Сюжеты

СПЕЦСЛУЖБА ЗОЛОТОМУ ТЕЛЬЦУ

Этот материал вышел в № 60 от 19 Августа 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

В переделе не самого крупного объекта собственности были замечены 11 сотрудников ФСБ, 10 милицейских начальников, несколько продажных судей, один министр плюс полпред президента Случилось непредсказуемое. Видимо, что-то не выдержало в...


В переделе не самого крупного объекта собственности были замечены 11 сотрудников ФСБ, 10 милицейских начальников, несколько продажных судей, один министр плюс полпред президента
       

  
       Случилось непредсказуемое. Видимо, что-то не выдержало в самой тайной части спецслужб, ведающей прослушиванием телефонных разговоров, и в редакции бог знает как оказалась непримечательная с виду аудиокассета с записью множества бесед руководящих сотрудников ФСБ, бизнесменов и милицейских чиновников, которых объединяет очень простое и распространенное ныне обстоятельство — непосредственное участие в переделе одного, к слову, не самого крупного, объекта собственности.
       Сам факт наличия такой кассеты свидетельствует о том, что спецслужбы по горло увязли в коммерческой борьбе.
       Отметим сразу: нам искренне безразлично, кто из бизнесменов победит в этой битве; нас беспокоит другое — руководящие чиновники милиции, контрразведки и прочих госструктур, орудующие на стороне коммерсантов. Всем ясно — они так кормятся, но не довольно ли с нас этого «праздника жизни»?
       Мы не раз сообщали о том, как сотрудники ФСБ, МВД и разного рода прокуратур «крышуют» частные лавочки, выбивают долги, курируют сомнительные и весьма выгодные сделки. Об этом пишут все на протяжении многих лет и уже устали. Но, поверьте, такого грандиозного размаха на примере конкретных высокопоставленных персонажей мы не могли даже вообразить. Боязливых просим дальше не читать.
       
       Тщательно пересчитав основных действующих лиц, зафиксированных на кассете, мы выяснили, что в дележе далекой собственности, которая находится где-то на периферии, в сотнях километров от центра России, принимают посильное участие чуть ли не все чиновники страны: 11 (!) сотрудников ФСБ — от региональных руководителей до работников центрального аппарата на Лубянке (из них всего четверо бывших), 10 милицейских начальников (бывших только трое), несколько продажных судей, прокуроры и их помощники, а также один федеральный министр и полпред президента... Сегодня у нас впервые появилась возможность оказаться за кулисами, по ту сторону весьма показательного спектакля, который разыгрывается вокруг дележа любого лакомого куска — завода, комбината, месторождения ископаемых, и увидеть весь механизм постановки.
       Да, кстати, сразу предупреждаем, что не будем любоваться этим процессом в одиночку: в ближайшее время мы растиражируем кассету с коммерческими переговорами госслужащих, разошлем ее копии в соответствующие органы и будем настаивать на подробнейшей экспертизе, а затем — на крупномасштабном публичном разбирательстве по линии МВД, ФСБ, Генпрокуратуры и Верховного суда. Надеемся, наша публикация послужит для этого официальным поводом. А пока мы пригласили свидетелей — экспертов, которые вместе с нами послушали голоса и помогли нам определить их обладателей. До результатов официальной экспертизы мы будем узнавать действующих лиц на слух: «Голос, очень напоминающий...»
       Все эти беседы в особых комментариях не нуждаются. Отметим только, что битва идет за Находкинский рыбный порт, о котором мы уже сообщали летом прошлого года («Новая газета», № 38. Может быть, поэтому нам и подбросили кассету?). Цена вопроса — сотни миллионов долларов. А бьются за эти миллионы две группировки — акционеры, успевшие в свое время отхватить порядка 80 процентов его акций, и те, кто руководил портом в далекие времена и считает такое приобретение акций незаконным. Основные сражения по доброй традиции происходят в судах по всей стране (от Элисты до Хабаровска), которые выдают широкий спектр решений, конечно же, в пользу любого из оппонентов (чуть позже вы узнаете, как это делается).
       А дальше, разумеется, в игру вступают бывшие, а по большей части до сих пор еще действующие силовики, поскольку нужно решать процедурные вопросы: как противостоять захвату офиса, или наоборот, как его захватить; как изымать акции и переводить их поближе к себе; что делать, если у «врагов» подходящее судебное решение окажется раньше, чем у «друзей», и как повлиять на судью или другого, совершенно независимого представителя власти...
       
       Как «усиливают позиции» в судах
       Постепенно на сцене появятся разные действующие лица. Вот первая пара. Голос, по мнению свидетелей, очень напоминающий Михаила Васильева (В) (подполковник ФСБ в отставке, бывший зам начальника службы УФСБ по Находке, представитель лагеря бывших руководителей, в прошлом — помощник гендиректора Находкинского рыбного порта), и голос, напоминающий Виктора Клюса (К) (предприниматель, владеющий примерно 5% акций рыбного порта и борющийся с акционерами, которые отхватили 82%, одна из основных фигур конфликта):
       В: Надо пять штук, чтобы это сделать, ну чтобы... мы про усиление говорили. Типа залога. А потом, если в нашу пользу, то еще пять.
       К: Значит, хорошо, попроси, пусть со мной свяжется Галина Сергеевна (?) <...>, а во-вторых, хорош ли канал, то есть достаточно ли сегодня той работы, которую проделали...
       В: Я думаю, вот через этого, Федорыча
(во всей этой истории упоминается только один человек с таким отчеством — Геннадий Решетников из краевого Хабаровского УФСБ. — Прим. ред.). Там еще канал, который я использовал... И вот сейчас еще один — вот этот вот. Мы один раз усиливали, помогло вроде как...
       
       «Пять штук и еще пять», — разговор, нужно полагать, идет не о яблоках. Да и кому еще думать о финансовом сопровождении, как не бывшему чекисту? Но ведь нужны не только деньги, но и влиятельное действующее лицо, иначе российский суд не пронять. И вот из-за кулис раздается некий новый голос...
       Голос, отдаленно напоминающий Геннадия Решетникова (Р) (УФСБ по Хабаровскому краю), и голос, напоминающий все того же Васильева (В):
       
       В: Ладно, Геннадий Федорович <...> второго-третьего числа (августа. — Прим. ред.) три дела будет <...> второго одно и третьего два <...>. Ну все наши кассационные жалобы <...> может быть, даже и не надо перечислять? <...> Я могу по факсу <...>
       Р: Ну ладно, постараюсь, может быть, я завтра выберу время, проеду, пообщаюсь... <...>
       В: А завтра я тогда утречком сброшу эти на имя Юрия Николаевича, хорошо?
(Есть такой персонаж Юрий Николаевич Алешин — бывший руководитель службы УФСБ по Находке, ныне первый зам начальника УФСБ по Хабаровскому краю, куда, собственно, и звонит В — его бывший заместитель. Под началом Алешина УФСБ по Находке слишком уж активно занималось проблемами рыбного порта после нашей первой публикации о портовом конфликте Алешин подал на нас в суд, отрицая свою причастность к распрям акционеров. Неудивительно, что его персона нас особенно интересует. — Прим. ред.)
       Р: Хорошо.
       В: Примет?
       Р: Да.
       В: Ну все, добренько, тогда ему привет.
       
       Милицейские интриги, судебные приставы и один министр...
       Было бы большим грехом полагать, что во всем этом коммерческом безобразии участвуют только контрразведчики. Представлены там во множестве и милицейские начальники разного уровня, для которых конфликт вокруг порта стал неплохим поводом для возобновления давней войны, и судебные приставы, и даже федеральному министру нашлось боковое место. Это очень хорошо видно из разговора двух чекистов, которые в таких интригах ориентируются профессионально. И могут использовать их, если того потребуют обстоятельства. А они ох как требуют...
       Голос, напоминающий уже известного нам Васильева (В), и голос, напоминающий его бывшего шефа в Находкинском УФСБ, а ныне первого зама начальника УФСБ Хабаровского края Юрия Алешина (А), выдержки из большого разговора:
       В: <...> Юрий Николаевич?
       А: Я.
       В: Добрый день.
       А: Добрый день, Михаил Петрович.
       В: <...> В составе суда один ихний человек, один наш был. Они
(оппоненты. — Прим. ред.) говорят, хорошо, что отложили, есть возможность сейчас этот вопрос еще порешать. Они так говорят (смеется). <...> Батальон милиции они решили отодвинуть и взяли Самочерного (бывший начальник водного отдела батальона милиции. — Прим. ред.) на работу и якобы будут создавать службу безопасности <...>. Когда свои на воротах стоят, пожалуйста, туда-сюда ездий, вози...
       А: Самочерный что, с ними, да?
       В: А Самочерного они подобрали, я не знаю, может быть, Гамов
(бывший капитан Находкинского УФСБ, которого уволил Алешин, сейчас Гамов — зам руководителя рыбного порта противоположной Алешину команды. — Прим. ред.) его знал? Ну уже такой вариант был, когда мы убрали этого... Там Чучайкин (бывший начальник охраны рыбного порта из водной милиции. — Прим. ред.) стоял <...>
       Они Гайдая
(начальник водного отдела милиции. — Прим. ред.) хотят снять. Кем (нынешний гендиректор рыбного порта, полковник милиции в отставке — Прим. ред.) и Герлихман (заместитель Гайдая — Прим. ред.) там против него развернули подсиживание, вроде как он под «черных» попал <...>, машину ему подогнали <...>. Гайдая хотят снять, а Герлихман сейчас рвется в начальники <...> И вот этот вот Купчук (руководитель отдела по борьбе с оргпреступностью, завел уголовное дело на представителей лагеря бывших руководителей Клюса и Веселова. — Прим. ред.) и еще один там ковыряют всю эту грязь. Сотовый им дал Кем <...>. Он (Купчук. — Прим. ред.) со мной хотел дружить, а потом, когда я понял, что он не ту пургу гонит, я отошел от него и прекратил с ним контакты <...> Если хочешь помочь — помоги, а мне дает следователь информацию, что он, наоборот, против Веселова (бывший гендиректор рыбного порта. — Прим. ред.) ковыряет грязь. Эксперта запугивает <...>
       А: Это с Герлихманом, да?
       В: <...> Они там всю затеяли бодягу, чтобы батальон, может быть, убрать <...> Если батальон они уберут, у Гайдая этого меньше будет звание <...> Кто-то в службе
(УФСБ. — Прим. ред.) стучит Гамову, мне сказали. Кто, они не знают, но информацию он берет. Вот просочилась к ним информация, что Мясников (гендиректор конкурирующего порта. — Прим. ред.) попросил Франка (министр транспорта РФ. — Прим. ред.) придержать лицензию на перегрузку этих грузов в порту <...> Пятнадцатого июня у них закончилась лицензия, и они сейчас занимаются незаконной предпринимательской деятельностью <...> Вот они сейчас грузят пароходы, допустим, бревнами или пиломатериалами, так они незаконно все это делают <...>
       А: Ясно, ну следующая неделя будет, кажется, напряженной. <...>
       
       Отвлечемся на секунду. Зачем противоборствующим группировкам нужен контроль над милицией? Ясное дело — чтобы уберечь территорию и главный офис и чтобы «враги» не прорвались или не смогли оказать сопротивления. В такой ситуации жизненно важно пораньше получить хоть какое-нибудь решение суда или бумагу от судьи, дающую право приставу пройти сквозь все заслоны и рогатки и открыть дорогу одному из оппонентов. Значит, важно влиять не только на милиционеров, но и на приставов...
       
       В: Я не знаю, как будет бумага, исполнительный лист, сюда доставлена, чтобы наш пристав пошел и сказал: вот имеется судебное решение, просим его исполнить в добровольном порядке, иначе — уголовная ответственность. А мы уже тут будем все вопросы продумывать, как оповестить организации, банки, изъять доверенность. <...>
       А: Там может быть по линии ЛОВД
(линейного отдела внутренних дел. — Прим. ред.) противостояние <...>
       В: Может быть, с ихним старшим там... Попросить, чтобы они там не лезли, не совали свой нос? <...> Придет пристав, скажет и...
       А: А я и по линии пристава тоже тогда посмотрю <...>

       
       Текст разговоров полностью можно прочитать здесь.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera