Сюжеты

БУШ И ПРИНЕСЕННЫЕ ВЕТРОМ

Этот материал вышел в № 37 от 27 Мая 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Столичные борцы за лучшую долю своего народа встретились с американским президентом. По его просьбе Не все же Кремлю наслаждаться обществом Бушей. Вот и нас – официально названных «общественными, парламентскими и религиозными лидерами...


Столичные борцы за лучшую долю своего народа встретились с американским президентом. По его просьбе
       

  
       Не все же Кремлю наслаждаться обществом Бушей. Вот и нас – официально названных «общественными, парламентскими и религиозными лидерами России» («о., п. и р.») в количестве ста с лишним человек самой разнообразной социально-политической ориентации – тоже пригласили пообщаться с американским президентом. 24 мая начиная с 14.15 по московскому времени, сразу после большого президентского обеда в одной из кремлевских трапезных. Местом встречи был «Спасо-Хаус» — знаменитая резиденция посла США на Старом Арбате...
       
       Светский раут потому и хорош, что ни у кого ни перед кем никакой ответственности. Одни лишь развлечения. Пока Буши катастрофически опаздывали из Кремля, в «Спасо-Хаусе» тоже не скучали. Сначала всех развлек Борис Немцов – он явился на раут в таком потрясающем светло-шоколадном цвете лица, что даже затмил прибывшую незадолго до него Матвиенко. Ту, что Валентина Ивановна, — вице-премьер российского правительства, в последнее время все более мутирующая в светские львицы.
       Так вот, в «Спасо-Хаусе» Матвиенко была замечательно хороша, будучи выдержана в карибско-сейшельских тонах.
       — Но я – из Сочи, – поспешил с ответом Немцов. — Я всегда весной туда езжу.
       Полтора часа прошло в дебатах и поедании эстетически безупречных канапе. Буш все не ехал. Но нервозности в гостях совсем не ощущалось.
       Фланировали функционеры-иудеи, вечно благодарные Америке. Им мило улыбались главы мусульман России в шикарных нарядах. Вплыло довольное собой руководство отдела внешних сношений Московской патриархии. В полном составе. Одним из последних появился Глеб Павловский — человек с недовольным выражением лица и наш главный президентский тайный советник.
       Это произвело тихий фурор. «Его ЗДЕСЬ не должно быть...» — эхом прокатилось над накрытыми столами. В том смысле, что большинство предполагало, что под видом «о., п. и р. лидеров» Буш хотел пообщаться, мягко говоря, не со сторонниками Путина. «Наверное, купил приглашение...» – успокоенно прошелестело по толпе, из уха в ухо. «И за сколько?..» – тихо, одними губами, вопрошали знатоков политической преисподней новички. «Тысяч за пять долларов», — выдыхали, лишь незаметно артикулируя, прожженные.
       Сгруппировавшись у большого подноса с фруктами, самые известные современные российские правозащитники – Олег Орлов, Татьяна Касаткина («Мемориал») и Светлана Ганнушкина («Гражданское содействие»), — скромно одетые, скорбно обсуждали ход второй чеченской кампании...
       В трех шагах от них о том же говорили «представители народа» — Михаил Маргелов и Дмитрий Рогозин, главы международных комитетов соответственно Совета Федерации и Думы, декорированные по последней мужской парижской моде. Они сосредоточенно «делали лицо», что, конечно же, не замечают правозащитников, и перекидывались, когда же им в следующий раз надо ехать в Страсбург, чтобы защитить Россию от вражьего правозащитного набега...
        Наконец позвали в залу, пышно украшенную. Из динамиков вытекала бравурно-торжественная симфоническая музыка, какой провожают космонавтов в полет.
       Это означало: президент США не за горами и ожидается его речь. Началась рассадка. Ее принципы по горячим следам прокомментировал Явлинский: «Нас посадили так, что ближе всего к Бушу – самые гонимые». И правда: Павловский удостоился места глубоко сзади, а «Новая газета» оказалась в третьем ряду этак примерно из тридцати: между Явлинским справа и главой российских мормонов слева, впереди — лишь широкая спина Евгения Киселева да наши иудеи, мусульмане и католики, образовавшие первый, а значит, самый «страдающий от режима» ряд.
       Последовала короткая команда «Пристегните ремни», и нас опоясали по периметру. Больше выходить нельзя, даже в туалет и покурить. Нам популярно объяснили: вплоть до того, как президентский кортеж покинет пределы «Спасо-Хауса». Спиной к подиуму, лицом к «о., п. и р.» встал парень из американской охраны с глазами во все четыре стороны. ««Аль-Кайду» ищет», — выдал Явлинский.
       Прошло еще с полчаса. Наконец за портьерами зашелестело, и несколько мужчин в черных костюмах внесли сразу несколько «черных чемоданчиков». Оказалось, так положено — чтобы запутать возможного врага, который не узнает, где «чемоданчик» № 1.
       В этой же группе оказалась Кондолиза Райс, всесильный президентский советник по национальной безопасности, в не слишком хорошо сидящих черных брюках и холодновато-желтом жакете, отороченном черными же кантами по воображаемым карманам и реальным бортам. Но без укладки, чего наша Матвиенко, между прочим, себе на людях никогда не позволяет.
       «Вот и Кондолиза Петровна», — где-то сзади произнес Маргелов из Совета Федерации. Это такой юмор у них.
       Дальше объявили Лору Буш, госсекретаря Колина Пауэлла и посольскую чету Лизу и Александра Вершбоу. Вышла Лора, гордая и спокойная, даже без сумочки, в сером костюме с белыми пуговицами и черных босоножках с открытыми носами. Пауэлл сел и сверхвысоко закинул ногу за ногу, но, слава богу, обошлось, в отличие от наших мужчин с их вечно короткими носками носки Пауэлла оказались также сверхвысокими. Только сам он был чем-то раздражен и недовольно оглядывал «российских лидеров». Зато очаровательно улыбалась Лиза Вершбоу, а посол США добродушно посматривал на всех исподлобья.
       Наконец свершилось. Вкрадчиво вплыл афроамериканский красавец в шоколадной «тройке» — личный телохранитель президента образца Кевина Кестнера. И почти сразу за ним – сам Буш, разомлевший, улыбчивый и румяный. Приземлился на стул в позе гражданина самой великой державы, вольготно зашвырнув ногу за ногу (спасибо Лоре: тоже в о-очень высоком носке). И скоро получил слово, и начал не с извинений за более чем двухчасовое опоздание, а с абзаца в честь жены, бывшей библиотекарши в сельской школе, которая когда-то совсем не интересовалась политикой и вот теперь замужем за таким большим политиком.
       И потом говорил еще, наверное, с полчаса насчет свободы и общечеловеческих ценностей. Пауэлл периодически морщился, Кондолиза была непробиваема лицом, «черные чемоданчики» шептались явно о бытовом, зато первая леди слушала мужа в вышколенной позе всех американских первых леди: спина прямая, голова гордо приподнята, поворотом три четверти к мужу, выражение стойкой спокойной любви, проверенной временем, и неколебимого восхищения. Все полчаса.
       Единственное, что она себе позволила, – это изредка нервно покачать правой ногой, когда что-то в речи мужа ей, видимо, не импонировало.
       А Бушу за трибуной нравилось. Он только изредка косил глазом в разложенные загодя спичрайтерами бумажки и многое говорил будто от себя. А закончив, двинулся прямо к нам, для рукопожатий. Несколько странным образом: пока коротко перекидывался с одним, уже протягивал правую руку другому жестом, предполагающим, что руку ты сам должен поймать. Простой человек.
        Впрочем, рука Буша оказалась крепкой и невлажной, что приятно. И наши «лидеры» млели. Почти все. Загодя стоя с протянутой рукой.
       Церемония рукопожатия уложилась еще в полчаса, президент со свитой вышел, нас подержали за ремнями еще минут 15 и потом выпустили на все четыре стороны.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera