Сюжеты

ПУТЕШЕСТВИЕ ИЗ МОСКВЫ В ПЕТЕРБУРГ И НЕМНОГО ДАЛЬШЕ

Этот материал вышел в № 63 от 29 Августа 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Российско-американским встречам на высшем уровне тридцать лет. Что изменилось в отношениях наших стран, кроме того, что вместе с Бушем и Путиным Московский Кремль сумел перебраться в Петербург? Для американской политической элиты СССР,...


Российско-американским встречам на высшем уровне тридцать лет. Что изменилось в отношениях наших стран, кроме того, что вместе с Бушем и Путиным Московский Кремль сумел перебраться в Петербург?
       


       Для американской политической элиты СССР, Россия и Кремль — почти что синонимы, и поэтому американо-советские и американо-российские отношения с полным основанием можно назвать кремлевско-американскими. Американская элита строит отношения с Кремлем как с отдельно взятой сверхдержавой, абсолютно не видя перед собой такой страны — Россия. В этом горчайшая и трагическая ирония политической истории, особенно последних десяти лет.

       Впервые американский президент посетил Кремль в 1972 году, это был Ричард Никсон. Началась «разрядка международной напряженности», и московский обыватель впервые услышал об ограничении ядерных вооружений и попробовал вкус пепси-колы. Тогда же, чтобы никто не мог подумать, что товарищ Брежнев променял наши железобетонные советские ценности на пепси-колу, товарищ Суслов произнес крылатую фразу: «При разрядке международной напряженности идеологическая борьба не ослабнет, а будет только обостряться».
       Чего только не пережила мировая геополитика за тридцать лет! Уход американских войск из Вьетнама. Ввод и вывод советских войск из Афганистана. Падение Берлинской стены и переход Восточной Европы на Запад, конец советского коммунизма, распад Советского Союза. Потом — вспышка гражданской войны в Москве и расстрел российского парламента, потом — Балканы и Чечня, наконец — то, что случилось за последний год…
       Но за редкими исключениями, когда казалось, что речь действительно пошла о новых отношениях между народами и людьми (скажем, позднегорбачевский и раннеельцинский периоды), отношения между Кремлем и Америкой строились и продолжают строиться в парадигме «разрядки международной напряженности» — вечные разговоры о бо€льших гарантиях меньшего числа раз взаимного гарантированного уничтожения.
       За 30 лет почти каждое новое рукопожатие в Кремле с американским президентом сопровождалось заклинаниями об окончании «холодной войны», но всякий раз она оказывалась очень живучей и совершенно необходимой для PR-акций следующих рукопожатий и новых заклинаний. Впрочем, то, что руководители все-таки договариваются между собой — это намного лучше, чем если бы они не договаривались и тем более если бы сильно рассорились. Лучше, что подписывают удовлетворительные и даже хорошие документы, невзирая на их последующую судьбу, чем если документов не было бы вовсе.
       Итак, что же главы двух великих стран подписали на этот раз, во время официального визита Дж. Буша в Россию, отметив 30-летнюю веху договорных отношений между Кремлем и Америкой?
       На этот раз в Кремле на высшем уровне подписали семь очень разного плана документов, которые объединяют два свойства. Первое — в каждом из них трудно с чем-либо принципиально не согласиться. И второе — за исключением очень узкого круга читателей официальных бумаг никто о них не имеет ни малейшего понятия.
       Попробуем тем не менее провести короткий анализ.
       
       В Совместном заявлении президентов о ситуации на Ближнем Востоке, кроме традиционных слов о приверженности миру, резолюциям Совета Безопасности ООН и слов о необходимом сотрудничестве правительства Израиля и палестинской национальной администрации, есть два существенных, на мой взгляд, пункта. Подтверждается политическая приверженность США и России принципу «мир в обмен на земли». Кроме того, — и это впервые с участием России — говорится о необходимости «подотчетных, демократических и ориентированных на рыночные отношения институтов как основы полноценного Палестинского государства». Так что когда теперь Буш указывает на далекость режима Арафата от демократии, он это делает уже не сам по себе или вместе с Шароном и частью западных союзников, но и не без участия руководителей России.
       Совместное заявление об антитеррористическом сотрудничестве — неизбежный и, несомненно, необходимый атрибут первого официального визита американского президента в Москву в такой момент, как сейчас. Вряд ли текст такого заявления должен претендовать на то, чтобы содержать в себе что-то принципиально новое, что еще не было сказано на эту тему в более оперативном порядке. Тем не менее отрадно, что в нем нашлось место отразить сотрудничество по проблемам Грузии, — хотя и непонятно, почему про Грузию великие державы должны говорить в документе по терроризму, а не в каком-то другом, более «спокойном» документе. Неуклюжие стилисты — скорее всего, будем честны, не московские — умудрились упомянуть в тексте, который исходит от американского и российского президентов, не кого-нибудь, а лично «У. бен Ладена», и этим фактом негативного, но персонального упоминания вряд ли огорчили данного деятеля.
       Совместное заявление о новом российско-американском энергетическом диалоге, пожалуй, не содержит ничего конкретного, но при желании может быть прочитано как намек на то, что Москва и Вашингтон готовы, когда сочтут это нужным, совместно ограничить влияние ОПЕК.
       Зато более общее экономическое заявление, если воспринимать его всерьез, может иметь большое значение и существенные последствия. Здесь — вступление России в ВТО, которое Вашингтон активно поддерживает, а Москва принимает стандартные условия и не требует привилегий. Здесь, разумеется, вновь обещание окончательно политически отменить поправку Джексона — Вэника. Здесь — целый ряд проектов и планов, включая борьбу с российской коррупцией, реформу банковской сферы, инвестиции в космос, коммуникации, поддержка информационных технологий в России, развитие российского малого бизнеса, и все это вместе выглядит как достаточно здравый и целостный набросок программы реформ. Специальный абзац касается энергетической безопасности и проектов поставок энергоносителей, включая поддержку очень прогрессивного принципа «соглашения о разделе продукции», который способен привлечь в российскую добывающую промышленность многомиллиардные инвестиции. Если бы хоть половину из этого начали выполнять!
       Совместное заявление о контактах между людьми имеет значение как факт. Во время коммунизма США и Запад использовали советскую закрытость и запрет на выезд из СССР для пропаганды западных ценностей. С 90-х годов ситуация кардинально изменилась: паспорт для выезда из России получить относительно несложно, но зато место советских парткомов с блестящим успехом заняли консульские службы посольств западных стран. С тех пор западные лидеры избегали поднимать данный вопрос на сколько-нибудь высокий уровень: не хватало им только видеть у себя безвизовых русских посетителей! А российские руководители и чиновники, понятное дело, не вели активную борьбу со своими иностранными коллегами за право российских граждан свободно путешествовать за рубеж и не отстаивали это право ни на каких серьезных переговорах: ведь если русские станут свободно посещать Запад, а западные граждане — Россию, то «концепции многополярного мира» придется немного туго.
       Преодолеть совместный чиновничий интерес повредничать не может никто. И хорошо, что в этот раз осмелились хотя бы вспомнить о проблеме передвижения. Хотя, конечно, ничего, кроме мышки, гора высшего уровня пока что родить не смогла. По поводу виз — общие слова, договоренность сделать подешевле визы для студентов (вопрос вряд ли принципиальный) и содействовать безвизовым поездкам жителей Чукотки к своим родственникам на Аляске. Кроме того, констатация важности сотрудничества на локальном уровне (города-побратимы, университеты, профессиональные сообщества), упоминание программ по СПИДу, туберкулезу и охране материнства и детства (дай-то Бог). Еще — будут сотрудничать Эрмитаж и Фонд Гугенхайма. И еще — все будет хорошо у журналистов и у верующих разных конфессий. Вот так.
       Еще два текста требуют отдельного внимания. Они называются уже не Совместными заявлениями, а Договором и Декларацией.
       Двухстраничный Договор между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о сокращении стратегических ядерных потенциалов может считаться компромиссом в отношениях Вашингтона и Москвы. В глазах Буша с ядерными боеголовками надо поступать по мере надобности, то есть как решат в его администрации: можно что-то оставить, а что-то снять. В глазах Министерства обороны и Министерства иностранных дел в Москве такая мера узаконенного произвола со стороны США абсолютно неприемлема. С Советским Союзом они себе такого никогда не позволяли. Получается, что американцы нам говорят: вы все равно разваливаетесь, вы все равно ваши ракеты и боеголовки поддерживать не сможете, будете снимать, вы как держава деградируете. Так зачем же эти очевидные для разведки и для обывателя вещи облекать в изящную форму равных уступок, равных обязательств и равных отношений? Надо сказать со всей определенностью, что такой по-циничному точный взгляд на вещи, если он действительно доминирует в американском правительстве, отличается крайней недалекостью, и очень отрадно, что ему не дали одержать верх.
       Совместная декларация двух президентов о новых стратегических отношениях между Российской Федерацией и Соединенными Штатами может считаться и отправной точкой, и обобщением всего того, что было подписано на майском саммите. Ее основной идеологический лейтмотив: «новые глобальные вызовы и угрозы требуют качественно новой основы наших отношений». Если такое воспринимать серьезно, буквально и не как дань тактике момента, то это уже существенно больше, чем «разрядка напряженности», новые вашингтонские ритуалы и новые кремлевские зигзаги. Вопрос — за продолжением, за тем, куда пойдет реальная жизнь и чем ее будут наполнять лидеры США и России во всех аспектах их политики, в том числе и прежде всего — в нравственном аспекте.
       Окончание «холодной войны» в конце 80-х означало победу одних нравственных ценностей над другими. Последующее нивелирование нравственных ценностей в политике и качественно новых мотиваций в экономике обесценило и предало забвению победу Запада в «холодной войне». Отвечать на вызовы XXI века могут лишь носители высокой нравственной культуры, открытые, ответственные и гуманные лидеры, а не менеджеры гигантских политических корпораций.
       
       Что еще сказать? Не только историческое и политическое, но и бюрократическое время не стоит на месте. Вот и незыблемый московский Кремль вместе с Путиным и Бушем сумел перебраться в Петербург. И из Петербурга и из Москвы потом успело за месяц выплеснуться, как из рога изобилия, почти несчетное число самых разных политических сигналов. Расшифровывай каждый, как умеешь. Шанхайская организация сотрудничества. «ЕвразЭС». Президент Украины Кучма. Многократно и в разных вариантах — Лукашенко. Пасько остается в тюрьме. Буданов — почти на свободе. «Уорлдком» последовал по стопам «Энрона». Путин и Буш вновь встретились в Кананаскисе и, в продолжение московской декларации, договорились организовать на западные деньги уничтожение российских арсеналов оружия массового поражения. Но на Северном Кавказе — неслыханное наводнение, и Путин из Канады улетел прямо туда. Оказалось, что ситуация намного хуже, чем он мог предполагать …И наступило наше «жаркое» лето.

       (Написано по просьбе издания «Русский вопрос», Прага)
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera