Сюжеты

ПОЛИТИКА НА ТЕЛЕВИДЕНИИ КОНЧИЛАСЬ, ОБОЛВАНИВАНИЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ

Этот материал вышел в № 50 от 15 Июля 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Тенденция сезона — «ящик» делает народ товаром и впаривает его президенту Телевизионный год отличен от календарного. Телевидение в нашей стране существует фактически с осени до лета. Что и закреплено законодательно в условиях выдвижения...


Тенденция сезона — «ящик» делает народ товаром и впаривает его президенту
       


       Телевизионный год отличен от календарного. Телевидение в нашей стране существует фактически с осени до лета. Что и закреплено законодательно в условиях выдвижения претендентов на профессиональную премию ТЭФИ — на конкурс принимаются работы, прошедшие в эфире не с 1 января одного года по 1 января другого, как это было раньше, а с 1 июня прошлого года по 31 мая нынешнего. А лето — телевизионное межвременье — остается на подведение итогов сезона прошедшего.
       В этот раз за общим, хоть и не «круглым», столом собрались журналисты, пишущие о телевидении в ведущих изданиях, которые в прошедшем году составляли «Рейтинг телепрессы», ежемесячно публиковавшийся в «Новой газете». Идеей этих профессиональных посиделок было желание общими усилиями выделить основные тенденции телевизионного сезона 2001—2002 гг.
       
       Анна КАЧКАЕВА, радио «Свобода»:
       — Телевидение в этом сезоне стало менее «идейным», освободилось от резонерства и мессианства, превратилось в фон для жизни, когда контекст имеет большее значение, чем само событие. Смикшированная политика — одна из главных тенденций сезона. Телевидение не столько пошло на поводу у усталого общества, которое не хочет слышать или думать о сложных и болезненных темах (Чечня, судебный произвол, земля, засилье бюрократии, национализм), сколько само с удовольствием отказалось от попыток обсуждать их.
       Почти угасла ироничная и сатирическая интонация по отношению к действиям власти. Правда, баланс точек зрения между каналами соблюден, что дает относительное разнообразие картинки: РТР – державно-государственный, ОРТ – общенационально-государственный, НТВ демонстрирует, что в обществе есть и иная, отличная от государственной точка зрения, ТВС сохраняет либеральный дух.
       Прошедший сезон сильно повлиял на коллектив бывшего ТВ-6. Я имею в виду не столько малоприличное «отключение», череду неправовых действий и выигранный в результате компромиссов конкурс на частоту, сколько творческое состояние людей, многие из которых пока так и не нащупали своей интонации. Третий раз войти в одну и ту же воду тяжело.
       Появилась тенденция, которую телевидение нащупывает, но до сих пор не может уловить. Зрительская аудитория все больше дробится, специализируется. Бессмысленно делать четыре - пять универсальных, одинаковых в смысле формата общенациональных каналов. Будущее – за специализацией, особенно с приходом цифрового вещания, которое изменит в том числе и традиционные принципы программирования.
       Программ, в которых угаданы смысловые и эстетические тенденции времени, немного. «Вести недели» с Ревенко (понятная и желаемая стилистика государственного агитпропа), «Намедни» с Парфеновым (зрелищный постмодерн, который, к счастью, не превратился в самоцель), программа «Гордон» (радость для интеллектуальных гурманов), «За стеклом-1» (олицетворение миража свободы, попытка создать новую телевизионную реальность и одновременно эпатажная документалистика о поколении эпохи МТV).
       Они могут нравиться или не нравиться, но если тенденция угадана точно, они отражают ожидания общества и выражают стиль государства.
       Что касается второй тенденции сезона, выраженной словом «индустрия». Открытые боевые действия, неприкрытая ненависть к конкурентам и врагам — вроде бы в прошлом. Внешне нынче все пристойно, но принципиально в телеиндустрии пока ничего не поменялось. Государство по-прежнему контролирует основные каналы, «кентавры» — госканалы, играющие на общем рекламном поле, хотя и начали считать деньги, пребывают в неравных условиях с частниками, которые все чаще показывают «зубки», намереваясь драться за свой кусок «рекламного пирога».
       Наметились новые индустриальные связи между владельцами, менеджерами в сфере СМИ, которые очень скоро начнут делить рынок. Складывается «лобби» из богатых медиавладельцев и топ-менеджеров.
       Так что минувший сезон был не самым выдающимся, но, возможно, он станет увертюрой для серьезных перемен.
       
       Сергей ФОМИН, «Телефорум»:
       — Именно в этом сезоне произошло полноценное становление национального сериала. Сериалов стало очень много, почти все они невысокого качества, но сам факт, что они по большей части вытолкнули из объема вещания бразильские, мексиканские и уже даже европейские сериалы, говорит о том, что событие свершилось.
       Другая хорошая тенденция – увеличение объема документального кино, снятого специально для телевидения. Особенно это было заметно накануне 9 Мая, когда 3—4 дня все каналы, в том числе и развлекательные, не претендующие на общественное звучание, давали в эфир интересные отечественные и зарубежные документальные фильмы.
       Еще одна тенденция — исчезновение такого явления, как «Диск-канал», со всеми эпигонами, стилем попсы. Поп-музыка – не лучшее, что у нас есть, и использовать телевидение для ее культивирования то же самое, что купить «Мерседес» и перевозить в нем картошку. Правда, на месте диск-каналов появляются бесконечные, бессмысленные игровые шоу.
       Безусловное явление — канал «Культура», который приобретает стиль и отказывается от традиционного освещения вопросов культуры с литературно-драматическим придыханием. Ведь культура ХХ — начала ХХI века – жесткая, злая, ироничная, пародийная, ехидная, таков же должен быть и стиль ее освещения.
       Этой манере соответствует и программа «Культурная революция», ставшая одним из заметных явлений сезона. Флярковский свою привычку энергично, иронично, жестко рассказывать о политических новостях перенес и на освещение культурных новостей. Его появление на канале «Культура» — большое достижение.
       
       Максим БАЛУТЕНКО, «Время новостей»:
       — Все каналы в прошедшем сезоне были очень однообразны (за исключением канала «Культура» с его спецификой). Возможно, это связано с тем, что менеджмент кочует с одного канала на другой, перенося свой стиль и идеи. Это не способствует появлению новых форматов, принципиально новых каналов в эфире.
       Исчезает нормальная, объективная информация. Подача информации на всех без исключения каналах приближается к точке зрения государственных структур или отражает их позицию. Исключение из правил — REN TV, и то не всегда. Одна из самых больших проблем всех без исключения каналов — низкий уровень подготовки корреспондентского и продюсерского составов.
       Непрофессионализм начинается с фактологических ошибок в материалах и заканчивается самой жесткой «отсебятиной». И намеков на то, что ситуация может измениться в ближайшее время, не видно.
       
       Александр МЕЛЬМАН, «МК»:
       — Если мы говорим, что большие каналы транслируют точку зрения государственных структур, то не стоит забывать, что госструктуры у нас очень разные и само государство — не монолит. Поэтому интересно отгадывать, чью же точку зрения озвучивает тот или иной ведущий. Интересно наблюдать, как Олегу Борисовичу Добродееву приходится крутиться под государственным прессом, под которым он оказывается.
       Происшедшее с НТВ и
       ТВ-6 способствовало выравниванию информационного пространства и общего уровня каналов. Уход со старого ТВ-6 Александра Пономарева помог оживлению «Культуры». События вокруг НТВ и ТВ-6 подвигли Машу Шахову, которая до этого «работала» женой Евгения Киселева, делать свою программу, и вдруг оказалось, что она — блестящая ведущая. То, как Маша со своей группой делает программу «Дачники», достойно всяческих похвал.
       
       Елена АФАНАСЬЕВА, «Новая газета»:
       — От прошедшего сезона у меня глобальное ощущение потери драйва теми, кто телевидение делает. Энергия «баррикад» ушла, а энергия чистого созидания пока не появилась.
       Это один из первых сезонов, когда телевидение теряет свою функцию мессии, смиряется с тем, что оно не больше, чем телевидение, а лишь одна из форм время-
       препровождения. Люди предпочитают проводить свое время за другими развлечениями, нежели у экрана, и это нормально. Даже у финала футбольного чемпионата мира рейтинг чуть больше 15, а доля — около 54%. Это много, с одной стороны, но это и показатель того, что половина телевизоров просто выключена, как выключено и более 40% телевизоров в новогоднюю ночь. Прежде в таких случаях телеприсутствие было почти повальным.
       Согласна с мнением коллег, что фактически не стало информационно-политического вещания. Связано это с тем, что в стране не стало публичной политики и ее реанимации в ближайшие шесть лет ждать не приходится. Это отсутствие интриги отражается в информации и аналитике.
       Это был первый полный сезон после прошлогоднего развала старого НТВ, когда канал сначала раздвоился, потом пополнил своими рядами и ОРТ, и РТР — легче перечислить, кого не пополнил. Все это привело к неизбежной мешанине стилей.
       Когда Корчагин оказывается сначала на ТВ-6, потом на РТР, Олейников — сначала на НТВ, потом на РТР, а Шумаков переходит с ОРТ на НТВ, понятно, что это не просто переход отдельных персонажей, а перенос стилей. Все настолько смешалось, плохое — с хорошим, хорошее — с никаким, что определенно утверждать — это фирменный стиль НТВ, или ТВС, или ОРТ — невозможно.
       То ли такое смешение людей и программ на разных каналах, то ли общая усталость от «жизни на баррикадах» привели к тому, что немножко стихла взаимная ненависть, которая в телевизионном цехе в последние годы переходила все возможные пределы. Руководители основных каналов смогли встретиться сначала на конференции СПС по свободе прессы, потом на конференции по индустрии СМИ и смогли начать разговор о проблемах отрасли. Появилось стремление к какой-то корпоративности, к осознанию того, что общие проблемы надо решать сообща.
       В этом сезоне нам с гордостью заявили, что реклама вернулась на докризисный уровень, но иного выражения этого возвращения, кроме цифрового, пока не видно. Увеличение рекламных поступлений пока не выразилось в улучшении качества телевизионной продукции.
       Наиболее пугающей тенденцией творческой составляющей этого сезона мне показалось массовое появление шоу — «Слабое звено», «Рулетка», «Последний герой», «За стеклом-3»,— построенных на использовании низменных сторон человеческой натуры. И еще одна особенность сезона — появление реалти-шоу. Резкий всплеск в конце прошлого года, но так же резко все сошло на нет. То, во что «реалти-шоу» вылилось, заслуживает отдельного разговора.
       
       Ирина ПЕТРОВСКАЯ, «Известия»:
       — Про себя скажу, что я несколько переоценила значение реальных шоу в момент их появления. Мне казалось, в ближайшем будущем произойдет прорыв в этом направлении и связано это будет именно с дефицитом у зрителя документальной, пусть ничтожной, «мышиной», но жизни. «За стеклом-1» оказалось интересным именно потому, что это было первое шоу, и так или иначе реальное.
       Все следующие – не шоу и не реальные. «Последний герой» — именно шоу, но не реальное. «За стеклом-3» тоже к реальности имеет небольшое отношение. Если в дальнейшем будет эксплуатироваться форма «Зачем ты…» — в армии, колхозе, на дне водоема, — то успеха уже не достигнуть.
       В этом сезоне появился новый жанр – общение президента с народом, а также возвращение к советской традиции — оперативные отклики на различные пожелания народа, адресованные президенту. Ужасно комично, особенно когда ОРТ и РТР в течение какого-то времени давали сюжеты типа «Президент выступил – что сделано». В этой связи вспоминаю фразу, которую сказал один из бывших крупных медиамагнатов: «Чем отличалась предыдущая акция «Голосуй или проиграешь» от нынешней? Тогда мы президента делали товаром и впаривали его народу. А сегодня народ делают товаром и преподносят его президенту».
       Национальный сериал — да, хорошо. Хотя уже хотелось бы перейти к чему-то, отдаленно напоминающему реальную жизнь. Чтобы человек мог себя идентифицировать не с бандюгой и ворюгой, а с другим, нормальным, человеком, который что-то делает. По-прежнему главная проблема телевидения — нет показа позитивного опыта, накопленного в течение последних лет. Рубрика «Герой капиталистического труда» в «Намедни» этим ценна, она показывает, что можно добиваться успеха, не только воруя и убивая, но еще и кое-что делая. В программах Парфенова появляются люди, страна (хотя часто в экстремальных ситуациях), можно иногда понять, чем люди в этой стране живут.
       Именно этого понимания многие руководители каналов и так называемые творцы лишены. Смотришь на экран, и возникает ощущение поразительной вилки между тем, как живет достаточно ограниченный слой людей, и тем, как живет реальная страна. Даже когда показывают сюжеты о наводнениях, ощущение зажиточной Кубани рассыпается. В кадре просто прошлый век, и возникает ощущение полного незнания и непонимания места, где все мы живем.
       Засилье юмора превратилось в национальную катастрофу. На всех каналах «петросянизация», «задорнизация», «степаненкозация» — в общем, «Кышкин дом». Причем установилась тенденция показывать все это в праздники, в совершенно диких объемах, будто людям больше нечем заняться, кроме как слушать по 25-му разу набивший оскомину кошмарный юмор.
       Жуткий юмор — это часть общей тенденции дебилизации зрителя, которую развивают «Большая стирка», частично «Принцип домино» и доведенные до полного маразма «Окна». Рейтинг растет, это говорит о том, что продюсеры очень точно рассчитали, что «пипл хавает», а «пипл не нахавался». И чем больше грязи, тем больше аппетита.
       
       Анна КОВАЛЕВА, «Известия»:
       У телевидения, как известно, три задачи: информационная, просветительская и развлекательная. Информационная в том или ином виде выполняется, развлекательная — с перебором, а вот просветительская — утонула. Не припомню ни одного канала, у которого основная задача была бы просвещать. Цель утрачена, и никого абсолютно не волнует, что такая цель у телевидения должна быть. ОРТ гордится детским вещанием, но если посмотреть, что предлагается детям,— в основном те же усредненные сериалы, странные игры и ничего, что развивало бы, образовывало. Единственное исключение — «Умники и умницы».
       Что касается кадровой чехарды, интересен не только переход профессионалов с одного канала на другой, но и то, что стали появляться совершенно неожиданные люди, назначение которых вызывает вопросы. Почему Гельман возглавляет аналитический департамент ОРТ? Почему Зданович – заместитель председателя ВГТРК? Что за этими назначениями — заслуженная пенсия, признание заслуг или какая-то новая тенденция?
       Нагнетание эмоций на реалти-шоу и играх, где хотят показать, как «по-настоящему» человек чувствует, извращает саму идею зеркального показа человека. От повальной «реальности» то же ощущение фальши, что и от новостей. Мы показываем вам всю жизнь президента, каждое его действие, но совершенно нет ощущения, что это правда, а не работа на камеру.
       Наступил не столько кризис «идейного», в смысле творчества, телевидения, а кризис людей. Старые звезды раздуваются от сознания собственной значимости или размываются оттого, что полностью истратились, но не дают вырасти на этом поле новым личностям. Отчасти поэтому и телевидение однообразное, его делают не столько люди однообразные, сколько скучные.
       

       — Подводя итоги прошлого календарного года, я написал, что в 2001 году начался конец постсоветского телевидения, который, в частности, выразился в том, что канал СТС первым из национальных телесетей стал прибыльным. Должен признаться, что я несколько переоценил эту тенденцию. СТС отказался от своей стратегии и под влиянием акционеров полез во фронтальную конкуренцию со всеми.
       Результатов этого решения пока еще не видим, но приоритеты обозначены, и теперь очевидно, что процесс ухода от универсальности каналов будет гораздо более медленным, чем можно было бы надеяться.
       Радует, что, несмотря на многочисленные дурные предсказания, телеканал НТВ не превратился в рупор властных структур и сумел подняться из тяжелого состояния на вполне конкурентоспособный уровень.
       Стоит отметить формальный поиск, который продолжается на НТВ в лице Парфенова и Гордона. Программа Гордона — определенное явление, прообраз «нишевого» телевидения. Впервые за долгое время на экране появились люди мыслящие, возник глубокий разговор о духовном поиске в серьезном смысле этого слова.
       Безусловным приобретением сезона стало появление «Евроньюс». Это опять же укладывается в идею специализированного, «нишевого» телевидения, что является мировой тенденцией.
       О специализации каналов стоит сказать особо. Будучи как-то в доме со спутниковой тарелкой, на которую принимались 800 каналов, я поймал себя на мысли, что когда ты имеешь такое количество каналов, то «перелистывание» их становится бессмысленным. Ты конкретно должен знать, что ты хочешь смотреть и когда. После какого-то уровня специализацию телевидения приходится воспринимать осмысленно.
       
       "Новая Газета"

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera