Сюжеты

ЧЕЧНЯ ПОСЛЕ ПРИКАЗА № 80

Этот материал вышел в № 31 от 29 Апреля 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

КАК УМИРАЮТ СЕГОДНЯ — В ХОДЕ ОБЪЯВЛЕННЫХ «ВЕЖЛИВЫХ ЗАЧИСТОК» И В ПЕРЕРЫВАХ МЕЖДУ НИМИ? Прошел месяц, как на свет явился теперь уже знаменитый приказ № 80 по Объединенной группировке войск и сил на Северном Кавказе, подписанный генералом...


КАК УМИРАЮТ СЕГОДНЯ — В ХОДЕ ОБЪЯВЛЕННЫХ «ВЕЖЛИВЫХ ЗАЧИСТОК» И В ПЕРЕРЫВАХ МЕЖДУ НИМИ?
       
       Прошел месяц, как на свет явился теперь уже знаменитый приказ № 80 по Объединенной группировке войск и сил на Северном Кавказе, подписанный генералом Молтенским. Те, кто следит за событиями второй чеченской войны, знают, что речь в нем идет о некоем новом этапе так называемой «антитеррористической операции» – этапе «вежливых зачисток» в Чечне, или «мягкого беззакония». Взамен недавнего — тотального, сопровождавшегося убийствами, пытками, грабежами и похищениями людей силами военнослужащих.
       Напомним: 80-й приказ был сразу же объявлен «поворотным» — причем как представителями администрации президента Путина, так и правозащитниками.
       Что произошло в Чечне за этот месяц жизни по-новому?
       
       Дикие Сады
       ...Водителя начинает бить дрожь — он живет неподалеку и слишком хорошо знает, что может произойти тут, на пустынной, намокшей от дождей грунтовке между Садами. Мы едем по ней и вдруг видим свежий след бронетрека — это федералы. Они впереди, никак не разминуться — очередной летучий отряд военных неизвестной силовой принадлежности, неясных целей и задач, каких полно в сегодняшней Чечне. Чем заняты? Почему прикатили сюда дождливым воскресным вечером?..
       Молчаливые мрачные солдаты рассредоточены по обе стороны дороги и держат грунтовку под прицелом. Поодаль копошится группа людей в камуфляжах, но все — как в немом кино. Когда видно, но не слышно. Военные стараются не производить шума, и неестественная тишина висит вокруг, тишина от десятков людей, обвешанных оружием.
       — Плохо дело, – роняет водитель. – Наверное, опять труп привезли. Скидывают...
       У этой дороги, ведущей из селения Гойты в райцентр Урус-Мартан и разрезающей надвое заброшенные в войну фруктовые сады, — дурная слава. С недавних пор военные облюбовали неухоженные фруктовые заросли под место для бессудных казней и тайных захоронений. Это им удобно: слева – джунгли грушевые, справа – яблоневые.
       — Аслана нашли там, под грушами, – говорит водитель.
       Мы тут, собственно, именно по этому поводу, чтобы осмотреть место финального акта личной трагедии 33-летнего гойтинца Аслана Ахмадова. Он воевал в первую войну, а во вторую безвылазно сидел дома. Считал, нельзя поддерживать «бородачей».
       Как-то он поехал в центр села. Просто так, пообщаться. Там увидел знакомого, вылез из машины, разговорился. Вскоре рядом с Асланом остановились «пятерка» и уазик, оттуда выскочили урус-мартановские ФСБ-шники, без каких-либо объяснений затолкали его на заднее сиденье — и были таковы...
       Следующим утром в дом Ахмадовых приехали с обыском – первым, а потом вскоре и вторым... С матом и издевательствами. Еще некоторое время спустя по телевизору, по первому каналу, объявили, что в Чечне задержан «полевой командир Аслан Ахмадов». Через несколько часов об этом сообщили и другие каналы, но уже не просто «задержан», а «уничтожен при нападении на колонну федеральных сил». И продемонстрировали карту, где шел бой, — на гойтинской окраине... «Операция спецслужб прошла успешно...» — отрапортовали те, кто рапортует... Братья Аслана бросились осматривать указанное по телевизору место, но, не найдя никаких следов боя, объехали все районные гражданские и силовые структуры: «Где он? Ведь это вы его увезли? Какой бой?.. В одиночку? С колонной и ее боевым охранением?».
       Там жали плечами. Но к ночи в Гойты пришел посредник, которых в Чечне сейчас немало («рынок» слишком большой – тысячи задержанных, исчезнувших и трупов), и сообщил, что Ахмадов Аслан Зайндиевич убит сотрудниками ФСБ, а труп выброшен в Дикие Сады. Указал точное место — без этой определенности искать там можно долго: фруктовые плантации занимают обширную территорию примерно три на три километра.
       Тело Аслана действительно лежало под только что распустившимися грушами. Его сложно было опознать. Труп взорвали... Но семья сегодня уверена: им повезло, они похоронили Аслана.
       Эта история – типичная для весны-2002 в Чечне, весны после приказа. Масштабных «зачисток» немного – а значит, формальное исполнение «80-го» налицо, но им на смену пришли массовые «адресные» похищения людей, преследующие самые различные цели (в данном случае – явно отчетно-идеологическую).
       Характерный почерк этих мероприятий – отрицание силовыми структурами какой-либо причастности к похищению, беспомощность гражданской прокуратуры даже при наличии свидетелей похищения, последующее уничтожение всех, какие есть, следов и, конечно, специальная работа федералов по запугиванию пострадавших семей, чтобы не вздумали писать и не жаловались.
       
       Затравленная молчанка
       Странное ощущение: на улицах Гойт сегодня даже улыбки — редкость. Люди вглядываются в незнакомцев со страхом, а день существует только для того, чтобы подготовиться к ночному военному разбою.
       — Я боюсь, – говорит, держась за сердце обеими руками, мать изуродованного и убитого молодого мужчины с улицы Кирова, его взяли прямо с постели недавно на рассвете. – Не пишите нашего имени. Я даже заявление в прокуратуру не подам. У меня еще четыре сына. Если я это сделаю, они убьют и их. Нас уже предупредили.
       С отцом другого парня, которого в апреле постигла та же «ночная» участь, мы даже не входим в дом, а сидим в машине на нейтральной территории, чтобы никто ничего не понял, — и это единственная, уверен отец, возможность поговорить. Старика-пенсионера почти рефлекторно передергивает, когда кто-то подходит близко к машине и пытается увидеть, что в ней происходит.
        — Как сына похоронил, я не сплю по ночам, жду проклятых гостей, – признается он. – Сначала, как положено, написал заявление в прокуратуру, и нас тут же припугнули. Думаю, заберу обратно.
        Затравленное молчание – именно так ведет себя и семья Аслана Ахмадова. Причину объясняют так же: в доме еще есть мужчины, и если ФСБ-шники сочтут, что они посмели жаловаться, заберут и их... Однако Ахмадовы понимают — надо все равно что-то предпринимать: с каждым днем только хуже, ведь труп их Аслана – шестой, подброшенный в Сады только за четыре первых апрельских дня!
       2 апреля там нашли останки, как тут говорят, «примерно трех» взорванных человек. 3 апреля с утра, когда семьи исчезнувших, узнав о находках предыдущего дня, стали стекаться к Садам, то обнаружили еще два трупа. Один — совсем «свежий», убитый не более чем за день до этого. Второй – опять подорванный, когда чуть сохранилось лишь то, что ниже пояса... А ведь есть еще канал-арык на северной окраине – вода, где 11 апреля выловили «штаны» — безголовый и с удаленными половыми органами мужской труп, одетый в брюки военного образца с камнем в кармане, чтобы не всплыл...
       Все понимают люди – но им надо выживать. И это требует от них в сегодняшней Чечне прежде всего молчания. На что и расчет военных.
       
       Банда на троих
       — Мы дома не спим с тех пор... – говорят братья Ахадовы.
       Ахадовы — большая семья, где было пять взрослых сыновей, и все далекие от военных страстей люди. Выращивали скот и торговали мясом на базаре. Роман — один из пяти — считался среди них признанным лидером в этом бизнесе. В конце марта он уехал по делам в Москву, и вскоре в дом ночью нагрянули военные, забрав трех его братьев. Вопрос к ним был один: «Куда делся Роман?» Женщины спешно дозвонились до Москвы, и Роман тут же вернулся, сам пошел в сельскую комендатуру в сопровождении сельского кадия Магомеда Бакашева, показал авиабилеты и спросил: «Что вы хотите обо мне знать? Говорите со мной».
       Братьев отпустили, а Роману сказали: «Все нормально. Нет никаких вопросов. Ты – свободный человек». А ночью (с 1 на 2 апреля), перед рассветом, в дом на улице Пушкина нагрянули военные, братьев избили, забрали все деньги – 6740 рублей, а Романа увезли в неизвестном направлении. А 4 апреля посредник сказал семье: «Идите в милицию в Урус-Мартан. Труп – там».
       — Коленные чашечки прострелены, – плачет Ляля Ахадова, мать. – Пальцы – тоже. Челюсть сломана. Кости раздроблены. Все мои сыновья с мужем были в отряде самообороны, дежурили, не пускали сюда боевиков... И теперь – благодарность от России?
       Однако официальная версия смерти Романа Ахадова – просто фантастична. Родственникам сказали, что он и еще двое его «товарищей» составляли банду, «напавшую на колонну», и поэтому были уничтожены...
       — Когда? – спросили родственники.
       — Вчера, — ответили им.
       — Но как Роман мог «вчера» напасть на колонну, если вы его арестовали за два дня до этого?..
       Два других трупа – «товарищей» Романа по «банде» — были однорукого инвалида-гойтинца Зелимхана Демельханова и Мусы Дакаева. Все они — просто односельчане — не друзья и не родственники. Ни Романа Ахадова, ни между собой. Этих троих роднит только метод, которым федералы «вычистили» их из нашей жизни. На рассвете 4 апреля Зелимхана и Мусу забрали прямо из их домов военные, приехавшие на двух БТРах с замазанными номерами («замазанность» категорически запрещена приказом № 80).
       А 5-го, напомним, трупы после «нападения на колонну» уже выдали семьям... И если верить этой официальной версии, то получается: все трое объединились в борьбе против федералов, находясь непосредственно у федералов, вырвались за пределы комендатуры и, будучи в нижнем белье, добежали до гойтинской окраины несколько километров, по ходу раздобыли оружие – и вступили в бой с колонной... Бред.
       Не бред же то, насколько были они изуродованы.
       Ежедневные провокации силовиков и трупы, трупы, трупы с одним почерком похищений и последующим убийством – вот чеченская жизнь после приказа, на который военные, похоже, плевать хотели и заняты сегодня одним: как бы доказать, что он был ошибкой, а «антитеррористическую операцию» заканчивать никак нельзя...
       И еще об одном: в конце марта многие наши правозащитники праздновали победу. Они говорили, что приказ генерала Молтенского и есть тот долгожданный знак смягчения военных нравов в Чечне, а значит, и мира или хотя бы надежд на него в обозримом будущем. Мол, мы «их» жали-жали и дожали... Оказалось наоборот.
       Это «они» правозащитников «поимели» — использовали, как захотели. И правы оказались те, кто предостерегал: соглашательство с теми, кто благословляет убийства и средневековое насилие, невозможно, даже в малом, для тех, кто ратует за неукоснительное исполнение законов и Конституции, где не может быть ни «вежливых», ни тем более «жестких» зачисток – никаких подобных «спецмероприятий», если во главу угла действительно поставлен приоритет прав человека над всеми остальными правами.
       ...Путешествию – вот-вот конец. Военные смилостивились, не обстреляли. Дикие Сады остаются за спиной. Вот уже машина докатывается до безопасной зоны, и водитель, вжавшийся в баранку, приходит в себя. Позади — грушевые джунгли в бурном цвету, выдюжившие войну в отличие от яблоневых зарослей, стоящих, как природный памятник военному бесплодию — одичалые и совсем без бутонов. Но мы говорим о том, что и от этой грушевой плодовитости толку тоже чуть: никто в Урус-Мартане не осмелится отведать диких плодов на крови. Да и любоваться ими не станут, уже завтра утром в Сады придут те, кто смотрит только на землю — ищет тела своих исчезнувших родных, весть о вечерном появлении тут военной колонны быстро разбежится по тем домам, где счастьем сегодня почитают, когда есть что похоронить.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera