Сюжеты

ОТВЕТНЫЙ УДАР?

Этот материал вышел в № 34 от 16 Мая 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Кто же все-таки спланировал атаку на нью-йоркские небоскребы? Теракты, происшедшие в Нью-Йорке 11 сентября прошлого года, а также последовавшая вслед за ними рассылка по почте спор сибирской язвы породили массу теорий, домыслов и гипотез,...


Кто же все-таки спланировал атаку на нью-йоркские небоскребы?
       
       Теракты, происшедшие в Нью-Йорке 11 сентября прошлого года, а также последовавшая вслед за ними рассылка по почте спор сибирской язвы породили массу теорий, домыслов и гипотез, авторы которых пытались ответить на один вопрос: КТО? Американские спецслужбы быстро и решительно дали свой ответ на этот вопрос, но не закрыли тему. По следу террориста идут не только сыщики и бойцы спецназа, но и ученые-аналитики, пытающиеся на основе отрывочных данных реконструировать облик убийцы.
       Предприняли такую попытку и трое российских исследователей — инженер-электронщик и историк-социолог Анатолий ЖЕЛЕЗНЯК, художник Лидия ЖЕЛЕЗНЯК и физик-теоретик, доктор физ.-мат. наук Олег ЗАСЛАВСКИЙ.
       
       Диверсионно-террористической атаке на США 11 сентября 2001 г. свойствен исключительно высокий, беспрецедентный уровень системности, резко контрастирующий с тем, что характерно для «классического» (в частности арабо-исламского) терроризма. Эта военно-террористическая операция была задумана и проведена не как «улучшенный» вариант уже известных образцов (пусть даже и доведенный до «совершенства» и в гигантски увеличенных масштабах), а как нечто качественно новое. Такие скачки не только в созидательной деятельности человека (техника, наука, искусство), но и в ее разрушительном антиподе могут совершаться только «гениальными» одиночками.
       Непосредственными исполнителями (а почти наверняка – и заказчиками-спонсорами) терактов были арабы-мусульмане. Однако скоординированные действия большого числа террористов в рамках нескольких сплоченных «коллективов», необычные цели и средства террористической атаки, ее глубокая продуманность, высокая организованность и высокая системность для арабо-исламского терроризма совершенно нехарактерны. Арабские террористы склонны действовать в одиночку или (редко) небольшими группами, в основном спонтанно и хаотично, ставя перед собой простые и практичные цели, применяя известные, проверенные, «хорошо зарекомендовавшие» себя приемы и методы. Использование принципиально новой, совершенно нетрадиционной «технологии», да еще в таком масштабном, ответственном и рискованном деле, – явление необычное и удивительное, причем не только для «классического» мусульманского терроризма, но и для исламской культуры как таковой.
       Поэтому естественно предположить: у арабских заказчиков и спонсоров был «начальник штаба», верховный организатор-координатор (далее для краткости Х), не принадлежащий к арабскому (и вообще мусульманскому) миру, причем именно ему, «гению» террора, принадлежат не только общая идея и план терактов, но и практическое руководство по их реализации.
       Можно ли конкретизировать культурно-этническую принадлежность Х? Мы полагаем, что (с определенной вероятностью) да. В любой значимой деятельности (в том числе и преступной) так или иначе проявляют себя национально-культурные стереотипы мышления и поведения. В отношении «черного вторника» и «почтовой» сибирской язвы это общее положение особенно актуально по еще одной специфической причине. Этим терактам свойствен целый ряд квазихудожественных признаков, которые образуют единый и высокосистемный квазихудожественный текст.
       Приведем лишь один пример. Оружием террористов в самолетах были ножи для разрезания бумаги. С другой стороны, споры сибирской язвы рассылались в конвертах, т.е. изделиях из бумаги, причем для того, чтобы достать содержимое конверта (и тем самым сделать теракт удавшимся), получатель должен был раскрыть конверт, что наиболее естественным образом может быть сделано при помощи ножа для разрезания бумаги. То есть в обоих случаях непосредственная жертва поражалась как бы одним и тем же оружием.
       Подробный анализ как таких квазихудожественных признаков, так и общих черт менталитета и характера Х, проявившихся в организации терактов, позволяет сделать предположение, что Х – японец (вероятно, американский и, во всяком случае, никакого отношения к «Красной армии Японии» не имеющий).
       В пользу данного предположения говорит, в частности, и конкретный способ самопожертвования: арабы взрывают на себе бомбы, русские закрывают собой амбразуру, а вот самолет-торпеда с пилотом-смертником (камикадзе в узком, исходном значении этого слова) – явление чисто японское.
       Но если Х – японец, то естественно заключить, что теракты 2001 г. представляли собой месть за Хиросиму — Нагасаки.
       Приведем (в иллюстративных целях) лишь несколько соображений:
       а) возмездие Америке пришло с неба;
       б) атаке подверглись небоскребы Манхэттена, а работы в США по созданию атомной бомбы носили, как известно, кодовое название «Манхэттенский проект»;
       в) в обоих случаях (в 1945 и 2001 гг.) было использовано принципиально новое, ранее не применявшееся оружие, что привело не только к огромным жертвам и разрушениям, но и к сильнейшему психологическому шоку.
       Что дает японская версия? Прежде всего она объясняет системную связь обоих терактов – самолетной атаки и рассылки спор сибирской язвы. Так, первый теракт – имитация атомной бомбардировки японских городов, второй теракт – имитация радиоактивного заражения (роль которого играло заражение бактериологическое). Далее: японская версия объясняет ярко выраженную дуальную структуру терактов (один из важных квазихудожественных признаков). В частности, в первой фазе каждого теракта атаковались гражданские объекты (месть американскому народу), во второй – объекты военно-государственные (месть американскому государству).
       Заметим также, что дуальность терактов в рамках японской версии оказывается структурным эквивалентом процесса деления, который лежит в основе действия атомной бомбы.
       Кроме того, японская версия объясняет «аномалию» с ролью Буша как возможного объекта терактов. Весьма вероятно (как об этом и писали СМИ), что четвертый (упавший) самолет предназначался для удара по Белому дому. Однако день, выбранный для терактов (всей стране было известно, что Буш в Белом доме отсутствует), свидетельствует о том, что Х (вопреки целям его заказчиков!) не хотел убивать Буша, а нанести «лишь» символический удар по государственной власти США. Иными словами, Х хотел наказать не лично Буша, а американского президента как такового, символически лишив его власти путем разрушения президентского «дворца» (ведь именно президент в 1945 г. принял решение об атомных бомбардировках).
       Короче, как беспрецедентная системность террористической кампании и ее уникальная «художественность», так и целый ряд до сих пор не объясненных конкретных фактов находят в рамках японской версии единое непротиворечивое истолкование.
       Гениальный террорист-японец и радикальные исламисты нашли друг друга и взаимно использовали: Х использовал финансовые, материально-технические и, главное, человеческие ресурсы исламского мира, исламские лидеры и рядовые исламисты-фанатики использовали незаурядные организаторские способности Х и его знание Америки.
       Эффективное (если судить по конечному результату) «сотрудничество» сторон представляет собой нетривиальный пример взаимодействия культур, причем культур абсолютно разных. В единой точке пересеклись два разных аспекта одного и того же феномена смертников. В современном радикальном исламе жертва собственной жизнью во имя уничтожения «неверных» превратилась в одну из «культурно значимых» императивных целей. Готовность арабского мира массово поставлять террористов-самоубийц была использована Х, который придал феномену арабского терроризма сложную форму и структуру в соответствии с самурайскими традициями милитаристской Японии 40-х годов.
       В результате арабский терроризм (способы реализации которого, как правило, достаточно примитивны) неожиданно проявил себя в форме сложно структурированной квазивоенной операции, а японская культурная традиция воинов-камикадзе, бесстрашно таранящих вражеские авианосцы, наполнилась банальным преступно-террористическим содержанием и вылилась в массовое зверское убийство мирных людей(На этом аргументы в пользу «японской» версии не заканчиваются, но газетная площадь не дает возможности привести их все. Интернет в отличие от номера газеты безразмерен — и именно там читатель может ознакомиться с полной аргументацией авторов. См. http://www.veer.info/46/Manhattan-2.htm).
       Как видим, взаимодействовать и «обогащать» друг друга могут не только культуры как таковые, но и их разрушительные (в том числе и саморазрушительные) антиподы.
       
ПОСЛЕСЛОВИЕ
ОПРАВДАНИЕ ЖАНРА
       Читатель, прочитавший этот текст, возможно, в недоумении пожмет плечами. Что это такое? Как относиться к этому тексту? Как к интеллектуальной провокации? Как к безответственной спекуляции на трагедии?
       Жанр этого текста — интеллектуальная игра, попытка усилием ума разгадать историческую загадку. В желании понять, кто или что стояло за кулисами событий, нет ничего безнравственного — свойство человеческого ума состоит в том, чтобы неустанно искать разгадки самых великих тайн. И следует помнить: в этой игре — как во всякой игре — действуют не столько элементы реальности, сколько условные фигуры и функции.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera