Сюжеты

XXXXXXXX

Этот материал вышел в № 25 от 08 Апреля 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

В своем техническом и интеллектуальном потенциале Российская армия представляет угрозу для собственного государства Активная дискуссия о необходимости реформ в Российских Вооруженных силах показывает, что нам в ближайшее время грозит...


В своем техническом и интеллектуальном потенциале Российская армия представляет угрозу для собственного государства
       

 
       Активная дискуссия о необходимости реформ в Российских Вооруженных силах показывает, что нам в ближайшее время грозит серьезный социальный конфликт. С одной стороны, участники дискуссии в лице общественности требуют отменить обязательный военный призыв. С другой — представители армии настаивают на сохранении старого порядка до наступления более благоприятной ситуации и требуют увеличить ассигнования из бюджета для поддержания боеготовности Вооруженных сил.
       Обе точки зрения напрямую связаны с нынешней ситуацией в Российской армии. Армия деградирует и уже представляет собой прямую угрозу для государства.
       По мнению немецкого «Зюддойче Цайтунг» (14.02.2002), Вооруженные силы России должны быть реформированы безотлагательно. Дела с боеготовностью обстоят плохо. Большая часть из 1,2 миллиона солдат и офицеров охраняет запасы устаревшего и ненужного вооружения, а непосредственно в военных операциях могут быть задействованы только 100 тысяч военнослужащих. Война в Чечне уже показала, что сегодняшняя Российская армия не в состоянии быстро одержать победу. Американская же военная операция в Афганистане дала пример обратного — как следует воевать сегодня: высокотехнологическое оружие в руках высокопрофессиональных военных, мобильные подразделения вместо крупных и неподвижных воинских частей.
       Военный бюджет России уже вырос с 3,5 до 9 млрд долларов США. Однако 70% этих средств уходит на зарплату, размещение военнослужащих и их семей, содержание раздутой инфраструктуры. Менее трети идет на закупку нового вооружения.
       
       Российская армия сегодня – это полки, дивизии, округа с многочисленными штабами, где сидят генералы и клерки, недовольные низким содержанием. Это бесчисленные военные городки, строительные организации, коммерческие структуры, проектные институты, учебные заведения, дома отдыха, полигоны и огромное количество складов с устаревшим оружием, списанной боевой техникой.
       Но основная проблема в том, что современные Вооруженные силы России обладают духом и менталитетом времен даже не Второй, а Первой мировой войны — массовые армии (и массовые потери), прорывы обороны, ввод подвижных частей. Обучение войск и проектирование операций происходят на основе давно существовавшего опыта. Доказательство тому мы видим даже по телевизору. Учения армии — это прежде всего танковые атаки, стрельба по мишеням, вертолеты огневой поддержки. Как много лет тому назад.
       Между тем уже есть новейший боевой опыт ведения войны: у советских войск — в Афганистане, у американцев — в Персидском заливе, Косово, Афганистане. Однако использовать его нынешние российские силы не в состоянии.
       
       «Народ и армия едины». Это не &127;просто расхожий лозунг. Армия — не только инструмент защиты государства от внешних угроз, но и социальный институт. Сегодня отношения армии и общества характеризуются массовым уклонением молодых людей от призыва. Значительной частью молодежи армия воспринимается как тюрьма. Часть люмпенизированных офицеров идет на различные преступления, в том числе хищение оружия. Неуставные отношения, дедовщина, дезертирство стали почти «нормой» армейской жизни.
       Армия оказывает значительное идеологическое влияние на общество, формирует новую ментальность, появляются самостоятельные политические притязания. Генералы и полковники пошли во власть, осваиваются на выборных должностях.
       Председатель Комитета Госдумы по обороне А. Николаев в интервью «Независимому военному обозрению» фактически обвинил Генштаб в непрофессионализме и отсутствии политического реализма. По его словам, преобразования, связанные с военной реформой, провалились. Решения о строительстве Вооруженных сил принимаются на основе единичных фактов частного порядка, что обрекает Россию на полное поражение. По совокупному военному потенциалу американцы опережают нас на 15—20 лет.
       По его мнению, военную реформу следует осуществить в течение 15 лет в четыре этапа. Предусматривается военное присутствие, сначала временное, а затем постоянное, групп кораблей ВМФ на всех океанских театрах военных действий (ТВД) с базированием в иностранных портах, а также дальние групповые полеты стратегической и тактической авиации, создание на всех океанских ТВД российских пунктов базирования и баз для ВМФ и дальней авиации. В конечном счете Вооруженные силы должны быть способны вести крупномасштабную войну и одну-две локальных войны на различных ТВД. Предлагается также ввести 5-процентный налог на все вводимое в стране жилье, чтобы обеспечить жильем военнослужащих, и т.д.
       Как видим, ни о какой оборонительной стратегии России речь не идет. Все те же великодержавные рассуждения с амбициями и претензиями в духе давно утраченной мощи. Пора понять, что Россия — страна с относительно небольшим, быстро стареющим и уменьшающимся по численности населением, с деформированной и подорванной многолетней гонкой вооружений экономикой, терзаемой нерешенными внутренними проблемами. Возникает вопрос: что еще должно произойти, чтобы наконец политическая элита и руководство страны осознали всю пагубность такого курса, ведущего к катастрофе?
       Армия стала самодостаточной. Она существует, чтобы существовать. Однако, реформируя армию, мы, по сути, реформируем Россию.
       Внутриполитическое состояние страны в целом позволяет начать реформы Вооруженных сил уже в ближайшее время. Ситуация в России относительно стабильна. Наблюдается некоторый рост экономики. А завершение в короткий срок военной операции в Чечне может высвободить значительные финансовые и людские ресурсы, необходимые для проведения реформы.
       
       По нашему мнению, суть мероприятий по реформированию Вооруженных сил сводится к следующему: разработать новую оборонную доктрину и сугубо оборонительную политику России и открыто объявить об этом; приостановить, а затем отменить полностью обязательный призыв в армию, в течение 2002—2003 годов централизованно выкупить и вручить каждому бесквартирному офицеру сертификат или ордер на квартиру; увеличить зарплату каждому военнослужащему и предложить службу в новой армии — Российских Вооруженных силах (РВС); разработать и осуществить глубокую реструктуризацию, а скорее, санацию всего действующего комплекса Вооруженных сил, Минобороны, военно-мобилизационных учреждений, предприятий и организаций ВПК.
       Необходимость разработки новой оборонной политики и открытого объявления о ней вызвана рядом обстоятельств. В течение многих десятилетий наша страна претендовала на особый статус в мире и противостояла Западу во главе с США, имея десятки тысяч ядерных боеголовок, мощные ракетные силы и обычные вооружения. По сути дела, вся страна была своеобразным придатком военно-промышленного комплекса. Нас боялись и нам не доверяли.
       Имидж страны-страшилки перешел и к России. Нас продолжают бояться и нам не доверяют, несмотря на принятые военную доктрину и концепцию национальной безопасности.
       Россия продолжает претендовать на особый статус, имея до сих пор тысячи ядерных боеголовок, что вызывает опасения и страх. Ведь, по сути дела, программа ПРО в США направлена не столько против стран-изгоев, сколько против нас, из страха перед нашими ядерными силами.
       Поэтому необходимо заявить открыто, что Россия не имеет военно-стратегических интересов ни в Тихом, ни в Атлантическом, ни в Индийском, ни в других океанах, ни в Средиземном море. «Не нужен нам берег турецкий, и Африка нам не нужна», как поется в популярной песне.
       Наш интерес заключается исключительно в безопасности России, охране и обороне ее сухопутных, морских и воздушных рубежей. Мы не имеем территориальных претензий к соседям, нам никто не угрожает и мы никому не угрожаем. Эти заявления должны быть подтверждены практическими шагами. Какими именно?
       Поскольку нам никто не угрожает, то нет необходимости держать в боеготовности имеющийся ядерный арсенал из тысяч ядерных боеголовок, требующий от страны огромных затрат. У России отпала необходимость в содержании стратегических ядерных сил. Однако этот рефлекторный процесс — не безобидная игра: Россию уже втянули в новый виток ядерного противостояния, в новый цикл гонки ядерных вооружений, требующий огромных затрат. Концепция сдерживания — это миф, изживший сам себя.
       В современных условиях тотальная ядерная война невозможна. Необоснованные претензии и все увеличивающиеся потребности в ресурсах для ВС грозят увлечь в эту «черную дыру» государство в целом.
       И кто, собственно, уполномочивал именно нас осуществлять эту дорогостоящую международную деятельность по сдерживанию исключительно за наш счет?
       Почему ни ООН, ни, к примеру, Китай, имеющий не меньший, чем Россия, военно-экономический потенциал, не проводят политику сдерживания? Играть в паритет с США, «надувать щеки» в противостоянии со страной, имеющей вдвое большее население и на порядки более объемный общий и военный бюджеты, — это противоестественно и принципиально неприемлемо для России. Тем более что по большинству международных проблем у России и США нет неразрешимых противоречий. Нам нужен не особый военный статус государства, а равноправные отношения со всеми странами. Речь идет о расформировании стратегических ядерных сил за ненадобностью и с целью экономии средств или же о создании, по крайней мере, «ядерной паузы» сроком, например, в 10 лет.
       Нужно, видимо, приостановить действия закона РФ от 18 марта 1999 года «О финансировании оборонного закона для СЯС РФ», а также других связанных с ним законов и постановлений.
       Это означает также, что нужно снять все атомные боезаряды с атомных подводных лодок (АПЛ), а сами действующие АПЛ законсервировать. По сообщениям прессы, только одна из 8—10 находящихся в строю подводных лодок находится в боеспособном состоянии, остальные годами стоят у причальных стенок, однако не выводятся из боевого состава, что приводит к бесполезной трате огромных средств. Аналогичная ситуация в авиации и других родах и видах ВС.
       
       Высвободившиеся в результате этих мероприятий средства (сотни миллиардов, а возможно, суммарно триллионы рублей) и нужно направить на реформирование и модернизацию Вооруженных сил.
       После отмены обязательного призыва армия станет полностью состоять из кадровых военных, контрактников и вольнонаемных. Ныне действующим офицерам предложить службу в новой армии — Российских Вооруженных силах, в том числе и на солдатских должностях на переходный период, увеличив довольствие. Военнослужащие срочной службы продолжат дослуживать положенный срок.
       Основными задачами на переходный период новой профессиональной армии являются: обеспечение сохранности оружия, боеприпасов, имущества; организация боевой учебы и боевой службы; несение караульной и гарнизонной службы, обеспечение внутреннего распорядка.
       В качестве первоочередной задачи следует рассматривать обеспечение жильем в течение 2002—2003 годов всех офицеров.
       РВС – это совершенно новые Вооруженные силы, живущие по новым уставам и распорядкам, имеющие новые воинские звания и новую форму одежды военнослужащих, новую символику, новый текст присяги. РВС должны иметь новую структуру учебных и боевых подразделений в соответствии с новыми задачами, новые нормы оснащения. РВС должны быть ориентированы на выполнение своих основных задач – учебных и боевых — при максимальном упрощении и прозрачности состава и структуры основных подразделений.
       Для этого необходимо вычленить из общего аморфного состава Вооруженных сил основные боевые и учебные подразделения. Например, в качестве высшего воинского соединения можно принять дивизию смешанного или специализированного состава с численностью 12—15 тысяч человек. Все дивизии, а их должно быть не очень много, например около 20, должны оперативно управляться непосредственно Минобороны или методически Генштабом без промежуточных звеньев.
       Новая армия не должна быть обременена излишней собственностью, поэтому в короткие сроки нужно пересмотреть необходимость хранения (запасов устаревшего оружия, боеприпасов и т.д.)
       Следует также максимально сократить количество предприятий и организаций, подчиненных Минобороны, предприятий ВПК, проектных, научно-исследовательских и учебных учреждений, совсем исключить строительные, коммунальные и т.п. учреждения, отпустить их «на волю» с правом и обязанностью выполнять госзаказ.
       
       Перечень мероприятий можно продолжить, однако они должны быть изложены в специальной программе. Смысл их заключается в том, что, вычленив основное учебно-боевое ядро, оставшиеся материальные ценности и организации функционально и оперативно предназначить для выполнения основных задач — военно-учебной, военно-научной (методической) и боевой деятельности.
       Нужно не экономить, а рационально тратить горючее, боеприпасы, моторесурс техники. В новой армии нужно запретить выполнять строительную, коммерческую и иную подобную побочную деятельность.
       Ввиду своей особой значимости реформа не может являться делом только военных, готовых десятилетиями «реформировать», не меняя ничего и лишь требуя дополнительного финансирования.
       Программу реформирования ВС должна разрабатывать высококвалифицированная экспертная государственная комиссия под непосредственным патронажем президента РФ.
       И реформа Вооруженных сил должна осуществляться одноразово, без стадий и этапов, растянутых на годы.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera