Сюжеты

ХРОНИКА ПИКИРУЮЩЕГО СТОЛЕТИЯ

Этот материал вышел в № 67 от 12 Сентября 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Хроника России. ХХ век. — М.: СЛОВО/SLOVO, 2002. — 1004 с. «Русский народ тратит на водку 1 миллиард рублей, а государство тратит на Министерство народного просвещения только 160 миллионов» С. Ю. Витте (Из речи в Государственном совете 30...


Хроника России. ХХ век. — М.: СЛОВО/SLOVO, 2002. — 1004 с.
       
       «Русский народ тратит на водку 1 миллиард рублей, а государство тратит на Министерство народного просвещения только 160 миллионов»
      С. Ю. Витте (Из речи в Государственном совете 30 янв. 1914 г.)

       
       «В Москве в Мавзолее В. И. Ленина неизвестный взорвал гранату. Сам террорист погиб. <...> Это был не первый теракт. Попытки повредить саркофаг имели место в 1934, 1959 и 1960 гг.»
       1973. 1 сентября, суббота

       
       «...Моя идея, к осуществлению которой издательство «СЛОВО/SLOVO» шло шесть долгих лет: максимально беспристрастно представить хронику политической, экономической, культурной жизни страны в ХХ веке для самого неравнодушного читателя. Эта задача оказалась чрезвычайно сложной», — пишет в предисловии директор издательства Григорий Ерицян.
       В таком «мелком растре» в с е события 1900—2000 гг. не рассматривал, кажется, ни один обзорный труд. Почти наугад открываешь том: октябрь 1931-го. Хроника фиксирует восемь событий месяца: 1-го числа введены в строй ХТЗ и АМО, первую продукцию дала Шосткинская фабрика кинопленки. В тот же день в Москве начались опытные телепередачи. 26-го того же месяца: Г.Г. Ягода докладывает Я.Э. Рудзутаку о повышенной смертности среди спецпереселенцев в Северном Казахстане и Нарымском крае: «В числе умерших особо много детей младших групп. Так, в возрасте трех лет умирало в месяц 8—12% этой группы, а в Магнитогорске – еще более, до 15%. …Смертность зависит не от эпидемических заболеваний, а от жилищного и бытового неустройства, причем детская смертность повышается в связи с отсутствием необходимого питания».
       Наша река времен – Лета, Ипокрена и тяжелый, илистый, отравленный стоками Магнитки Яик—Урал в одном русле — течет дальше.
       Через неделю будут открыты калужская спичечная фабрика «Гигант» и столичный кинотеатр «Ударник». Через две – ЦК ВКП(б) примет постановление «О Колыме».
       А месяцем раньше в стране была создана сеть спецунивермагов. Бодрый агитплакат «Покончим с очередями. Развернем мощную сеть закрытых распределителей. Превратим их в классовое орудие социалистического распределения!» репродуцирован в «Хронике» и дополнен данными ЦСУ: «Если в 1926 г. рабочий в среднем съедал 150 г. мяса в день, то в 1933 г. эта норма упала до 40 г.». Впрочем, и ответственный работник литера «Б» получал в ту пору через свое классовое орудие соцраспределения 4 пары белья и 12 кусков туалетного мыла на год. И это многое объясняет – на полвека вперед…
       Тысячестраничный том в алом переплете тяжел, как шапка Мономаха. Сходство с «Красной книгой» цветом и весом волюма не исчерпывается. Как ни удивительно (быть может, и не удивительно): все-таки Россия ХХ века здесь предстает чуть не в первую очередь страной достойных людей.
       В томе — сотни биографий. (Полнее всего прописаны судьбы ученых, художников и музыкантов.) Много ли мы знаем о купце Христофоре Леденцове, вологодском Соросе первой гильдии, завещавшем в 1907 г. два млн руб. русской науке? «Леденцовское общество» в 1910-х гг. «давало гранты» И.П. Павлову, П.Н. Лебедеву, Н.Е. Жуковскому, В.И. Вернадскому... На базе Леденцовского института физики создан Институт физики АН СССР, ФИАН.
       А общество натурально было упразднено в октябре 1918 г. с реквизицией капитала.
       …А о художниках группы «Маковец»? О профессоре Лузине, в 1920-е годы возглавлявшем в МГУ лучшую в мире математическую школу, а в 1936-м – психологически раздавленном редакционной статьей «Правды» о «враге в советской маске»? О том, что Игорь Сикорский построил свой самолет «Илья Муромец» (1913), первый в мире серийный бомбардировщик, в возрасте 24 лет – и чуть ли не за это был удостоен высокого звания инженера?
       Для 1990-х, эпохи большой эволюции в умах, книга восхитительно беспристрастна: есть статьи о Чапаеве и о Колчаке («омском правителе» и юном лейтенанте, упорном искателе Земли Санникова), об академике Платонове и академике Покровском, о канонизации патриарха Гермогена и о премьере песни Пахмутовой на слова Добронравова «Опустела без тебя Земля...», о трудах Витте и трудах Косыгина. Есть тысячи фото (лица, как это обычно бывает, очень дополняют биографии).
       И все же, полагаю, история 1917—1920 гг. будет в следующем издании (а этой книге явно предстоит не одно издание) существенно дополнена.
       ...Вот хроника за 1910 г.: впервые в России степень доктора истории присуждена женщине, Александре Яковлевне Ефименко. Отрадный факт...
       Но меньше ли говорит об истории России убийство этой же женщины и ее дочери, талантливой поэтессы Татьяны Ефименко, в декабре 1918 г. на хуторе Любочка под Харьковом? («Помещицы» жили там вдвоем.)
       И сколько их таких было? И каков был хлебный паек в Петрограде 1918 г.? (По газетам тех лет — был он сопоставим с блокадным.) И каково число погибших за веру в 1920—1930-х? (А ведь в 1990-х издан даже многотомный их мартиролог.)
       А годы более спокойные в следующих изданиях было бы хорошо дополнить таблицами средних зарплат разных социальных групп, цен, реальной стоимости рубля. И еще десятками мемуарных, дневниковых цитат, лозунгов, частушек, даже анекдотов.
       Без этой эмоциональной памяти времени, без его надежд, страхов, заблуждений, веяний беспристрастная летопись становится бесстрастной.
       Впрочем, нам эту книгу прочесть бесстрастно и беспристрастно не дано. Информация «Хроники» все дополняется нашей памятью: то всплывет цитата из журнальной статьи Бердяева осени 1917 г., то — пожелтелая семейная фотография ребенка, вошедшего в те самые 15% младенческой смертности в Магнитогорске начала 1930-х, о которых докладывал партии товарищ Ягода.
       Летопись 1900—2000 гг. каждая семья может дополнить по-своему…
       Самые короткие сообщения набраны на желтоватом фоне. «Телетайпная лента» идет через каждый разворот «Хроники». На обрезе тома как бы видна желтая репсовая полоска. На что-то очень похожая...
       Ну да, конечно. На гимнастерки и кителя 1940-х. На них часто светились такие же желтые нашивки: знак тяжелого ранения, где задета кость...
       И все же эту полоску на кителе носили те, кто в ы ж и л после тяжелого ранения с повреждением опорно-двигательного аппарата. И вернулся с войны.
       Наша с танком и бронепоездом не сгоревшая историческая Родина имеет на такую нашивку полное право.
       Да и свежевышедшая «Хроника» способна заместить Отечеству и его гражданам памятную медаль «За победу над ХХ веком».
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera