Сюжеты

В ЗОНЕ СМЕРЧА

Этот материал вышел в № 59 от 15 Августа 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Под Новороссийском уже обнаружено 59 тел погибших. А купальный сезон продолжается... Воронежские газеты и заборы переполнены рекламой турфирм, приглашающих публику на отдых в места, где только что прошел смерч, — в Анапу и Геленджик....


Под Новороссийском уже обнаружено 59 тел погибших. А купальный сезон продолжается...
       


       Воронежские газеты и заборы переполнены рекламой турфирм, приглашающих публику на отдых в места, где только что прошел смерч, — в Анапу и Геленджик. Воронежская публика в эти края не спешит. Вечером 10 августа к поезду № 30 Москва — Новороссийск пришли человек десять. Вообще-то на вокзале народу было много, но толпа хлынула не на юг, а на пригородную электричку. Картошка побеждает море с большим преимуществом.
       Я еду поездом № 30. Поезд называется «Тихий Дон», фирменный. Его перенаправили в зону бедствия и укомплектовали чем бог послал. Полотенец и кофе не хватило. «Плацкарт полупустой, а купе — наполовину, — говорит проводница. — Почему вообще едут?.. Потому что большинство — по путевкам. Уплачено за санатории. Надеются, что к их приезду все там заживет».
       По вокзалу объявляют, что всех пассажиров опаздывающих поездов пускают бесплатно в туалеты и залы ожидания.
       В Краснодар мы опоздали на час. Никаких признаков бедствия или паники на вокзале не видно. Сам вокзал чист и аккуратен. Погода ясная и жаркая. Залы ожидания пусты, два десятка человек толпятся у табло. Поезда ходят, билеты есть. Наличие мест до Новороссийска: на поезд «Тамбов — Новороссийск» – 256 купейных, 228 плацкарт. «Санкт-Петербург — Анапа»: 156 купейных, 104 плацкарты. «Казань — Новороссийск»: 144 купейных, 242 плацкарты.
       Радио настойчиво предлагает пассажирам бесплатно зайти в туалет или посидеть в зале ожидания. Сервис.
       У кассы муж и жена с детьми покупают билеты на вечер. Женщину и детей селят порознь, но в одном вагоне, а мужу придется ехать в соседнем. Они согласны. Они хотят побыстрее покинуть курортные места, пораженные смерчем. Рассказывают, что пару дней назад эти кассы осаждала толпа. Невозможно даже было сдать билеты — просто не пробиться. А сейчас один билет в Москву кассирша пообещала мне без проблем.
       Замначальника краснодарского вокзала с ужасом рассказывает, как ломилась к поездам публика, испуганная непогодой: «Позавчера здесь было жутко народу. Я два с половиной часа не могла пробраться в свой кабинет. Двое суток, считай, не спала. А сейчас кризис уже кончился. Поезда опаздывают? Ну, четыре часа — это в пределах нормы. Однако проблемы с людьми остаются. Вот вчера пришла женщина. Она с детьми отдыхала в кемпинге. Им повезло, остались живы. Но машину вместе с деньгами и документами унесло. Как и весь кемпинг. И теперь ей нужно уехать в Тверскую область. А я чем помогу ей? Этим должна заниматься администрация Новороссийска. На это и деньги выделяют. Ну, устроила их с ночевкой в зале ожидания, купила пирожков на свои деньги. Но я ж не могу всех кормить! А если деньги и документы есть, то уехать сейчас не проблема. Беда, что не у всех они есть».
       С краснодарского вокзала меня в Новороссийск повез частник. Обещал все показать и рассказать, поскольку очевидец. Про смерч, пришедший с моря, говорит до сих пор с ужасом: «Страшное дело, шел столб воды шириной 200 метров и 3 км высотой. Он рухнул в Широкой Балке и…». У него нет слов.
       Улицы во многих местах разбиты и размыты, много техники, которая убирает мусор и кое-где уже латает дороги.
       Железнодорожный вокзал Новороссийска производит гнетущее впечатление. Старая убогая постройка рассчитана на 200—300 человек. А позавчера здесь было до трех тысяч. И до сих пор на вокзале много милиции. Ходят военные патрули. Конечно, нервная толпа может снести все что угодно. Не хуже смерча.
       «Дежурить в этот раз было сложнее, конечно, — говорит мне патрульный милиционер. — Не то что беспорядки, а просто жалко смотреть на несчастных. И помочь нечем. Спали и на земле, и на полу… Нет, криминала вообще никакого не было».
       И тут же по радио: «Граждане! В связи с обострением криминогенной обстановки…». Короче, присматривайте и за своими вещичками, и за безхозными сумками.
       Быт на вокзале достоин гражданской войны. Какой-нибудь горячей еды, хотя бы элементарных сосисок, я так и не нашел. Киоски соответствуют вокзалу. Есть справочная, где иногда вывешивают бумажки с опозданиями и прочей информацией. Народу в кассах довольно много, но это не осада, а обычная советская очередь. Нервная, разумеется. Но поезда ходят, и опоздания сокращаются. Задержки разные: два часа, два с половиной, 40 минут.
       В Краснодаре я ни разу не видел плакатов с идеологическими здравицами. В Анапе потом не видел. А на убогом вокзале Новороссийска – огромное «Слава Кубани!».
       Какой-либо маршрутки с вокзала я так и не дождался. Поехал на троллейбусе на морской вокзал. Думал: доплыву морем до Анапы, разведаю обстановку и улечу самолетом в Москву. Получится полная картина.
       Удивительно, но самого дешевого транспорта, морского, в Новороссийске нет! Есть грузовые порты. Вокзал морской есть. Не чета железнодорожному. Но вокзал этот, почти современный и симпатичный, мертв. Огромные залы его пусты.
       На небе ни облачка, жара. Море в порту не голубое, а темно-коричневое. Купаться запрещено. Хотя вряд ли кто полезет добровольно в такую воду.
       С обеих сторон от вокзала стоят два корабля — «Екатерина II» и «Михаил Кутузов», оба крепко побитые ржавчиной. Недалеко от вокзала много туристов. И все почему-то говорят по-немецки. Фотографируют грузовые и военные корабли, смеются и охотно пьют пиво с шашлыками в местных кафешках. Немецким туристам смерчи не страшны.
       Еду по городу — в окне беспрерывные плакаты с напоминанием, что Новороссийск — город-герой. И что ему — слава! А вокруг — разбитый порт, покрытый мусором и хламом, нанесенными бурей, и разбросанными штабелями бруса. Весь город будто облизан грязным языком смерча. Говорят, МЧС обещало к понедельнику все последствия ликвидировать. Ох, вряд ли! Голову готов положить на рельсы — не успеют.
       До Анапы от Новороссийска 30 км. На автобусе – 33 руб., на машрутке – 35, частник запросил 600, но тут же предложил отвезти за 200. Я в итоге доехал на другом частнике за 80.
       В воскресенье вечером, 11 августа, в Анапе был самый разгар курортного сезона. Несмотря на заметные следы бури: асфальт на многих улицах размыт, есть ямы, возле бордюров мусорные следы потоков. У входа на центральный пляж выворочены плиты, и народ прыгает по ним, как по сильно пересеченной местности.
       Вода в море серо-желтая, но купаться никто не запрещал, и многие квадратные километры мелких пляжей переполнены купающимся народом. Такого количества отдыхающих я не видел уже давно. Даже вообще никогда не видел. Море музыки. Смех на улицах. Все курортные удовольствия на месте и работают не покладая загорелых рук. Странно, но «сдается комната» встретишь не часто. Я попытался устроиться на сутки — и в двух местах, где комната все же сдается, получил отказ. На сутки — мало. Другие придут, получат уют. Во втором доме мне даже сказали вслед: ходят здесь какие-то бродяги! И уже заранее можно было догадаться, что с билетами отсюда проблем нет. Ну ливень, ну и что? Зачем же добровольно покидать круговерть курортных удовольствий? Никто и не покидает.
       Авиакасса на автовокзале по воскресеньям не работает, и с горя я поехал на железнодорожный вокзал. Который, как и краснодарский, тоже не чета новороссийскому. Ухоженный, современный. Несмотря на ливень и страшные слухи, никакой паники здесь вообще не наблюдалось, сказал дежурный по вокзалу. Позже это подтвердил и милиционер. Билеты в Москву, Питер – сколько угодно! Купе, плацкартные, люкс — чего изволите?
       И до самого Ростова я ехал в пустом купе полупустого 13-го вагона.
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera