Сюжеты

ФЛОТУ УХОДИТЬ НЕКУДА

Этот материал вышел в № 65 от 05 Сентября 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Десять лет назад в истории Черноморского флота начался отсчет «новейшего времени». Флот разделили Наша справка Адмирал Касатонов Игорь Владимирович Родился 10 февраля 1939 г. в городе Владивостоке Приморского края в семье командира...


Десять лет назад в истории Черноморского флота начался отсчет «новейшего времени». Флот разделили
       


       Наша справка
       Адмирал Касатонов Игорь Владимирович
       Родился 10 февраля 1939 г. в городе Владивостоке Приморского края в семье командира подводной лодки, впоследствии адмирала флота В.А. Касатонова.
       В 1960 г. окончил с отличием Черноморское высшее военно-морское училище имени П.С. Нахимова в Севастополе, служил на боевых кораблях Тихоокеанского, Черноморского и Северного флотов.
       1969—1971 — командир большого противолодочного корабля «Проворный».
       1971—1972 — окончил с отличием Военно-морскую академию.
       1972—1975 — командир большого противолодочного корабля «Очаков».
       1975—1977 — начальник штаба дивизии противолодочных кораблей КЧФ.
       1977—1979 — учеба в Академии Генерального штаба имени К.Е. Ворошилова.
       1980—1982 — командир дивизии противолодочных кораблей КЧФ.
       1982—1988 — первый командующий Кольской флотилией Северного флота.
       1988—1991 — первый заместитель командующего Северным флотом.
       1991—1992 — командующий Черноморским флотом.
       1992—1999 — первый заместитель главнокомандующего ВМФ РФ.
       И.В. Касатонов награжден четырьмя орденами: Красной Звезды, «За службу Родине» III и II степеней, «За военные заслуги» и двадцатью медалями; участник 10 боевых служб и 15 дальних океанских походов.
       В 1991—1992 гг. как командующий Черноморским флотом сумел сплотить действия военного совета флота и командиров, не допустил спуска советского военно-морского флага на Черноморском флоте и замены его украинским, сохранил для России Черноморский флот и Севастополь, добился принятия межгосударственных соглашений по флоту с обеспечением социальных гарантий и социальной защиты черноморцев.
       В 1994—1997 гг. руководил государственными испытаниями тяжелого атомного ракетного крейсера «Петр Великий» и боевой службой тяжелого авианесущего крейсера «Адмирал флота Советского Союза Н.Г. Кузнецов».
       1998 г. — президент фонда «Москва — Севастополь».
       Женат, имеет дочь, двоих сыновей, которые служат в ВС РФ.
       
       Десять лет назад, 3 августа 1992 года, в крымской Мухолатке состоялась встреча президентов России и Украины Б. Ельцина и Л. Кравчука, результатом которой стало подписание Соглашения о принципах формирования ВМС Украины и ВМФ России на базе Черноморского флота бывшего СССР. Тогда главами государств было решено флот делить пополам, управлять им совместно до конца 1995 года. Таким образом, начинался «переходный период». Этому событию предшествовали месяцы тяжелых испытаний на духовно-психологическую прочность, которым подверглись Черноморский флот и его моряки.
       Пока в Москве происходила смена политических элит, на местах, в том числе и в Украине, набирали обороты процессы децентрализации: в Киеве появился «национальный» министр обороны, полным ходом шло создание нормативно-правовой базы для создания собственных вооруженных сил. А 6 декабря украинский парламент принял законы «О Вооруженных силах» и «Об обороне». Уже тогда (в конце 1991 г.) стало ясно: сохранить едиными Вооруженные силы во вновь созданном «тестообразном» СНГ не удастся. Армия и ВМФ страны, по сути, выпали из зоны интересов московского политического руководства. В этом отношении показателен такой эпизод: после минской встречи глав стран СНГ (30 декабря 1991 г.) руководитель военного ведомства маршал Е. Шапошников, напутствуя меня, командующего Черноморским флотом, сказал: «Держись, Игорь!».
       Легко сказать: «Держись!». Против кого и за кого?! Но выбор так или иначе нужно было делать, и мы, черноморцы, его сделали: мы определились, за ЧТО мы будем «держаться». Черноморцы решили сохранить для Отечества свой флот.
       Пока Москва сомневалась и молчала, Киев действовал. Были угоны кораблей, захваты флотских объектов, присягонасилие со стороны тех, кто презрел Закон, Присягу, неписаный кодекс морского братства и просто здравый смысл.
       Усилиями национально-озабоченных политиков-максималистов ситуация вокруг многонационального по составу Черноморского флота, к тому же обладавшего ядерным оружием, к лету 92-го была загнана в тупик. Решения по сохранению флота, принятые на уровне глав Содружества, не действовали. Вот тогда и встретились российский и украинский президенты. 3 августа 1992 г. были приняты соответствующие решения. С этого дня в истории флота начался «переходный период», получивший неофициальное наименование «эпоха смутного безвременья».
       
       Результат «эпохи смутного безвременья»
       Черноморский флот СССР активно действовал в операционной зоне, полностью охватывавшей Черное и Средиземное моря. До ста боевых кораблей, вспомогательных и специальных судов ЧФ ежегодно выходили за пределы Азово-Черноморского бассейна, решали задачи в Атлантике и Индийском океане. 5-я Средиземноморская эскадра ВМФ при поддержке авиации и во взаимодействии с атомными подводными лодками была способна противостоять действовавшему в регионе 6-му американскому флоту. По количественному и качественному составу Черноморский флот в значительной степени превосходил силы вероятного противника. О контроле же за ситуацией в Черном море, пожалуй, говорить особо не стоит — мы господствовали здесь безраздельно.
       За последние десять лет для России ситуация на юго-западном морском направлении изменилась радикальным образом. С начала 90-х годов разрушена система несения боевой службы силами ЧФ в Средиземном море (нахождение одного вспомогательного судна в его акватории — понятное дело, абсолютно неадекватная замена постоянно действующей эскадре). Что касается самого ЧФ, то по корабельному составу, авиации, количеству личного состава он сокращен на порядок, то есть в 7—10 раз. Флот лишился разветвленной системы базирования, вернувшись к временам Г.А. Потемкина. Потеряны Измаил, Одесса, Очаков, Николаев, Донузлав (Евпатория), Балаклава, Керчь, Поти (Грузия); флот утратил мощнейшую инфраструктуру, в том числе разветвленную сеть из десяти аэродромов. Нет новых кораблей, нет преемственности опыта плаваний, образовался «провал» и в кадровом плане…
       Десятки объектов, отданных Украине, просто брошены, материальные ценности в лучшем случае проданы, в худшем — банально разграблены. Многое из того, что получено украинской стороной, до сих пор хранится… на складах и в арсеналах Черноморского флота России. Воистину: «Не съем, так понадкусываю…». Результат: число адмиралов в украинских ВМС больше, чем плавающих кораблей.
       
       Не мытьем — так катаньем
       На сегодняшний день очевидно: ситуация, во многом сохраняющая элемент «смуты» и неразберихи, усугубилась. С постоянной и настойчивой периодичностью в СМИ появляется информация (чье-то заявление, мнение, документ и т.д.) о намерениях и действиях, направленных на досрочный увод Российского флота из Крыма. Черноморцы по-прежнему ощущают на себе прессинг, цель которого — «выдавливание» флота из Севастополя. Лишь один пример: украинская сторона, ревизуя достигнутые ранее соглашения, высказывает претензии на объекты ЧФ РФ, в т.ч. структуры гидрографического обеспечения. Не решаются социальные проблемы черноморцев и членов их семей, ветеранов, граждан России, проживающих в Крыму. Во многом в накоплении проблем виновно руководство России, в т.ч. в обеспечении действия российского законодательства в отношении граждан РФ, находящихся за рубежом. Да и куда флоту уходить?
       Да и сам статус ЧФ РФ решен половинчато. Это оперативно-стратегическое объединение, основные силы которого дислоцируются на территории другого государства, не имеет статуса, аналогичного заграничным группам войск, таким, как ГСВГ, ЮГВ, СГВ, в свое время дислоцировавшихся в ГДР, Венгрии, Чехословакии и Польше. Понятное дело, что Украина — не Германия, но и она сегодня — отнюдь не союзная республика. К слову, черноморцы называют моряков ВМСУ «братьями», но не союзниками. Юмор своеобразный, но весьма показательный.
       Моряки — люди откровенные, а черноморцы — тем более. За последние годы они много чего видели, слышали, многое испытали.
       Люди помнят заявления националистов типа: «Крым будет украинским или безлюдным», видели они и боевиков Степана Хмары, шагавших по улицам Севастополя в феврале 92-го; многое они могут рассказать об идущей украинизации. Многие не верят в заявления политиков и не испытывают энтузиазма в отношении перспектив. Ощущение временности, непостоянности, алогичности происходящего не покидает и молодых, и многое переживших жителей главной базы Черноморского флота. Люди не знают, что их ждет завтра. Между тем политики, регулярно приезжающие на флот, делают красивые заявления, боясь «нелояльностью» не соблюсти правил дипломатического этикета.
       При наличии массы межгосударственных договоренностей у очень многих людей не исчезает ощущение того, что вопросы флота, Севастополя и Крыма до конца не решены.
       
       На острие морского вектора Юга России
       В этом году впервые за все послевоенные годы в Севастополе в последнее воскресенье июля не праздновался День Военно-морского флота России. Приспущенными Андреевскими флагами черноморцы выразили свою солидарность с народом Украины в связи с трагедией, происшедшей под Львовом. В тот день мне, приехавшему на праздник, вспомнилось другое июльское воскресенье, десятилетней давности…
       В июле 1992 года стоял вопрос об… отмене празднования Дня ВМФ. Аргументация противников праздника основывалась на противоречиях ситуации, сложившейся на тот момент вокруг флота. Однако, независимо от чьего-то мнения, День ВМФ мы отметили как положено: военно-морским парадом, водноспортивным праздником, концертами, народными гуляньями. Все вместе — и моряки, и севастопольцы, и крымчане, и россияне — доказательно продемонстрировали: Черноморскому флоту — быть! Быть в Севастополе — морской крепости Юга России!
       Кстати, в следующем, 1993 году «по инициативе» командования ВМС Украины предлагалось в Севастополе не отмечать… День Победы. На сей счет вышла даже директива командующего ВМСУ № 19. Додумались: праздник подорвет общественно-политическую ситуацию в Севастополе.
       День Победы, конечно, отпраздновали. Впрочем, как и другие даты, праздники и юбилеи, в т.ч. 300-летие Российского флота. И по-другому быть не может, ибо пока будет существовать Севастополь, у его жителей, как нынче модно говорить, не изменится ментальность. Здесь живут, служат и работают особые люди, с особой психологией, понимающие: у этого города — особая судьба. У них — особая миссия: быть на острие морского вектора Юга России.
       Хотелось бы, чтобы это понимали и в Москве. И соответственно действовали.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera