Сюжеты

ЯКУТИЯ. ЛЕНСК: ЛЕД ТРОНУЛСЯ. ЗАСЕДАНИЯ ПРОДОЛЖАЮТСЯ

Этот материал вышел в № 35 от 20 Мая 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Специальный репортаж из города Путина Прошлой осенью мы оставили наскоро отстроенный и подкрашенный к приезду президента России Ленск. Министр МЧС Шойгу город сдал, Путин – принял. Но заметил, что главную проверку городу устроят зимние...


Специальный репортаж из города Путина
       

  
       Прошлой осенью мы оставили наскоро отстроенный и подкрашенный к приезду президента России Ленск. Министр МЧС Шойгу город сдал, Путин – принял. Но заметил, что главную проверку городу устроят зимние холода и весенние паводки...
       
       Через год после наводнения мы вернулись в Ленск. Был первый день ледохода.
       Город не замерз – зима была по здешним меркам жаркая.
       Не утонул – наводнения не случилось, хотя в этом году впервые в истории к нему готовились сверхсерьезно.
       Но за семь месяцев и город, и люди сильно изменились. Город подурнел. Люди исполнены значимости. До мании величия, конечно, далеко, но значение Ленска в политической жизни России здесь осознают в полной мере.
       На городской набережной идут строительные работы: «КамАЗы» возят песок, строители отсыпают дамбу.
       По набережной гуляет народ. Стайки ленских подростков матерятся и швыряются в реку бутылками не хуже строителей. В общем, шум и грязь стройки не мешают ленчанам следить за ледоходом.
       Пытаюсь втиснуть в объектив «мыльницы» глыбы льда, небрежно вываленные Леной на берег, и слышу за спиной недовольный голос:
       — Опять понаехали журналисты! Нас все время показывают и показывают. Скоро Ленск столицей станет...
       Девушка не права. У Ленска статус поважнее столичного. Тут так все говорят: ГОРОД ПУТИНА.
       Вот и новый президент Якутии Вячеслав Штыров прилетел в Ленск на второй день ледохода. Прилетел, когда уже стало ясно: прошлогодняя трагедия не повторится. Ему бы в Якутске остаться, там ситуация куда более серьезная.
       
       Сначала Штыров облетел на вертолете ледоход в районе Ленска, посмотрел на дамбу сверху. У храма святого Иннокентия его ждала «вахтовка» — оранжевая машина с огромными колесами (на другом транспорте проехать по кучам неутрамбованного песка и гравия проблематично, можно и забуксовать…).
       Храм построен АК «Алроса» с «благими намерениями». Первый объект, который разморозился в эту зиму. Следствие установило, что в ходе строительства была совершена диверсия: кто-то профессионально заложил чопик, и трубу прорвало. Дело о порче храма считается здесь политическим, говорят о нем неохотно…
       В храм Штыров зашел как хозяин и атеист. Милостыню не подавал, свечки не ставил. Посмотрел на пластиковый алтарь, линолеумные подстилки и приказал приобрести утварь, гармонирующую с красивыми, резными внутренностями храма.
       Минут через пять он уже прощался со святым отцом…
       …Высадились на Северном. В микрорайоне дела обстоят плохо. Ярославская краска выцвела, висит ободранными кусками. Это результат политической спешки. Последние дома красили по морозу, к приезду Путина стены не подсохли – замерзли. Трубы отопления кое-где провисают и лохматятся изолирующей стекловатой, окна домов заклеены полиэтиленом, знаменитый на всю страну спортзал, подаренный Ленску «Роснефтью», превращен в эвакопункт… А вокруг всего этого – страшная грязь. Вовсе не потому, что среди местных жителей много бичей. Микрорайон построили в огромном карьере, откуда несколько лет назад сбежал «Газпром», – здесь, оказывается, подвижный грунт и вредные подземные воды. Весной снег в лесу оттаял, и селевые потоки затопили Северный. Это пока еще дождей не было…
       Целое море грязи и песка плещется прямо у подъездов потускневших домиков, мальчишки пускают кораблики, машины намертво ушли колесами в песчаное болото. Люди носят с собой резиновые сапоги и переобуваются рядом с домом, на Проспекте строителей, под фонарями. Только так они могут попасть домой.
       Ситуация — серьезная, перспектива – печальная. Котлован, в котором построен Северный, сложно защитить от воды. Главное, дорого.
       Штыров, не закатывая брючин, в тупоносых добротных ботинках деловито попрыгал по доскам, а потом и по грязи. Свита, поколебавшись, нехотя дернулась за ним.
       А мы пошли в самый крайний дом, построенный организацией «Саратовстрой». На втором этаже здесь живут Валерий и Лидия Трейст. А еще беременная дочь, тринадцатилетний сын и восьмидесятисемилетняя бабушка. Внутри дома на стенах, от пола до потолка, белые полосы. Это в результате проверки Генеральной прокуратуры замазали многочисленные щели в стыках стен. Напоминает очерченный мелом труп на месте происшествия. По сути, это то же, что и преступление. Его абсолютно намеренно совершила организация «Саратовстрой» против семьи Трейст и всех других, которые в этом доме зимовали.
       В квартире Трейст все обои ободраны, но сделали это опять же прокуроры. Под обоями – дыры, в которые запросто проходит целая рука. Чтобы не заиндеветь зимой, Трейсты вспороли несколько спасенных от наводнения матрасов и запихали в щели вату. Заклеили скотчем, замазали жидкой пеной. Но температура все равно минус. Хранящаяся в спальной комнате картошка промерзла, борщ в кастрюле часа за полтора превращался в непробиваемый кусок бордового льда. Когда прорвало батареи на первом этаже, пожаловались. Пришли строители, вместо того чтобы как-то утеплить квартиры, спохватились: мы же вам вентиляцию на кухне не сделали! И… прорубили еще одну огромную дыру. Пришлось срочно эвакуировать бабушку и беременную дочку — нашлись добрые люди..
       — Нас же никто не захотел приютить, — говорит Лидия. – Мы спали с тремя обогревателями. У меня чуть сын не погиб. Загорелось одеяло, а он спит, не чувствует, хорошо хоть кошка нечеловечески заорала… Прокурор, что нас проверял, спросил: почему, мол, сразу не пожаловались. А кто ж знал? Когда въезжали, все так красиво было... И еще у нас лучшие в микрорайоне нагреватели воды. У всех остальных – маленькие и быстро прогорают, а у нас добротные, саратовские… В общем, прокурор с нами попрощался, напоследок пожалел даже: «Чудо, если весной ваш карточный домик не развалится». Это он как в воду глядел. Недавно приходит соседка снизу и жалуется, что затопили. А как мы ее в спальне затопить можем? Подошли к стене, а за ней такой гул – вода течет, все обои вспухли, шкаф плесенью покрылся, а что сделаешь? Это ведь в крыше брак…
       — Нас, наверное, здесь так и оставят, да?
       — На Северном не везде так плохо, – встревает с намеком муж Валерий. Рот у него совсем беззубый, а красное лицо выдает сильное похмелье. — «Бамовские» коттеджи (их строила организация «БАМпромстрой») — вон какие теплые. Да ведь многие строители подженились на местных, – усмехается. – Живут теперь в своих домах. Разве для себя плохо-то сделаешь?
       
       Микрорайон Алроса построен на болоте. Сколько ни осушали, ни насыпали грунта – все равно то там, то тут заплесневелые, пахучие болотистые лужи. Когда расселяли людей, обещали, что в скорой перспективе здесь будет вахтовый поселок, а местные алросовцы получат жилье в каменных домах. Вот так и живут здесь с мыслью о своей временности.
       Правда, кто-то уже умер.
       Надежда Ивановна в феврале похоронила мужа. В октябре прошлого года еле уговорила его переехать сюда. Теперь об этом жалеет.
       — В палатке-то жить холодно уже было. А он уперся: «Зачем в эту общагу поедем? Я пятнадцать лет пахал на «Алросу», пятнадцать лет стою в очереди на квартиру. Хочу умереть в нормальных условиях!» — У женщины краснеют глаза, она отворачивается и без причины кричит на черного лопоухого сеттера и черного же гладкошерстного кота. – А ну пшли, ишь расшумелись тут! Замучили меня эти животные… Выбросила бы, но Коля так любил… Так это, наверное, теперь после смерти ничего уже не дадут?
       Адвокат Николай Григорьевич Давлятшин, ведущий дела таких, как она, «утопленников», пытается утешить. Но на улице скажет:
       — Скорее всего, останется она тут. У нее ведь только муж был «алросовцем». А нет человека – нет и очереди, вычеркнут, и все.
       
       Мы целенаправленно идем к самым благоустроенным – итальянским – домам Алросы. Ищем семью, в которую в октябре привели в гости самого Путина. Даже эти дома — не что иное, как семейное общежитие, с общим коридором и тонюсенькими гипсокартоновыми стенами. Слышно и как соседи друг на друга орут, и о чем шепчутся. В «путинской» квартире № 12 никого нет дома.
       Зато нас пригласила в гости Валентина Александровна. В прихожей-кухне справа — грязные сапоги, слева – обеденный стол и плита, на которой горячий обед ждет мужа.
       Но в двухкомнатной квартире очень уютно. Подвесные потолки – такие вы увидите в любом офисе – здесь достопримечательность. Но Валентина Александровна тоже надеется переехать отсюда в каменный дом. Ее надежда гораздо основательнее. Дело даже не в том, что муж жив. Она целых два раза разговаривала с Путиным.
       — Первый раз это случилось у дверей загса. Он как-то неожиданно на нас вышел. Мы закричали: «Идите к нам, Владимир Владимирович!» Ну он и пошел. А Николаев (бывший президент Якутии. – Е.М.) к нам не пошел. Его одна старушка за волосы оттаскала, вот он и боялся к народу приближаться. Путин подходит, а я впереди стою. Ну он со мной и здоровается. А я как зареву! Дом утоп, невестке рожать через пару дней, все водой унесло, что делать-то! А Путин так ласково, совсем по-человечески говорит: «Да вы не расстраивайтесь. Мы вам обязательно поможем!» Ну а когда сюда переселились в октябре, смотрю: что-то драют наш подъезд особо, красят, скоблят, дорожки красные стелют. Сразу догадалась, в чем дело, и говорю подружкам: «На спор приглашу!». Ну и когда его в двенадцатую-то повели, я крикнула: «Владимир Владимирович! Помните меня? У нас мальчик родился! Володя…» Ну я, конечно, не сказала, что мы его просто так назвали Володей. Пусть, думаю, президенту приятно будет.
        …На отшибе Алросы стоят законсервированные дома. Зимой пришлось переселять людей и отключать отопление, чтобы другим домам хватило тепла. Иначе бы замерз весь микрорайон. Теперь эти дома непригодны. Даже привычные местные СМИ возмущенно описывали беспрецедентный вандализм: подростки варварски разгромили построенные для жителей Ленска временные бараки.
       
       Продолжение репортажа из нового центра политической жизни России — Ленска — в следующем номере.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera