Сюжеты

НАДО ЛИ ПРЕДОХРАНЯТЬСЯ ПРИ ЛЮБВИ К РОДИНЕ

Этот материал вышел в № 73 от 03 Октября 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Уважаемый г-н Редактор! Стремление Вашей газеты дать читателям сбалансированную информацию и отражать различные точки зрения, безусловно, заслуживает всяческого уважения. Я надеюсь, что именно это стремление побудило Вас опубликовать...


       
       Уважаемый г-н Редактор!
       Стремление Вашей газеты дать читателям сбалансированную информацию и отражать различные точки зрения, безусловно, заслуживает всяческого уважения. Я надеюсь, что именно это стремление побудило Вас опубликовать материал Романа Шлейнова («Новая газета» № 70) о реакции ФСБ и прокуратуры на мою книгу, на который я хотел бы, в свою очередь, ответить.
       Показательно, что мои оппоненты, будучи обвиненными в совершении тяжких преступлений, вместо того чтобы ответить на эти обвинения по существу, предприняли довольно неуклюжую попытку дискредитировать источник, причем сделали это анонимно, предоставив читателям судить о достоверности материала исключительно по журналистской репутации г-на Шлейнова.
       Странно получается: я, совершая, с их точки зрения, неблаговидный поступок, лица своего не скрываю, а они, демонстрируя любовь к Родине, тщательно предохраняются.
       Итак, оставим в стороне вопросы о том, кто взрывал дома в сентябре 1999 года, почему ни одно из политических убийств — Листьева, Старовойтовой, Кивилиди, о которых я пишу, осталось нераскрытым, забудем о генералах ФСБ, разъезжающих по Москве в роскошных иномарках, купленных на деньги криминальных авторитетов, и обратимся к вопросам, волнующим моих «бывших коллег»: действительно ли я, напившись смеси портвейна со спиртом, однажды наговорил лишнего, правда ли, что я не был «настоящим опером», и действительно ли «за два года работы» в ФСБ не завел ни одного дела?
       Те, кто со мной знаком, подтвердят, что я вообще не пью, капли в рот не беру — ни портвейна, ни спирта, ни пива. А в доказательство того, что я — всамделишный чекист, представляю на суд Ваших читателей копию приказа от 2 апреля 1988 г. о зачислении меня в штат КГБ СССР, где я проработал без малого 11 лет. Прошу также опубликовать фотографии допроса захваченного мной террориста и газетного репортажа об одной из раскрытых мной банд: пусть мои анонимные оппоненты скажут, что на фотографии — не я, а банду раскрывал лично Н.П. Патрушев.
       Те из Ваших читателей, кому удастся достать мою книгу, поймут, насколько слабы и несостоятельны аргументы тайных собеседников г-на Шлейнова, которым нечего возразить против того, что говорю я: Листьева заказал Коржаков, дома взорвали спецслужбы, а дачи построены на деньги наркоторговцев.
       Я глубоко благодарен Вам за то, что вы решились опубликовать отрывки из книги.
       С уважением
       Александр ЛИТВИНЕНКО

       
ПОЛЕМИКА ВОКРУГ АВТОРА
       В недавней телефонной беседе Александр Литвиненко назвал редакции человека, которого уважает, — одного из бывших своих руководителей в Управлении по борьбе с терроризмом (УБТ). Нам удалось с ним поговорить и вот что он рассказал:
       — Литвиненко — не чудовище, каким его усиленно представляют, и не герой, каким он хочет казаться. Вопрос в другом: почему этого сотрудника позволили втянуть в интригу, которая закончилась Лондоном, что свело его с Березовским?
       Я подробно знакомился с личным делом Александра, поскольку должен был знать о нем все. В армии был офицером конвойной части, окончил училище внутренних войск и попал в Дивизию Дзержинского. Отношения с сослуживцами не сложились именно в силу склонности Александра к неукоснительному соблюдению правил. Увидев, к примеру, бутылку вина на столе, он возмущался, предупреждал, что доложит, и действительно докладывал — из принципа. Был активистом на собраниях. Так и попал в поле зрения особого отдела. (Его вербовал не Платонов — будущий начальник в первом отделе УБТ, у которого Литвиненко никогда не был водителем, а особист Андрюшин. Да и супруга Платонова не была главой спецбуфета на Лубянке. — Ред.)
       К работе Александр Литвиненко относился добросовестно, но был импульсивен. Нередко уделял внимание мелочам. Это раздражало, но, впрочем, из одной такой мелочи ему удалось раскрутить серьезное дело, по которому трех бандитов приговорили к высшей мере. Он был противоречив, неудобен, но мог быть полезен.
       Беда в том, что на нас буквально свалился Березовский. Нас подключили к МВД в качестве оперативного сопровождения расследовать дело о покушении на Бориса Абрамовича. В офисе Березовского мы столкнулись с настоящим коммунизмом — все обеспечение бесплатно. Наверное, Березовский уже тогда понял, как можно использовать этого открытого и в чем-то наивного человека. Он познакомил Александра с людьми из ельцинского окружения, для которых общительный опер с Лубянки был экзотикой. И Литвиненко, на которого собственные генералы плевать хотели, почувствовал свою значимость. Березовский оказался для него ближе собственного руководства. Разумеется, Александр не был центральной фигурой и, мягко говоря, преувеличивает свою роль в масштабных расследованиях, но он в это поверил. А затем случилась скандальная пресс-конференция о том, что Березовского хотели устранить в ФСБ... И главное в том, что Литвиненко никто не попытался сделать полезным для службы, с ним торговались, ему угрожали, но никто не убеждал. И в этом Березовский оказался прозорливее наших генералов.
       А затем последовали уголовные дела, новые угрозы. Александра попросту выдавили в Лондон. Он не смог быть сильнее обстоятельств, к тому же получил лишнее подтверждение собственной значимости.

       
       "Новая Газета"

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera