Сюжеты

ПРАВИТЕЛИ И ЗАЛОЖНИКИ

Этот материал вышел в № 44 от 24 Июня 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

На прошлой неделе в Москве судили заложников. В нормальных средневековых обществах заложников судить не принято — принято либо казнить их, либо миловать в зависимости от настроения хозяина замка. Но мы – ненормальное средневековое...


       
       На прошлой неделе в Москве судили заложников. В нормальных средневековых обществах заложников судить не принято — принято либо казнить их, либо миловать в зависимости от настроения хозяина замка. Но мы – ненормальное средневековое общество.
       Заложников зовут Николай Глушков и Александр Красненкер; дело, по которому их судят, называется «дело Аэрофлота», а реальная их вина состоит в том, что их бывший хозяин Борис Березовский – в контрах с властью.
       Так эти люди совсем невиновны? – спросите вы.
       Да. Совсем.
       Напомню, что представительства «Аэрофлота» в советское время пользовались репутацией шпионских гнезд, а валюта «Аэрофлота» нередко использовалась для финансирования мировой революции.
       С распадом Союза система распалась. Из представительств «Аэрофлота» стали пропадать деньги: глава австрийского представительства, например, присвоил 3 млн долларов. Но чаще всего махинации происходили с ценой на билеты. Агент пересчислял на счет предствительства фиксированную цену, а продавал его по более высокой. Чудовищно возросли издержки: только на закупку еды «Аэрофлот» потратил в 1994 году 200 млн долларов. Небритая аэрофлотовская курица стоила столько же, сколько обед в неплохом ресторане. Словом, «Аэрофлот» разваливался.
       Борис Березовский заинтересовался «Аэрофлотом» в 1995 году. Это было не очень легкое для Березовского время. Его план поглощения АвтоВАЗа как раз закончился ссорой с Каданниковым, и Березовский искал новый источник дохода. Компания «Аэрофлот» с ее большой и плохо контролируемой валютной выручкой, к тому же остававшейся за границей, была идеальным объектом.
       Хорошо известно, что Березовский предпочитал приватизировать не компании, а их менеджмент. Именно так он и поступил с «Аэрофлотом»: сменил руководство, назначив главой компании сначала маршала Шапошникова, а затем зятя президента, бывшего штурмана Валерия Окулова.
       Затем вся выручка «Аэрофлота», доселе разрозненно воровавшаяся на местах, была стянута в одно место – в контролируемые Березовским фирмы «Андава» и «Форус». Через «Андаву» прошло 580 млн долларов, через «Форус» — 350 миллионов.
       Теперь внимание. С одной стороны, только централизация валютной выручки позволила «Аэрофлоту» получить значительные кредиты, потраченные им на модернизацию парка, и реально улучшить работу компании. С другой стороны, эта же схема позволяла менеджменту компании отсасывать деньги «Аэрофлота» и получать изрядные комиссионные за свои услуги. Например, схема расчетов за «Боинги» выглядела так: «Аэрофлот» направлял просьбу выплатить деньги в ФОК (российская фирма, учрежденная «Андавой»), ФОК обращался к ирландской офшорной фирме «Гренджланд», а уже «Гренджланд» — к «Андаве». «Андава» перечисляла деньги, а «Гренджланд» получал за это 30% комиссионных.
       Так вот, я утверждаю, что Красненкер и Глушков невиновны по следующей причине. С точки зрения закона эта схема была юридически безупречна: гнилых схем Березовский не выдумывал. С точки зрения экономики она была целесообразна, так как оптимизировала налоги и повышала эффективность компании, а суммы, которые офшорки вроде «Гренджланда» централизованно вынимали из «Аэрофлота», наносили ему в конечном итоге в десятки раз меньший ущерб, нежели деятельность мелких паразитов из числа глав представительств.
       Моральная вина Березовского была в том, что «Аэрофлот» был государственной компанией, а не частной. Приватизируй Борис Абрамович «Аэрофлот», и это вообще было бы его личное дело — чем он занимается у себя в компании, спальне или туалете. Но менеджеры эти вопросы не решали: их приставили руководить компанией. Они руководили. За год они повысили цену ее акций в несколько десятков раз.
       Понятно, что многие были Березовским недовольны. Во-первых, недовольны были бывшие сотрудники «Аэрофлота», которые теперь не могли воровать капусту невозбранно. Во-вторых, недоволен был зять президента Валерий Окулов. Ведь реально руководили компанией Красненкер и Глушков. А зять президента и бывший штурман (напомним, это третий человек в экипаже после первого и второго пилота) реального руководства не осуществлял.
       Мне кажется, что, когда Евгений Примаков объявил Березовского врагом Отечества и начал дело против «Аэрофлота», это было сделано по жалобам и доносам людей, которые нанесли «Аэрофлоту» больший ущерб, чем Березовский. Мне кажется, что, когда к этой кампании присоединился глава «Аэрофлота» Валерий Окулов, получилось, что зять президента поддержал Примакова в борьбе против Ельцина только потому, что подчиненные Березовского управляли компанией лучше, чем бывший штурман.
       Прошло несколько лет. Неузнаваемо изменился политический пейзаж. Люди, бывшие заложниками премьера Примакова, стали заложниками президента Путина. В обмен на одного из заложников – а именно больного Николая Глушкова – Березовский отдал ОРТ, но заложника обратно не получил.
       Нет, я все понимаю.
       Власть борется с Березовским. Березовский это заслужил. Но, черт возьми, благороднее посылать к противнику киллеров, нежели в полной безопасности мучить заложников.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera