Сюжеты

ТОВАРИЩ СЕРДЦЕ

Этот материал вышел в № 71 от 26 Сентября 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Не подчиняется оно уставу компартии и удмуртскому президенту Руководитель Удмуртии А.А. Волков, будучи уверенным в изначальной своей президентской непогрешимости, позволил себе раскурочить целую медицинскую систему. Словно многоопытный...


Не подчиняется оно уставу компартии и удмуртскому президенту
       


       Руководитель Удмуртии А.А. Волков, будучи уверенным в изначальной своей президентской непогрешимости, позволил себе раскурочить целую медицинскую систему. Словно многоопытный эскулап, разделил бывший строитель одним махом организм известного на всю страну кардиологического диспансера на две части – диагностический центр и республиканскую больницу. И сам кардиологический профиль – гордость местной медицины – был ликвидирован росчерком главного чиновника Удмуртии. В республике говорят: это была такая беспощадная месть Волкова оппозиционеру Одиянкову, главному врачу ныне несуществующего кардиоцентра.
       
       17 сентября из собственных источников в правительстве Удмуртии врачи узнали: в кардиодиспансер нагрянут силы МВД, приведут новых руководителей. Ждали, хотя до конца и не верили. Была пред-ыстория у конфликта. Медики уже спорили с властью. И вот результат – милиция на пороге. Внушительных размеров начальник РОВД Козлов, его смуглолицый заместитель Мустафаев и дама в форме, с раскинутыми по старлейским погонам волосами.
       — Поступила информация, что законным руководителям не дают работать, — пыхтит Козлов в усы, усаживаясь в широкое, но все-таки тесное для него кожаное кресло.
       И.о. главного врача — худенькая, с мальчишеской стрижкой Наталья Афанасьевна Тубылова — тонет в таком же кресле напротив начальника РОВД и начинает по просьбе милиции свой рассказ. Вот этот монолог, не лишенный лирических деталей.
       Тринадцать лет назад, сразу после института, Наталья Афанасьевна пришла в кардиодиспансер устраиваться на работу. Сказала главврачу, что просто мечтает работать у него, и причем в диагностике. А Одиянков сверх меры воодушевился. «Вот здесь, на месте этого советского долгостроя, — говорил он, — мы откроем восьмиэтажный современный диагностический центр. Оснастим его цветными доплерами и томографами, которые у нас видели только в иностранных журналах. Пригласим лучших специалистов». Красноречивый Одиянков превращал Ижевск в кардиологическую столицу мира. Наталья Афанасьевна чувствовала себя одноглазым шахматистом.
       Но вот прошло пять лет, и все это в Ижевске появилось. Как появилось — особый вопрос, но не главный. Одиянков развил целую систему добровольного медицинского страхования. 20 процентов услуг в диспансере стали платными. Благодаря чему все остальные удмуртские жители начали получать высококлассную бесплатную медицинскую помощь. Главный вопрос сегодня — как это сохранить.
       Потомственный врач, Евгений Германович Одиянков строил двадцать лет по кирпичику службу кардиохирургии, как в свое время его отец — службу урологии, а мама — службу легочной хирургии. Томограф покупали в складчину с государством, здание центра диагностики строили также на общие деньги. Кардиологи стажировались в Англии, Израиле, Германии, Франции и США.
       Коллектив клиники ставил оперу «Кокарбаксилаза»* и расставался с прошлым. Впереди всегда маячили перспективы, нарисованные Одиянковым. Они думали, если медсестра не берет с больного за вынос «утки» денег, если доктор зарабатывает на авто, а медики за эти годы получили 160 квартир (!), то мир вокруг изменился…
       Прошлой осенью на выборах мэра Ижевска их главврач, к чьему мнению всегда прислушивалась общественность, поддержал «не ту» кандидатуру, иными словами, пошел против удмуртской власти.
       В кардиоцентр нагрянули сразу пять проверочных комиссий. Чиновники рыдали: нет серьезных нарушений в работе огромного лечебного учреждения, где, между прочим, хорошо развита внебюджетная деятельность! И тогда появилось постановление правительства Удмуртии «О реорганизации кардиодиспансера», благодаря которому на бумаге возникли диагностический центр и республиканская больница, уже третья в этом крае, но с абсолютно неопределенными медицинскими функциями. Евгению Германовичу поначалу были предложены должность главврача в этой клинике и договор на год с испытательным сроком на шесть месяцев. Потом, после череды пикетов врачей и голодовок, власть передумала: доктора медицинских наук Одиянкова изящно лишили должности главного врача больницы, назначив на нее господина Кузьмина, руководителя СПИД-центра, а главой диагностического центра — госпожу Кривилеву, сотрудника аппарата правительства Удмуртии.
       …У Натальи Афанасьевны верещит мобильник: «Да, папа… У нас милиция… Не волнуйся, — она краснеет и закрывает лицо рукой. — Как уйдут, перезвоню». Тут краснеет Козлов, окруженный набежавшими в приемную врачами. И.о. главврача продолжает рассказ:
       — Постановление пришло по факсу. О том, что в августе ликвидирован кардиоцентр, мы узнали случайно, в налоговой инспекции. Приказов о назначении неких Кузьмина и Кривилевой главврачами мы не видели и поэтому не можем даже обратиться в суд. И почему мы должны верить на слово Минздраву, который требует предоставить кабинеты новым сотрудникам? У нас же тысячи пациентов в этом здании, очереди на сердечные операции расписаны до марта, как мы можем остановить лечебный процесс? С точки зрения правоохранительных органов, мы правы? — неожиданно обращается к Козлову Наталья Афанасьевна.
       Начальник Первомайского РОВД кряхтит, краснеет и… соглашается. Паника на время улетучивается. Медики желают милиции здоровья.
       
       * * *
       Удмуртия – это черная дыра, говорят не склонные к мистике медики, здесь очень высок уровень самоубийств. Но жители Башкирии, Татарии, Перми и Кирова едут сюда — на лечение в кардиоцентр. Многие — лично к кардиохирургу Одиянкову. Накануне мы беседовали с ним о политике. Евгений Германович говорит, что Путин — честен. «Путин честно сказал, что государство способно профинансировать медицину лишь на сорок процентов от самых минимальных потребностей, а значит, необходимо развивать добровольное страхование. А местные власти по-прежнему врут и обещают бесплатную медицину тем, у кого эта нищенка давно вымогает деньги».
       Я прошусь посмотреть одним глазком на операцию. Это для чиновников Одиянков на больничном. На самом деле по-прежнему 90 процентов всех операций он делает лично. Учит молодых хирургов, «ставит» им руки.
       …В операционной я выдерживаю пятнадцать минут. Много позже выходит усталый Одиянков, совсем не похожий на вчерашнего, вольно рассуждающего о политических нравах за чаем. Тому можно было бы возразить. Но у кого возникнет мысль спорить с Доктором сейчас?
       Несгибаемому, но уставшему Одиянкову устроили тяжелую жизнь. В местной печати появились занятные письма за подписями главврачей районных и республиканских больниц: «Господин Одиянков! Мы, ваши коллеги, считаем, что для акций протеста и голодовок нет никаких оснований! Наша задача – лечить и спасать людей, а не запугивать население мифическим «системным кризисом в здравоохранении» по-одиянковски!». Я звоню тем немногим, кто осмелился не поставить свою подпись. «Вы не знаете, в какой республике мы живем», — отказался от встречи с корреспондентом первый. «Что изменит мое мнение?» – устало произнес другой. «То же самое может произойти со мной и моей клиникой», — честно ответил третий. И тоже уклонился от разговора.
       Мне действительно неизвестно, в какой республике они живут, я пребываю в кардиоцентре, главврач которого напоминает своему коллективу на летучках: «Вы — граждане России, проживающие на территории Удмуртской Республики, и законы должны соблюдать российские».
       …Не хочу вмешиваться в конституционные споры. Меня другое волнует…
       
       * * *
       Последний день был хмурый и холодный, а министр здравоохранения Шадрин «выехал в район», говорили мне в телефонной трубке. Зато в кардиоцентр опять нагрянули непрошеные гости: на этот раз замминистра Блохин и две дамы, как выяснилось позже, главврач созданного на бумаге диагностического центра Кривилева и ее юрист. Исполнитель чужой воли, тихий в общем-то чиновник Блохин просит у Натальи Афанасьевны предоставить им рабочие места. Туболева требует у Блохина документы.
       В приемной в это время опять собираются медики кардиологического центра («центра вольнодумства», как окрестили его наблюдатели этой многомесячной схватки). Выстроились вдоль стен. За время вот такого полугодичного противостояния с всесильным удмуртским президентом его подданные — кардиологи стали болеть в три раза чаще, обострились язвенные болезни, нервные хирурги стали резаться во время операций.
       …В дверях приемной неожиданно появляется тот самый смуглолицый замначальника РОВД Мустафаев. Медики вызывали Козлова, но у него – дела. Милиционер выслушивает обе стороны. И – впервые за время многомесячного конфликта – представитель власти открыто встает на сторону коллектива. Мустафаев рекомендует Минздраву придерживаться закона. И гости вновь удаляются. Чтобы оформить документы.
       Жаль, что полномочия Козлова и Мустафаева простираются не далее Первомайского района города Ижевска. Пока остальной мир убийственно спокойно наблюдает за кончиной современного и успешного кардиоцентра, коллектив которого писал уже во все инстанции, в том числе и министру здравоохранения кардиохирургу Ю.Л. Шевченко. Пациенты кардиодиспансера, которых не берутся даже наблюдать прочие клиники, подавали на правительство Удмуртии в суд. Ведь если будет жить кардиодиспансер, будут жить и они. А за последние полгода выросло целое кладбище – от болезней системы кровообращения умерли на 560 человек больше, чем «за аналогичный период прошлого года». «Только полгода не давали работать кардиодиспансеру в полную силу. А что будет, если диспансер прекратит свое существование?» – спрашивают у коллеги Шевченко ижевские кардиологи. Гробовое молчание.
       
       *«Кокарбаксилаза» – труднодоступное лекарство в советские времена, по эффективности напоминавшее обыкновенную воду, но вследствие дефицита имевшее повышенный спрос у врачей и пациентов.
       
       P.S.
       Уважаемый министр здравоохранения Ю.Л. Шевченко!

       Главный врач республиканского кардиологического диспансера Е.Г. Одиянков в понедельник, 23 сентября, начал голодовку. Вам, наверное, известно, что доктора и кандидаты медицинских наук уже не раз выходили с пикетами к зданию правительства Удмуртии и объявляли голодовку. Они вам писали… Но может быть, вы не поняли: закрывают не просто кардиодиспансер с профильными роддомом и диагностическим центром, которые появились и успешно функционируют благодаря (в этом уверен даже министр здравоохранения Удмуртии) Одиянкову. Местная власть, сместив оппозиционного доктора, выступает, таким образом, против развития российской медицины. Помните, вы говорили: «Бесплатная медицина – это миф. И добровольное страхование – один из лучших видов финансирования медицинской помощи из частных средств». Одиянков сумел воплотить то, о чем вы, извините, только мечтаете. А Волков обещает населению свой, архаичный вариант медицины. Юрий Леонидович, можно ли надеяться на вашу поддержку? А также надеяться ли больным – их более двух тысяч, стоящих сейчас в очереди на операцию к Одиянкову, – и многим-многим другим пациентам кардиоцентра?..
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera