реально, если сохранится существующая ныне тенденция развития рекламного рынка и если нам удастся получить ту долю аудитории, на которую мы рассчитываем. Если мы в намеченный срок выходим на самоокупаемость, пакет в 10% акций, который сейчас принадлежит журналистам в ЗАО «Шестой канал», будет увеличен до 20%.
       — Кто держатель этого десятипроцентного журналистского пакета сейчас?
       — Лидеры журналистского коллектива, человек 50, которые вошли в состав соучредителей ЗАО.
        — Последний раз мы разговаривали с вами в начале декабря, и вы уверенно говорили, что власть не оставит ТВ-6 в покое. Хотя в тот момент, глядя со стороны, еще трудно было поверить в это окончательно.
       — Я реалист.
       — И как вы, реалист, оцениваете шансы на конкурсе в среду?
       — 50 на 50. Надо четко понимать, что власть – а ее представителей большинство в конкурсной комиссии — будет выбирать не художественную концепцию, а занимать политическую позицию. Мы не являемся никаким оппозиционным телевидением. Телевидение не должно быть ни оппозиционным, ни лояльным. Мы просто упрямо делаем свою работу в том ее понимании, которое прописано в учебнике по журналистике. Мы – зеркало, которое отражает действительность. Возможно, далеко не идеальное зеркало, но другие каналы тоже искривленные по-своему зеркала. В итоге зритель имеет возможность посмотреть в разные зеркала и сделать самостоятельный вывод.
       — От чего зависит, какая половина из этих «50 на 50» перетянет, – с какой ноги в среду утром встанут в Кремле?..
       — Решение зависит от того, как людям, которые делают политику в нашей стране, представляется ее дальнейшее развитие. Если они считают, что после всех революций необходим застой и что на это время нужно телевидение как колыбельная, как шоры на глазах общества, – это один вектор развития, в который мы не вписываемся. В таком случае лучше делать «Голую правду» или правду в спортивных трусах. Если же им представляется, что дальнейшее развитие страны лежит в области укрепления закона, демократии и капиталистической конкуренции, тогда ситуация должна быть абсолютно прозрачной и тогда мы нужны хотя бы потому, что наша правда иногда отличается от правды государственных и прогосударственных каналов.
       — В таком случае неизбежен вопрос: зачем было вас закрывать? Только для того, чтобы убрать Березовского с этого поля, или же чтобы показать журналистам их место, ввести самоцензуру — нормальные ж люди, вряд ли захотят третий раз за год жизнь ломать…
       — Конкурс и даст ответ на этот вопрос. Если ставилась задача удалить Березовского — будет один результат. Если же главным было убрать из эфира неудобных журналистов — тогда шансов на получение лицензии у нас никаких.
       — Самоцензура, которой от вас явно ждут, неизбежна?
       — Самоцензура неизбежна как следствие пережитых нами стрессов. Но надеюсь, она нейтрализуется. Настоящим товаром (мы же создаем товар, который покупают рекламодатели) являются только честные новости, честная журналистика. Рынок поделен, и нам будет непросто на него вернуться. И в борьбе за рейтинг самоцензура вынуждена будет растворяться.
       — За эти два месяца поисков приемлемой конфигурации и упреков в ваш адрес что было самым сложным?
       — Я газет не читаю, поэтому упреков в наш адрес не знаю.
       — «Прогнулись перед Кремлем…»
       — В том смысле, что объединились с олигархами или что вместе с ними вошли в «Медиасоциум»? В бизнесе нет непримиримых врагов, как нет и постоянных союзников. Есть временные общие интересы. Думаю, что олигархи, с которыми мы имеем дело сейчас, разделяют наш взгляд на телевидение, которое мы хотим делать, – европейское телевидение для тех, кого называют «нарождающийся средний класс». В этом наши интересы с интересами олигархов совпадают. Что же касается «Медиасоциума» как потенциального обладателя лицензии...
       Власть может отнять лицензию у кого угодно, когда угодно — достаточно двух предупреждений. В программе «Земля — воздух» в декабре группа «Ленинград» в прямом эфире вдруг начала ругаться матом, что вполне могло стать поводом для предупреждения… Угробить канал власть может любым образом, помощники всегда найдутся.
       — …например, «ЛУКОЙЛ-Гарант». Успешно угробив ТВ-6, он вдруг подает иск, опротестовывая сам ход процедуры банкротства МНВК. Почему бы в случае вашей победы «ЛУКОЙЛ-Гаранту» не выиграть суд еще раз? Тогда теоретически получается, что ордер выдан на формально занятую жилплощадь…
       — События последнего года показали, что исключать нельзя ничего. Это лишний способ напомнить о нашем подвешенном состоянии, включить внутреннего цензора.
       — Известно о вашей идее в случае победы вернуться в эфир с того самого места, на котором было прекращено вещание 22 января, и продолжить ту же «Соловьиную ночь». Но когда это станет возможным? Существует же куча формальностей с закупкой оборудования, арендой помещения…
       — МНВК заинтересована, чтобы мы или выкупили, или взяли в аренду оборудование. Будем договариваться. Думаю, при благоприятном исходе в течение месяца сможем вернуться в эфир. Хотя обороты наберем только к сентябрю.
       — Значит, даже в случае самого благоприятного исхода до сентября будет переходный период, как и в прошлом году? Второй раз ступать в одну и ту же воду будет легче?
       — Все легче и легче. С каждой новой ликвидацией.
       — Но в этот раз можно начать с чистого листа, а не вынужденно адаптировать чужое наследство, как это было прошлым летом.
       — Я много думал на эту тему. Телевидение — это коллекционирование. Долго-долго делается программа, потом видишь, что она нежизнеспособна, и вынужден собственными руками душить свое же творение. Как в шутке про цыгана – легче новых родить, чем старых отмыть. Удачных проектов значительно меньше, и, конечно, ими дорожишь.
       Старый канал имеет свою силу, но и свою слабость. Сила в упорядоченности, но упорядоченность всегда сопротивляется быстрому реагированию на нужды времени. В этом смысле у нас есть шанс на соответствие. Можем сделать несколько программ, которые не успели реализовать на предыдущем ТВ-6. Есть идеи нескольких проектов – игры, построенной по совершенно иному принципу, чем «О, счастливчик!», есть реальное телевидение, которое мы только-только начали осваивать. Во втором проекте «За стеклом» мы допустили максимальное количество ошибок, которое только можно было сделать в реальном ТВ. Но хорошо поняли, куда идти не надо. И следующий проект реального телевидения будет очень необычным. Он будет называться «Теперь ты в армии!».
       — «За стеклом» в армии?!
       — Да. Но армия, приспособленная под нужды телевидения, – с женским участием. Действие будет происходить на Украине, там в апреле, когда мы думаем запустить проект, уже тепло.
       — Говорите «50 на 50», а сами уже знаете, какой проект запустите в апреле!
       — Собака лает — караван идет. Будет лицензия — продолжим работу, не будет – что ж поделать…
       — После армейского варианта «За стеклом-4» остается проводить разве что в правительстве – неплохая обстановка для шоу на выживание.
       — Хорошая идея. Недаром же съезды народных депутатов были лучшим «реалти-шоу» на советском ТВ!
       — Александр Викторович, должна задать вам тот же вопрос, что и всем вашим конкурентам в борьбе за частоту. Если представить ситуацию вашего неучастия в конкурсе, кто в таком случае кажется вам наиболее достойным претендентом на победу?
       — Для меня идеальным был бы вариант нашего неучастия в конкурсе в том случае, если бы не было никакого конкурса и мы работали бы, как работали. Не стоит забывать, что все остальные претендуют на нашу частоту!
       — В случае, если лицензию получит кто-то другой, что будете делать вы?
       — Главный вопрос — не что будем делать мы, а чего лишитесь вы — зрители?
       
       P.S. Перед конкурсом на право обладания шестой кнопкой «Новая газета» опубликовала интервью с большинством из претендентов: телекомпаниями АТВ и ТV-VI (№ 17), Олимпийским комитетом России (№ 19), Каналом-6 и ТНТ (№ 20).
       Алексей Пиманов (и телекомпания «Останкино», выступающая вместе с «Горбачев-Фондом») от комментариев относительно предстоящего конкурса отказался.
       Мнение М. С. Горбачева при любом исходе мы опубликуем непременно.

       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera