Сюжеты

ЗА ГРАНИЦЕЙ КУЧМА ХОДИТ ХМУРО?

Этот материал вышел в № 35 от 20 Мая 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Экс-майор Николай Мельниченко — об убийстве Гонгадзе, о продаже украинского оружия Ираку и о тех, кто ворует российский газ на Украине В среду вечером президент Украины Леонид Кучма залетел на пару часов в Брюссель поужинать с...


Экс-майор Николай Мельниченко — об убийстве Гонгадзе, о продаже украинского оружия Ираку и о тех, кто ворует российский газ на Украине
       

  
       В среду вечером президент Украины Леонид Кучма залетел на пару часов в Брюссель поужинать с председателем Европейской комиссии Романо Проди и в обстановке застолья рассказать главе исполнительной власти ЕС о европейском выборе Украины, посоветоваться, как лучше ей этот выбор реализовать, чтобы в будущем стать частью единой, цивилизованной, демократической и процветающей Европы. О вступлении Украины в ЕС пока говорить рано, и это признали оба собеседника, но стремиться надо и постепенно приближать страну к европейским стандартам. Что-то вроде светлого капиталистического будущего...
       
       Блицвизит главы украинского государства, может быть, и не привлек бы большого внимания, если бы по удивительному совпадению в тот же день в Брюсселе не оказался совершавший поездку по Европе бывший майор президентской охраны, а ныне политический беженец в США Николай Мельниченко. Тот самый, чьи магнитофонные кассеты, записанные, как он утверждает, в кабинете самого Кучмы, не дают покоя украинской политической элите. И не только украинской.
       В Европу его пригласили союзы прессы, которые добиваются международного расследования обстоятельств гибели украинского журналиста Георгия Гонгадзе и лоббируют в Совете Европы и других европейских организациях создание независимой комиссии. Они, по всей видимости, и приурочили приезд Мельниченко в Брюссель к дню визита Кучмы, устроили ему встречи с представителями той же Еврокомиссии, а также Европарламента.
       МФЖ, «Репортеры без границ», Национальный союз прессы Великобритании и другие профессиональные организации пробивают идею международного расследования. Они добились, чтобы звукозаписи Мельниченко, касающиеся дела Гонгадзе, были заслушаны в Парламентской ассамблее СЕ во время июньской сессии в Страсбурге.
       С Мельниченко мы беседовали за несколько часов до начала визита Кучмы. Бывший майор приехал в Брюссель на поезде из Лондона, перед этим побывав в Париже.
       — Не боитесь вот так — без охраны, без сопровождения?
       — Вы думаете, Кучма пойдет на то, чтобы устранить меня? До недавнего времени я боялся только одного: что преступления останутся нераскрытыми, а преступники не будут наказаны. Но сейчас эти опасения прошли.
       — У вас были встречи в Еврокомиссии?
       — Да. И не только там. Были и другие, конфиденциальные, о которых пока не хочу говорить прессе. Из Еврокомиссии я пришел в очень хорошем настроении. Появилось больше уверенности в том, что комиссия по Гонгадзе будет создана и объективное расследование состоится. Сейчас только надо это правильно юридически оформить. Думаю, что и прибытие президента Кучмы в Брюссель должно помочь этому.
       — Вы действительно ожидаете, что Кучма будет обсуждать эту тему с Проди?
       — Обязательно будет. Налицо — преступление. Есть свидетели и вещественные доказательства, есть подозреваемый – Кучма. Ему в первую очередь нужно решить эту проблему. А я готов сотрудничать с независимой комиссией, которая решит через суд, оклеветал я президента или нет. Если да, то в тюрьму пойду я. Если нет, то сидеть должен убийца. На сегодняшний день у меня достаточно информации, чтобы доказать, что, во-первых, к убийству Георгия Гонгадзе причастны Литвин, Кравченко и Кучма; во-вторых, президент уже на пятый день после убийства Гонгадзе знал, что того нет в живых. Это не только звукозаписи, но и свидетели. Их имена я назову только в комиссии и в суде. Я боюсь за жизнь этих людей.
       — Ваши встречи в Брюсселе касаются только дела Гонгадзе или также других деликатных тем? Ведь акцент «кассетного скандала» явно сместился на высокие международные материи. В частности, на возможные поставки украинских радарных систем «Кольчуга» Ираку в обход действующего эмбарго ООН. Кстати, эти данные не только с ваших кассет, но и из космической разведки США.
       — Во-первых, это не скандал, а правда, записанная на кассетах. Это расследование преступлений против государства Украины и других государств, в том числе и России. Во-вторых, продавала оружие в Ирак не Украина, а кучка высокопоставленных чиновников. У меня есть прямые улики в том, что данная система, способная обнаруживать бомбардировщики-невидимки «Стелс», действительно продана в Ирак. Сейчас в Америке идет расследование. Точнее, идет переговорный процесс между моими адвокатами и министерством юстиции США. Но слушания в американском суде планируются не по «Кольчугам», а по содержанию записей и фактам преступных действий. А встречи в Брюсселе на 80 процентов касаются международного расследования дела Гонгадзе.
       — Вы весь объем ваших записей передали американцам? Каков он вообще?
       — Это сотни и сотни часов. Пока выдано около 50 часов. Причем не самой свежей и не самой «горячей» информации. Мы планируем провести расследование, восстановить общую картину правонарушений и перевести дело в юридический процесс.
       — Вы в своих прежних интервью говорили, что минюст США требует выдать записи, которые, по вашему мнению, содержат секретную информацию, затрагивающую государственные интересы России...
       — На сегодняшний день США от меня не получили конфиденциальной информации ни по России, ни по Украине. Что будет завтра, я не знаю. Я готов оказать помощь Российской Федерации в том, чтобы такие сведения не попали в руки других государств. Вопрос в том, готова ли Россия. Там есть информация об украино-российских отношениях, отношениях России с другими государствами, о содержании переговоров между руководителями РФ и третьих стран, конфиденциальные сведения о работе спецслужб по американскому, арабскому векторам, вектору СНГ. Мне самостоятельно трудно определить, составляет это государственную тайну или нет. Я не хочу, чтобы эту информацию использовали против российского народа.
       — И вы обращались к президенту России?
       — Я обращался к офицеру спецслужб, которого считаю не утратившим честь и о котором знаю, что он болеет за интересы России. Я могу помочь Российской Федерации в расследовании дел о краже российского газа на Украине. Где, когда и кто воровал, какие деньги были уплачены, как и в какие банки переведены, в том числе назвать московские банки. Если Виктор Степанович не принимал в этом участия, то ему не о чем переживать.
       — А вы уверены, что сами действуете только в правовом поле?
       — Я не нарушил ни одной уголовной статьи. Поэтому свободно передвигаюсь по Европе, пользуюсь политическим убежищем в США. Если бы я сделал что-то противозаконное, меня бы в любой из этих стран арестовали и выдали украинским властям.
       — А на Украине на вас заведено дело, есть какие-то преследования?
       — Есть репрессии в отношении родных, близких, знакомых. Их пытаются запугать, поскольку не удалось со мной договориться. Я сейчас работаю над тем, чтобы въехать на Украину. В том числе и по семейным обстоятельствам. Недавно узнал, что отец потерял 90 процентов зрения... Но украинская прокуратура сказала, что допросит меня по делу Гонгадзе, когда арестует и посадит в тюрьму.
       — А есть ордер на арест?
       — В этой системе все реально. И я не могу подарить режиму возможность закрыть в тюрьме свидетеля, который разоблачает коррупцию.
     
       …Трапеза Кучмы и Проди затянулась до одиннадцати часов вечера. Пресс-конференция состоялась прямо под открытым небом. Вопросы смогли задать только репортеры группы сопровождения.
       — А о деле Гонгадзе и кассетах речь шла? – спросил я у чиновника из свиты Проди.
       — Мы напомнили об этом, — уклончиво ответил он.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera