Сюжеты

БАРАН И НОВЫЕ ВОРОТА РАСЕМОН. ОБЗОР РЫНКА МУЛЬТИКОВ

Этот материал вышел в № 64 от 02 Сентября 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Не спи, художник! Пока ты спишь, уроды снимают сериалы... Отборщики Они не спали уже седьмые сутки. Сколько мультфильмов осилить за день? 20? 50? А за неделю? И выбрать да поделить на авторские и заказные… Пивовар Иван Таранов,...


Не спи, художник! Пока ты спишь, уроды снимают сериалы...
       


       Отборщики

       Они не спали уже седьмые сутки.
       Сколько мультфильмов осилить за день? 20? 50? А за неделю? И выбрать да поделить на авторские и заказные…
       Пивовар Иван Таранов, наширявшись, прет на подлодке свататься к букашке: не пей, Гертруда, козленочком станешь, а светлячок — выпью! — раз, и давай ее в ритме блюза, мечом вжик-вжик, головы татарские летят в ворота Расемон, черепаха растопырилась — хвать банку пива, нормализует кишечник…
       Башня из кассет обрушилась, разбудив Диму. По экрану струились черно-белые палочки. Минуту, две, восемь… «Что за хрень?» — зевнул Дима. «Штрихкод голландский, — отрезала Наташа, — Гран-при Анси, надо взять».
       «… голландский это, а не Гран-при!» — «Художник имеет право на эксперимент!»
       За узбекским эпосом «Алпамыш» (54 минуты) тяжко навалился французский «Айсбергклуб» (32 минуты мглы и завываний)… Кое-кто был близок к обмороку. С трудом ворочая языком, Лара спросила: «Это эксперимент?». Нервы сдали у всех разом. Хохотали до слез, до колик. Но взяли.
       Потянулась часовая эстонская сопля «Рождество божьих коровок». Заглянул праздный дизайнер Фирсов с анекдотом: «Что это за люди стоят? — Этто эстонцы беккут».
       — Иди к черту, — сказали ему. — Это традиция. Надо брать.
       — Да, Эстония — это щикарно! — сказал Дима. — Как это называется? Где баба с мухой трахается?
       — Это «Улица Вейценберг». Это классно.
       Безотрадна картина полного метра, грустила Лара. Разве Барри Первз? «Матрас Гамильтона», чисто английское кино, как у Диккенса: оборванец-муравьед, барабанщик-виртуоз, мечтает о штанах и покоряет страну. Хотя куклы у нас покруче. Время «Нильса» и «Белоснежки» ушло. Да, старые добрые пятичастевки похожи, как счастливые семьи, но завораживали прелестной подробностью…
       Вдруг она засмеялась, и улыбнулись Наташи, и Нина бросила вязать, и выплюнул бороду Дима. Буржуазные людишки вежливо творили дикие, нелепые, до безумия абсурдные и ужасные вещи, не переставая улыбаться и лепетать о погоде. «Мир герани» был, как ни странно, швейцарским и длился всего пять минут. И это был восьмидесятый фильм, который отборочная комиссия «Крока» выбрала для конкурса. Ровно половина. До фестиваля оставалась неделя.
       
       Генеральный директор
       Ирина Александровна Капличная не спала пятую ночь. Девять лет, считай, вычеркнуты из жизни. А вернее, двенадцать. Хотя раньше еще ничего, когда плавали через год, можно было передохнуть. А теперь — едва причалили — давай-давай, по новой, деньги, пароходства, гости, спонсоры, кабинеты, кабинеты… Журналисты эти, мать их… Наваляют ахинеи, нет чтобы четко и ясно: так и так,
       9-й Международный фестиваль анимационных фильмов «Крок» проходит на теплоходе Балтийского пароходства «Виссарион Белинский», следует маршрутом: Санкт-Петербург — Валаам — Петрозаводск — Москва, участвуют 35 стран, 200 фильмов, из них в конкурсе — 160, спонсоры фестиваля… Ах, не будем о грустном!
       Триста с гаком гостей и участников, впервые приходится отказывать платным пассажирам. А ну как Россия не даст?
       Ирина Александровна вспомнила, как тепло улыбался ей в Москве Михаил Ефимович, жал руку и клялся, что не мыслит культуру без анимации… Бойкие глаза министра глядели прямо и честно. «Обаятельный дядька, хочется ему верить…»
       В соседней комнате ворчал спросонья муж, известный в прошлом футболист. Святой! Кто вытерпит эту вахту круглосуточную, непрерывные звонки и командировки, всю эту свистопляску… Во имя чего? Чтобы три сотни гавриков неделю чесали языком и балдели в кинозале?! Ирина Александровна накрутила знакомый номер. Старый боевой товарищ сразу взял трубку: «Опять ты? Я все помню. Завтра идем в Фонд содействия. Ира, твою мать, ты знаешь, который час?». «Додик! — закричала Ирина, забыв про спящего бека. — Твою мать! Президент ты или как? Мы идем не в Фонд, его мать, а к товарищу Богуцкому, министру культуры Украины, ее мать!». «Ира, — задушевно сказал Давид Янович Черкасский, заслуженный деятель искусств Украины, прославленный режиссер и один из двух президентов «Крока». — Мне на днях 70 лет. Я старый больной человек. Мне нужен покой». С того конца провода доносились музыка и веселые голоса.
       Это моя жизнь. Я не могу без вас. Ирина Александровна смахнула слезы и перечитала обращение, которое составители каталога ждали от нее уже четыре месяца: «Друзья! С волнением и радостью… минуя все преграды на суше и воде… Чтобы каждый «крокер» ощущал себя членом дружной семьи аниматоров… анимации авторской и заказной… В волшебную страну Анимацию, где царят добро и красота, где радостно жить и творить»…
       В утренней тишине одновременно грянул телефон и прокукарекал Моцарт на мобильнике. Звонили от Швыдкого и из мэрии. Дают! И Москва, и Киев — дают! Она, Большая Ира по прозвищу Мамо, обломала два государства!
       Ирина Александровна зачеркнула «друзья» и вывела сверху: «Дорогие мои!». А в конце уверенно приписала: «и любить». До фестиваля оставалось три дня.
       
       Спонсор
       Франсуа Саломон проснулся, как всегда, в шесть утра, вышел на террасу своего дома, огляделся. Обычная, будничная картина. Тает рассветная дымка на склонах близких, уже Швейцарских Альп, пламенеют балкончики под черепичными крышами родного Анси. «Мир герани, — подмигнул Франсуа своему отражению в зеркальном стекле. — Все мы слегка безумцы…» Праздник уже будоражил истинно французскую кровь жизнерадостного бизнесмена. Всего три месяца прошло, как закончился в Анси фестиваль, а он уже скучал — по Эдварду, Ирэн, Давиду, Натали… Конечно, здесь, в Анси, фестиваль крупнейший в мире, самый авторитетный, но «Крок» отчего-то милее сердцу, как и эти огромные, сонные русские реки… Разве не стоят они тех нескольких десятков тысяч франков, которыми он помогает «Кроку» из года в год? Счастлив помогать. «Завтра, — думал он, совершая пробежку вокруг озера. — Завтра!» Не останавливаясь, Франсуа прижал к уху серебристую пластинку «спутника». В Киеве сейчас девять. «Франсуа, дарлинг! — заполнила эфир Ирэн, друг семьи, большая, красивая, очень деловая женщина. — Мы ждем тебя и девочек, дорогой! Тут Додик, Давид, он тоже очень рад тебя слушать!» — «Завтра, Ирэн! Мы прилетаем уже завтра!»
       Гигант Франсуа подпрыгнул, как мальчик, достав ладонью до гирлянды флажков над аллеей. Месье Саломон обожал Россию, свою русскую жену, русские мультфильмы и русских друзей-художников. Согласится ли Ирэн, прикинул он, принять в подарок его любимому «Кроку», где столько милых лиц, вина и веселья, еще тысяч десять–двенадцать?
       До фестиваля оставалось два дня.
       
       Председатель жюри
       Иван Максимов крепко спал на палубе.
       В этом году фестиваль делился на две программы: А (заказную) и Б (авторскую). Известный фрейдист, автор популярной рекламы презервативов возглавлял «заказную» половину жюри. Готовился Иван тщательно. В престижном «секонд-хенде» приобрел за тридцать рублей белые штаны. Уж мы-то знаем толк в имидже и все такое.
       Солнце било в лицо, рождая в космическом мозгу яркие образы. Программы А и Б нарисовались ему двумя мутантами: А — здоровым динозавром с пятачком и маленькими перепончатыми крылышками, Б — как бы инфузорией на косолапых ножках с хоботом. Сидят они на странной трубе с отростками, типа волынки, изо всех сил стараясь спихнуть друг друга, причем перевес явно на стороне толстого А. Труба же эта и есть сама великая, единая и неделимая Анимация.
       Иван Максимов проснулся, потуже затянул бандан на умнейшей голове и отправился работать.
       Мыслитель и исследователь, он ходил на все показы — и А, и Б. И ему не очень-то нравились процессы, которые происходят в так называемой авторской анимации. «Понты», — кратко формулировал Иван. Восток уехал в медитацию, Запад — в формальном тупике, болгары помешались на сексе. Позиция непримиримого перфекционизма Норштейна не встречала поддержки и одобрения у Ивана. Еще не известно, что хуже: добротный ширпотреб или вечный путь к совершенству.
       Что касается группы А, то уж, конечно, певца абсурда приводила в ярость эпичность полного коммерческого метра. От ненависти к заказным телесериалам Иван буквально облысел. Лишь с рекламой примиряла Ивана ее краткость.
       Однако Иван Максимов был предан «Кроку» и анимации. К тому же являлся настоящим оптимистом, как и все без исключения его монстрики. Поэтому Иван искал (и находил) позитивные выходы из создавшегося положения.
       Заказ, рассуждал, — это деньги, а значит, и лучшие силы. На рекламу и зарубежные проекты работают корифеи: да хоть тот же я. Оскароносец Петров снимает чудо-ролик про шоколад. Наташа Орлова и Андрей Золотухин, профи, каких мало, шарашат на Би-би-си с полной выкладкой.
       И потом: где вообще эта граница между как бы искусством и как бы коммерцией? Там, в глубине, откуда все растет, — такая путаница корней, не расплести. А Барри этому Первзу с его английским газоном — диплом, не больше.
       Отчалили от Валаама. Шел третий день фестиваля.
       
       Творцы
       Симоне Масси, пучеглазый кудлатый итальянец с гигантским рюкзаком, не спал никогда, все работал. Поэтому не вполне понимал, что к чему. Этот беззаветный парень привез на конкурс две картины, но зато умудрился забыть визу. Из «Шереметьева» его немедленно депортировали на родину — в город Урбино, по слухам являющийся и родиной Рафаэля, тоже неплохого художника. Неистовый Симоне продал свою коллекцию марок и купил еще один билет и снова прилетел в Москву. Вот как любят «Крок» во всем мире.
       Александр Татарский и Валентин Телегин спали по очереди. Поэтому они довольно быстро сделали фильм «Красные ворота Расемон». Там персонажи по-разному рассказывают об одном и том же, как у Куросавы. Только дело происходит в послевоенной Москве. Очень хороший фильм. Это потому, что Валя в основном молчит, а Саша в основном говорит, и у них гармония. «Хорошо, что Саша спит, — думает Валя. — Когда он спит, он говорит совсем мало». А Саша думает: «Ни за что больше не лягу спать. И Вальке не дам. Потому что, пока мы спим, уроды снимают для телевидения уродские сериалы, не умея, между тем, снять двухминутный сюжет. Вот в чем проблема и парадокс».
       Ни Саше, ни Вале, вообще порядочным людям на телевидении ничего не заказывают. Боятся, что хорошие художники будут важничать и запросят много денег. А денег на телевидении совсем нет! Вот проблема и парадокс.
       Андрей Бильжо, когда не спит, сильно похож на Александра Розенбаума. Поэтому его всегда окружает толпа фанов. «Истинно говорю вам, — говорит Бильжо фанам. — Надо создать международную комиссию, которая устанавливала бы регламент, в котором может работать каждый аниматор. Свыше тридцати минут — пять—десять человек в мире, типа Норштейна. Несколько сотен — пожалуйста, до десяти минут. А большинство — минуту. Лучше секунд тридцать. Превысил хронометраж — штраф. Чтоб не мучить народ». «Архиверная мысль!» — соглашаются фаны, хотя и немного удивлены.
       Андрей Хржановский догнал «Крок» в Петрозаводске, но не потому, что проспал, а потому, что работал в жюри выборгского фестиваля «Окно в Европу». На наш конкурс классик привез фильм «Полтора кота» о Бродском. Которые думают, что анимация тему не потянет, тех отсылаю к работе анимаведа Алексея Орлова (примерно): «Об имплантации в анимационную практику эзотерических штудий индуизма, буддизма, даосизма и суфизма», Бог им в помощь.
       «Полтора кота» — по форме завершенная картина, но автор трактует ее как пилот полнометражного фильма о путешествии Иосифа Бродского на родину инкогнито. Думаю, Бильжо позволит тезке снять частей пять-шесть. Заслужил.
       Степан Коваль из Киева проснулся знаменитым. Его пластилиновый фильм «Шел трамвай 9-й номер» получил Гран-при. Кончился фестиваль.
       
       Автор
       Приснилась мне Капличная. Опять ругалась, что я ничего не написала. А чего писать? Прямо и не знаю… Люблю вас, дорогие мои, вот и весь сказ. Давид Яныч, миленький, нарисуй мне барашка!
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera