Сюжеты

ГЛАВНОЕ В ПОСЛАНИИ ПРЕЗИДЕНТА — ОКРИК

Этот материал вышел в № 29 от 22 Апреля 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

13% государства в России все-таки есть Едва в России начал действовать 13-процентный налог на доходы физических лиц, как в правительстве раздались голоса, что вот-де налог ввели, плательщиков выявили, а теперь пора налог и повысить. И вот...


13% государства в России все-таки есть
       
       Едва в России начал действовать 13-процентный налог на доходы физических лиц, как в правительстве раздались голоса, что вот-де налог ввели, плательщиков выявили, а теперь пора налог и повысить. И вот в своем послании президент Путин сказал, как отрезал: 13% есть и останется. Уймитесь. Уймутся ли?
       С каким-то удивительным упорством чиновники наши рассуждают о снижении и повышении налогов исключительно в связи с доходами бюджета. В самом крайнем случае вспоминают они «кривую Лаффера» — теорию о том, что если совокупное налоговое бремя превышает допустимый уровень, то доходы от налогов падают, а не растут.
       Теория Лаффера – вещь справедливая, но только для устойчивых рыночных обществ. В нестабильных же обществах чрезмерность налогов способствует не только уменьшению общего сбора, но и гибели государства.
       В VI в. н.э. император Юстиниан сумел восстановить Римскую империю практически в полном объеме. Его полководец Велизарий вернул империи провинцию Африку (т.е. территорию бывшего Карфагена, ныне — Тунис), завладел Сицилией и с 5-тысячной армией разбил готов в Италии. Освобожденные обитатели Апеннинского полуострова радостно приветствовали свое возвращение в лоно империи, пока не выяснилось одно неприятное обстоятельство. Фискальный гнет варварского государства готов был минимален, поскольку государственный аппарат практически отсутствовал. По возвращении же империи хозяева трижды опустошенных войной земель были «опутаны синоной, эпиболэ и диаграфе», как пишет Прокопий Кесарийский.
       В результате спустя десяток лет жители Италии тайком обратились к варварам-лангобардам с просьбой прийти и освободить их от налогов, а заодно – и от восстановленной империи.
       Нас поражает молниеносность, с которой горстки европейцев завоевывали южноамериканские государства. Однако заметим: когда Кортес высадился на окраине государства ацтеков, первое, что он услышал, — это то, что столица собирает с областей слишком много налогов. В дальнейшем недовольные индейские племена стали верной опорой Кортеса: именно они вместе с горсткой европейцев стерли, квартал за кварталом, Теночтитлан с лица земли. Налоговая политика ацтеков куда больше ответственна за разрушение их культуры, нежели Кортес.
       Пожалуй, самым лучшим примером может служить средневековая Византия.
       Налоговое бремя, лежавшее на общинах, побуждало крестьян отдаваться под покровительство знати — «динатов», то есть сильных, которые явочным порядком избавляли общинников от фискального гнета. Чем больше человек уходило к динатам, тем тяжелее благодаря круговой поруке становилось налоговое бремя остальных. Чем больше возрастало налоговое бремя, тем больше людей уходило из-под государства к частным лицам. Государство возмущалось, что бедные отдаются динатам и «лишаются возможности уплачивать справедливые и причитающиеся налоги», как писал в одном из декретов Юстиниан. Но люди продолжали отказываться от свободы ради безопасности: если в Европе люди становились крепостными из-за отсутствия государства, то в Византии — из-за чрезмерного давления последнего.
       Все это, разумеется, лишь примеры, а не законы. Но примеры поучительные: я бы не сказала, что с малым бизнесом в России происходят вещи, сильно отличающиеся от тех, что происходили с византийскими крестьянами.
       Не надо сравнивать Россию с Америкой; не надо писать со слов западных консультантов идиотский налоговый кодекс, в котором западные ставки налогов сочетаются с русской презумпцией виновности налогоплательщика. Надо осознать, что Россия по слабости социальной структуры и при низком налоговом пороге, за которым начинается распад государства, — страна совершенно средневековая. А в Средневековье и десятина – 10% от доходов – считалась невыносимо высоким налогом.
       13 процентов налога на доходы – это не фискальная мера. Это пока единственное реально свершившееся в России мероприятие по восстановлению государства. И за один этот решительный окрик президента можно простить все другие осторожности послания.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera