Сюжеты

СТАТИСТЫ УШЛИ. НА СЦЕНЕ ОДИН РЕЖИССЕР

Этот материал вышел в № 66 от 09 Сентября 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Субъективные заметки по поводу Года Украины в России Десятилетие одного из самых значительных событий в более чем двухсотлетней истории Севастополя в «городе русских моряков» стыдливо замолчали. Не отметились воспоминанием об эпопее...


Субъективные заметки по поводу Года Украины в России
       
       Десятилетие одного из самых значительных событий в более чем двухсотлетней истории Севастополя в «городе русских моряков» стыдливо замолчали. Не отметились воспоминанием об эпопее раздела Черноморского флота и столицы двух государств, затеявших этот мучительный процесс. Возможно, потому, что 2002-й был объявлен Годом Украины в России. Теперь как-то неудобно вспоминать о том, что десять лет назад весь мир оценивал реальность перспектив вооруженного столкновения двух братских славянских народов.
       Забывать недавнюю историю, получается, удивительно легко. Живут и здравствуют в Севастополе и те, кто угонял корабли, не желая присягать новому государству, и те, кто давал клятву на верность, но уже под желто-голубыми флагами. И те, кто дежурил в боевых машинах в самом центре города — у ворот штаба флота, и те, кто поддерживал их, ночуя в зябких палатках прямо на газонах. И те, кто захватывал комендатуру, заковывая в наручники своих вчерашних начальников, и те, кто баррикадировался в штабе Крымской базы, готовясь с оружием в руках отражать атаку вчерашних сослуживцев.
       Горожане и военные предпочитают не вспоминать о том, как весной 92-го флот был одновременно взят под юрисдикцию сразу двумя государствами. О том, как перепуганные родственники звонили нам из других городов и предлагали убежище. А сами мы каждый выходной, кто с лозунгами у трибун, кто молчаливо поодаль, стояли на площади Нахимова, вслушиваясь в бесконечные речевки: «Севастополь — Крым — Россия». О том, что, почти как в «гражданку», поделились тогда на русских и украинцев. Последние были в явном меньшинстве, но их ненавидели как захватчиков: сослуживцев, соседей, даже родственников. О том, как после памятного марша УНА-УНСО по центральной улице многие собрали чемоданы и уехали навсегда: в Россию, в Израиль, в Америку. Никто из нас не верил в возможность войны, но все боялись ее. Ведь уже полыхали Карабах, Абхазия, Приднестровье.
       Единственный, кто не постеснялся вспомнить о тех бурных событиях через десять лет, — адмирал Игорь Касатонов. Он относится к числу немногих избранных, кто с полным правом может сказать: «Я делал историю, я лично, а не обстоятельства». И в этом утверждении не будет ни капли пафоса: факты и цифры подтверждают его правоту.
       Начнем с того, что в конце 91-го и севастопольцы, и моряки-черноморцы с завидным единодушием поддержали на референдуме независимость Украины и Леонида Кравчука, стоявшего на либерально-националистических позициях. Причем военные голосовали за независимость активнее штатских. Эта статистика была открыта. Но Касатонову как командующему флотом были известны и другие цифры. 95% офицеров штаба (!) были на тот момент готовы переприсягнуть. В частях обстановка была менее тревожной, там служило много бесквартирных, но многие готовы были служить новой родине как гаранту спокойствия и стабильности.
       Нынешний начальник пресс-центра ВМС Украины Николай Савченко, служивший в те годы в аналогичной структуре ЧФ, вспоминает, что в декабре 91-го Касатонов был крайне мрачен, почти взвинчен. По его утверждению, историческое решение не приводить флот к присяге было принято командующим после телефонного звонка из Москвы. После этого разговора, пишет Савченко, Касатонов вышел к офицерам красный от напряжения и сказал: «Присягать не будем, еду в Киев».
       Пусть этот эпизод останется на совести мемуариста. Хронология последующих событий доказывала обратное. Позиция адмирала находила безоговорочную поддержку только на периферии российского политикума. Президент и его ближайшее окружение все последующие годы колебались в широкой амплитуде: от грозных заявлений до щедрых подарков Украине. В течение одного весеннего вечера было сначала принято, потом отменено решение поднятия Андреевского флага. Четкой позиции у России по вопросу Севастополя и флота не существовало, и только события на местах подталкивали Центр к действиям.
       В середине 1992 года Касатонов напишет в своем дневнике: «Необходимо заставить президентов сесть за стол переговоров по проблеме Черноморского флота». Пожалуй, он и заставил их это сделать, как несколькими месяцами раньше убедил своих подчиненных не присягать новому государству. Могу представить, с какими чувствами принимали офицеры обращения к руководству Украины и России: им было безумно страшно. Обстановка накалялась, а в городе — квартиры, семьи. Бросать их и мыкаться по гарнизонам, в которых неизвестно, примут ли. Нервы сдали всего у четырех процентов офицерского состава – они переприсягнули. Остальные уже через месяц освоили патетическую пророссийскую риторику, искренне забыв, что это не их мысли, а командующего. Уже в 1993 году Хасбулатов скажет: «Если бы не Касатонов, нам сейчас нечего было бы делить с Украиной». И это — правда.
       Пафосный период командования Игоря Владимировича сменился изматывающими годами раздела. В течение последующих пяти лет митинги становились все малочисленнее, но… потише. А когда в 97-м все закончилось сдачей в аренду России причалов, город никак не отреагировал на это событие.
       Сегодняшний Севастополь напоминает Севастополь доперестроечный. Власть контролирует ситуацию и не допускает какого-либо волеизъявления граждан. И не важно, что эта власть триедина: президентская вертикаль Украины и подчиненные двух братских министерств обороны как-то ухитряются выступать единым фронтом. Все «устаканилось»: наверху — декларации о дружбе и сотрудничестве, внизу — частная жизнь человеческого муравейника.
       Десять лет назад пресс-служба Черноморского флота считала своим долгом высказываться по поводу любого политического события. Сегодня один из руководителей флотской газеты признался: «Иногда хочется написать что-нибудь эдакое по поводу украинских выборов или вступления в НАТО, но нам запрещают». Десять лет назад мы считали свой город одной из стратегических точек не то что СНГ – мира. Сегодня мы смирились со статусом украинской провинции, которой все мало-мальски значимые вопросы приходится утрясать в Киеве.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera