Сюжеты

КОГДА БУДУТ БИТЬ, БУДЕТЕ ПЛАКАТЬ

Этот материал вышел в № 28 от 18 Апреля 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

ЮКОС обвиняет ТНК в неэтичном поведении. ТНК отвечает тем же — неэтичным поведением Три недели назад история гибели «Роспана» вошла в новую, по всей видимости, завершающую фазу. Пациент скорее жив, чем мертв, решил арбитражный суд и...


ЮКОС обвиняет ТНК в неэтичном поведении. ТНК отвечает тем же — неэтичным поведением
       
       Три недели назад история гибели «Роспана» вошла в новую, по всей видимости, завершающую фазу. Пациент скорее жив, чем мертв, решил арбитражный суд и прекратил процедуру банкротства газодобывающей компании. СМИ, дружественные ЮКОСу, с облегчением высказались в том смысле, что ура, торжество закона, слава богу, и т.д. Оппонент ЮКОСа, Тюменская нефтяная компания, через другие СМИ выразила свою точку зрения, дав понять, что решение суда неверное, беспрецедентное, банкротить «Роспан» все равно надо, а ЮКОС играет не по правилам. Разборки нефтяных конкурентов человеку, не вовлеченному в них, неинтересны. Но одна из сторон, компания ЮКОС, заговорила об этике. Это явление — апелляция к этическим нормам в бизнесе — заслуживает рассмотрения.
       Собственно, об этике начали говорить по той причине, что опираться в споре только лишь на закон оказалось недостаточным. Законы порой имеют пробелы, более того, в нашей стране многие беззакония творятся именно по закону. А в истории с «Роспаном» ключевой нормативный документ — федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», критических высказываний о котором прозвучало столько, что ничего нового добавить уже, пожалуй, невозможно. Этот закон, введенный в 1997 году, создал обширное поле для коррупции судей; по нему предпринимались попытки «распилить» не только «Роспан»; и если в данном случае это не удалось, то в большинстве других — с успехом. Закон этот делает так называемые недружественные поглощения не только возможными, но даже наиболее привлекательными: «агрессор» тратится на сравнительно небольшой пакет акций и(или) кредиторской задолженности «жертвы», взятки чиновникам; добившись процедуры банкротства, сажает в кресло внешнего управляющего своего человека, который окончательно добивает предприятие, чтобы его можно было скупить уже совсем по дешевке…. И ведь что самое обидное: все отняли по закону.
       Действительно, есть такой парадокс: закон настолько кривой, что нарушения других законов неизбежны; они, в сущности, провоцируются самим законом о банкротстве. Такая казуистика толкает предпринимателей, не желающих, с одной стороны, стать жертвой «агрессоров», с другой — использовать их же методы, к желанию договориться с коллегами по бизнес-сообществу о правилах. Мол, мужики, раз закон такой кривой, давайте договоримся о приемах конкурентной борьбы, чтобы все было по-честному, цивилизованно. Именно об этом заявил ЮКОС в ходе конфликта вокруг «Роспана», заодно давая, таким образом, понять, что оппонент действует нечестно.
       Между тем вопрос «что такое хорошо и что такое плохо» в российском бизнесе получил новое звучание. Уродливые формы передела собственности, которые господствовали у нас многие годы начиная от приватизации, должны уступать место новым правилам бизнес-этики. И характерно, что эта новая тенденция пробивает себе дорогу не с помощью «дубинки» закона, — это добрая воля самих же бизнесменов, осознавших, что добрая репутация сегодня стоит дорого. На экономическом языке это называется «капитализация», то есть стоимость компании, как ее оценивает рынок. Основной составляющей капитализации, помимо всяких сугубо производственных вещей и имущества, является доверие участников рынка. Так вот ЮКОС по этому показателю значительно обогнал даже самую большую газовую империю.
       …И вот теперь вновь зашла речь о цивилизованных правилах, рамках приличия, этических нормах. Какие причины заставили на этот раз ЮКОС говорить о корпоративной этике? Ситуация вокруг ЗАО «Роспан Интернешнл».
       Газодобывающая компания «Роспан» находилась в собственности Международной группы компаний «Итера», когда ТНК начала активную скупку долгов «Роспана». ТНК, как скоро выяснилось, не хотела довольствоваться малым — доходом от разницы между номинальной величиной долгов и стоимостью, по которой они были скуплены. Она решила получить активы «Роспана». (Кстати, это сравнительно недавно обозначившаяся тенденция: нефтяники заинтересовались природным газом.) Поскольку «Роспан» находился под внешним, а затем конкурсным управлением еще с 1998 года (причем с 2000 года конкурсным управляющим был Михаил Рубцов, крайне лояльный к Тюменской нефтяной компании), «Итера» сочла более рациональным не бороться с кредиторами, а продать «Роспан». Покупателем итеровского пакета акций «Роспана» стал ЮКОС, который пошел по пути прозрачного бизнеса. ЮКОС мобилизовал средства, необходимые для полного покрытия требований всех кредиторов (три с небольшим миллиарда рублей), и депонировал их на счете нотариуса, предложив кредиторам «Роспана» получить свои деньги. Кредиторы, аффилированные с ТНК, отказались «идти в кассу». Этот парадокс может озадачить наблюдателя, не знакомого с бизнес-реальностью России; для всех остальных это предсказуемый шаг ТНК.
       Действующий закон «О банкротстве» вовсе не является законодательным обеспечением прав кредиторов, которым не платит должник. Зато он позволяет обанкротить в принципе любое предприятие, даже не имеющее долгов. Главное — инициировать процесс и посадить в кресло управляющего своего человека. Уже он сделает процесс необратимым: и реальные долги появятся, и активы уплывут.
       ТНК не взяла свои деньги и этим подтвердила, что для нее не важен долг «Роспана», ей нужен сам «Роспан». Это вызвало сильное беспокойство ЮКОСа, он начал говорить об этике. Мол, ребята, мы с вами хорошо знаем, что вы добиваетесь контроля над «Роспаном», хотя и говорите в суде о его задолженности. Неужели вам не стыдно быть такими нецивилизованными?.. Кроме того, ЮКОС предложил тюменцам партнерские 44% акций «Роспана», на которые ТНК и рассчитывала, но предложил их по нормальной рыночной цене в открытой, а не подковерной сделке.
       В ответ ТНК в основном отмалчивалась, а г-н Рубцов «разруливал» денежные и товарные потоки «Роспана» по известному призыву Остапа Бендера: «Когда будут бить, будете плакать, а сейчас торгуйте, не задерживайте».
       Наконец судебным актом 26 марта 2002 года производство по делу о банкротстве «Роспана» было прекращено. Правда, постановление арбитража не содержало ничего о прекращении полномочий конкурсного управляющего Михаила Рубцова. Это дало повод тюменцам толковать решение суда так: банкротство прекращено, но наш-то человек по-прежнему управляет «Роспаном» на законных основаниях. ЮКОС, естественно, занимает противоположную позицию: Рубцов должен «съехать с вещами», так как действующее законодательство не предусматривает сохранения полномочий конкурсного управляющего после того, как сама процедура конкурсного управления прекращена. Сразу после суда ЮКОС организовал внеочередное собрание акционеров «Роспана», которое назначило нового гендиректора. Он приехал в Новый Уренгой, заключил с вневедомственной охраной местного УВД договор об охране офиса «Роспана». Милиционеры попросили всех посторонних освободить помещение офиса. Господин Рубцов себя посторонним не признал, ссылаясь на решение суда, позволяющее двусмысленное толкование. Создалась интересная ситуация, когда назначенные ТНК менеджеры просто отказались покинуть чужой офис… Понятно, что ЮКОС, будучи уверенным в правоте и юридической твердости своей позиции, счел аргументы оппонента не только несостоятельными, но и надуманными. Иными словами, нечестными.
       …До тех пор, пока существует конкуренция, будут происходить и столкновения конкурентов. Цивилизованное решение споров в бизнесе возможно при наличии двух условий: адекватной законодательной базы и высокого уровня корпоративной культуры. Следует понимать, что если первое — законы — не так уж сложно довести до ума, то второе — дело времени и будет стоить многих усилий и разочарований. Сейчас ЮКОС хочет, чтобы все игроки играли по-честному. Это благое пожелание, однако, разбивается об обстоятельства и привычки. (Точно так же не действуют уговоры платить налоги; эти уговоры бесплодны до тех пор, пока их честная уплата воспринимается как признак ненормальности, а уклонение от них — норма.) ЮКОС несколько обгоняет время: в России еще не начался переход от дикого капитализма к цивилизованному. А увещевания ЮКОСа в адрес ТНК полезны только в одном: надо кому-то начинать, чтобы изменения в сознании российских предпринимателей наконец начались. Так что речь надо вести не о столкновении двух идеологий развития бизнеса, а об издержках роста. Одни взрослеют быстрее других, вот и все.

       Судье Наро-Фоминского суда
       Лебедеву А.И.
       от Соколова О.В.,
       ветерана газовой отрасли,
       город Новый Уренгой

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО
       
       Господин судья!
       Я не надеюсь, что мое письмо будет воспринято вами, даже если вы его прочтете. Но как человек, отдавший ямальскому Северу 30 лет жизни и упорного труда, не имею права молчать.
       Я хочу, чтобы вы знали о том, к какой катастрофе ведет, как калечит человеческие судьбы одно-единственное решение – подписанное вами 5 апреля решение об отстранении генерального директора предприятия «Роспан» в Новом Уренгое. На этом предприятии трудятся сотни близких мне людей, на нем еще недавно, пока были силы, работал и я сам.
       У себя в Наро-Фоминске вы, может быть, и не знаете, где находится Новый Уренгой и что такое наше газовое предприятие «Роспан», которое вы убиваете одной своей подписью. Теперь на нашем предприятии при помощи судебных приставов пытается водвориться бывший конкурсный управляющий. Работники уже давно дали ему кличку Мамай.
       Две недели назад мы получили надежду, что больше никогда не увидим его в нашем городе. Тогда московский суд постановил, что «Роспан» больше не банкрот. А вы сами знаете, что чувствуем мы, когда предприятие объявляется банкротом? Страшно потерять работу, страшно за будущее, потому что каждый месяц зарплата меньше, чем в предыдущий. Страшно за жизнь свою и детей (добывает газ и мой старший сын), потому что тяжелым и взрывоопасным производством пытается руководить какой-то человек, должность которого звучит странно — «конкурсный управляющий». Думает он только о том, как потуже со своими приятелями набить карманы.
       Все это мы, люди, своим трудом добывающие стране газ, испытали на своей шкуре.
       Когда прекратили наше банкротство и к управлению пришел профессионал-газовик, избранный собранием, мы поверили, что действительно есть высший суд, есть правда на свете. Ведь предприятие-то наше живое, работающее, кто бы там ни говорил, что мы — банкроты.
       Вы, господин судья, растоптали эту веру, сделали все, чтобы не дать подняться с колен нашему коллективу, который намеренно с вашей помощью банкротят и хотят за счет этого захватить олигархи.
       Я не понимаю, почему вы там, в Наро-Фоминске, решаете нашу судьбу, какое имеете на это право? Но я хочу, чтобы вы знали: именно вы хороните сегодня «Роспан», именно на вашей совести нынешняя беда, павшая на жизнь нашего коллектива, именно вы в ответе за будущее наших детей, на вашей совести слезы наших жен.
       Я понимаю, что за все, что вы натворили, с вас не будет спроса. Бог вам судья. Хотя уверен, что Бога вы не признаете. И вам наплевать, что есть слово «совесть». Но нам на наше предприятие не наплевать. Мы будем бороться за родной «Роспан» и за нашего генерального. И победим в этой борьбе мы, а не вы и те, кто стоит за вами с мешком денег, потому что правда — за нами.


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera