Сюжеты

СПАСИБО ЗА СЛУЖБУ, НЕЗНАКОМЫИ СЕРЖАНТ

Этот материал вышел в № 81 от 31 Октября 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Бдительность как средство заработка 11 часов 20 минут. Воскресенье, 27 октября. Станция метро «Тургеневская». Жена с сыном замешкались у разменной кассы. Я привычно двинулся через пост контролера, вынув ветеранское удостоверение. Сразу...


Бдительность как средство заработка
       
       11 часов 20 минут. Воскресенье, 27 октября. Станция метро «Тургеневская». Жена с сыном замешкались у разменной кассы. Я привычно двинулся через пост контролера, вынув ветеранское удостоверение. Сразу признаюсь: я взял с собой затертый до дыр дубликат, подлинник храню дома. И больше к этому вопросу возвращаться не буду. Виноват.
       11 часов 25 минут. Я все еще размышляю об усыпляющих и боевых газах. Сержант с задорными веснушками изучает документ и мою чернявую внешность.
       — Дубликат? А где взяли? Почему фотография плохо видна? «Афганец»? Почему без паспорта? — Ну и как итог знаменитое наше «Пройдемте!», после которого должны наступить слабость в ногах и сухость в горле.
       11 часов 28 минут. На входе в пахнущую бомжами комнату милиции дорогу пересекают сын и жена. Она заохала, сержант ее пресек. Он меня порадовал: наши жены не должны охать перед сержантами.
       — Не волнуйтесь, через 10 минут выпустим. — Ага! На всю операцию он отводит 10 минут. Посмотрим. Я все еще думаю о газах и заложниках. Его глаза уже бегают: свидетели, да еще близкие родственники, в план не входили.
       11 часов 32 минуты. Один на один с сержантом. Начинается первая фаза операции. Он устало открывает потрепанный журнал:
       — Фактически вы предъявили подделку. Это статья… Вы понимаете, какой сегодня день?.. По закону я должен доставить вас… Особый период… Теракт, следователи прибудут только к вечеру… (Далее по тексту.)
       11 часов 45 минут. Да не тяни ты, черт рыжий! Пора бы уж к делу.
       Сержант вздыхает:
       — Ну что будем делать?
       Пальцы барабанят по столу. Ну наконец-то! 16 лет назад одна девушка в ресторане гостиницы «Центральная» тоже 13 минут изучала мое материальное положение и тоже спросила: «Ну что будем делать?». Только пальцами не стучала. Как все изменилось! Девушкам я уж не нужен, нужен я только сержантам.
       11 часов 46 минут. Мой ход.
       — Виноват, товарищ сержант. Пишите акт, протокол, постановление об аресте. Все понимаю, действуйте, как положено в особый период. Семья тоже поймет.
       А моим хорошо бы раздеться. В метро жарко.
       11 часов 48 минут. Сержант выходит из ступора. Снимает фуражку, надевает фуражку. Начинается вторая фаза.
       — Вы телевизор смотрите? Понимаете, что сейчас творится? Какая сейчас бдительность? …Имею право задержать вас на 72 часа… следователей никто не кормит третьи сутки, они злые как собаки… вы можете просидеть в отделе до завтрашнего утра… сегодня вам не как обычно, все намного серьезнее… Ну что будем делать? (Далее по тексту.)
       11 часов 52 минуты. На глаза начинает падать темная пелена, мышцы шеи и спины немеют. Знакомая симптоматика, теперь бы не сорваться. Спокойно! Первое — я русский, второе — я москвич, третье — я трезвый. У него против меня никаких шансов. Мой ход.
       — Товарищ сержант, сегодня воскресенье. Вы третьи сутки на службе, один на станции, где должны дежурить трое сотрудников. И тащить меня сейчас в пустой отдел и там со мной валандаться до вечера — это подвиг. Все бы так служили! Я все понимаю, сам бывший офицер. Если хотите, я помогу вам составить протокол, постановление и сам позову понятых. Следователей накормит жена.
       11 часов 55 минут. Сержант еще не отошел. В дверь барабанят как будто ломом. Это жена, она меня порадовала: наши жены не должны охать перед сержантами, но долбить в дверь через 25 минут обязаны. А вдруг я там еще не в наручниках, но уже без почек? При необходимости взволнованная москвичка весом до 56 кг может нанести по двери удар усилием до полутора тонн.
       11 часов 56 минут. Сержант поднимается и открывает дверь. Слышны вялые препирательства. Он уже все понял. Начинается третья фаза — сохранение лица.
       — Вы служили в Афганистане? В Кабуле бывали? Как назывались места, где располагались штаб и главный военный госпиталь? Как фамилия командира вашего полка? На будущее советую вам все же носить оригинал. Да заберите вы свой дубликат! Свободны…
       11 часов 58 минут. Выхожу из кутузки. Хочется курить, но не стану: много чести будет нашей милиции. Жена с сыном стоят у кассы. Разделись, куртки держат в руках. Молодцы. Вопрос жены «Сколько хотел?» игнорирую. Так распределены наши роли в семье. Целуем друг друга, встаем на эскалатор. Все планы меняются, хочу наверх.
       Полдень. Выходим в город. Нас встречает злая московская осень с дождем. Трое белобрысых подростков со «спартаковскими» шарфами, растопырив ноги, оперлись о гранит вестибюля. Их обыскивают трое толстых милиционеров. Сын подводит итог:
       — Сволочи, темечко бы им вырезать. — Это фраза из его любимой компьютерной игры. Ему 12 лет, и он все чаще меня радует последнее время.
       Я живо представляю, как по всей России тысячи пацанов в неправильных шарфах и мужиков, не там задравших ногу, платят сегодня налог на теракт. Потому что предложить в особый период обычную взятку за свободу от мытарств — глубоко оскорбить охраняющих нас постовых закона.
       В Москве плюс три, ветер с дождем. На душе моей легко. Я понял, что нашу жизнь непросто сдвинуть даже страшным массовым убийством. Могучая инерция жизни народа не позволит убийцам так легко нас запугать.
       Сержанты на посту и учат наших детей жизни без отрыва от производства. Космонавты на орбите и видят далеко и много, хотя мы сами их не видим. Близкие помогают нам в беде и случайной тревоге. Спасибо, товарищ сержант. Жизнь продолжается.
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera