Сюжеты

ПРЕДЛАГАЮ САЖАТЬ ФОТОРОБОТОВ. ПОСКОЛЬКУ ВИНОВАТЫХ НЕ ОТЫЩЕШЬ…

Этот материал вышел в № 82 от 04 Ноября 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Путин – великолепный министр иностранных дел, но сейчас у него есть шанс стать президентом – безо всяких выборов В эти дни в квартирах у известных людей страны без пауз надрывались телефоны. Не у всех подряд. У тех, чьи имена – не пустой...


Путин – великолепный министр иностранных дел, но сейчас у него есть шанс стать президентом – безо всяких выборов
       
       В эти дни в квартирах у известных людей страны без пауз надрывались телефоны. Не у всех подряд. У тех, чьи имена – не пустой для сердца звук, вне зависимости от доли любви в отдельно взятом сердце к отдельно взятой знаменитости. И впервые российские звезды, люди повышенной занятости, не отмахивались от журналистов, предлагая связаться с ними через день, через год, а отрывались от своих неумолимых дел, отвечая на одни и те же вопросы. Не молчал телефон и у Михаила Задорнова. Но в редакцию «Новой газеты» он позвонил сам...
       
       – Почему позвонил и почему позвонил именно в «Новую газету»? Потому что я сотрудничаю со вторым каналом телевидения, и один из редакторов этого канала назвал меня своим брендом. Это значит, мною раскручивают жвачку, бульонные кубики, мебельные гарнитуры. Я подумал, что в состоянии быть брендом и приличных вещей. Например, делясь своими мыслями по поводу серьезных событий.
       В последние дни мне звонили с разных каналов ТВ и из редакций различных газет. Но, во-первых, большинству СМИ я нужен как все тот же бренд с эффектом веселящего газа, под чьим влиянием граждане будут сметать с прилавков колониальный ширпотреб, а во-вторых, в них уже возник и действует институт добровольной цензуры.
       Редакторы стали бояться произносить фамилию Путин в неправильном контексте. Поэтому я и обратился к «Новой газете».
       
       Меня настораживают действия сегодняшней власти и тот обман, который идет от президента. Из-за добровольной цензуры везде – восхваление штурма, власть упивается победой и навязывает свою точку зрения людям, кодируя их.
       Когда я впервые ранним утром услышал, что освобождены заложники, я сначала подумал, что пропустил слово «иностранные». Переключил на другую программу. Там то же самое. И к горлу подступил комок из советского прошлого. Оттуда, где запускают спутники и машет рукой Гагарин.
       А потом заметил, что дикторы как-то заикаются, что военные говорят нелепые слова. Комок укатился. И появилось безумное раздражение.
       Да, операция по уничтожению террористов была проведена блестяще. По уничтожению террористов, но не по спасению заложников. Бандиты добились того, чего хотели. Они хотели умереть – они умерли, прихватив с собой на небо минимум 120 заложников. Они стали национальными героями, и молодое поколение Чечни захочет быть убитым так же. И может завтра прийти… Да мало ли мест, куда можно завтра прийти!
       А власть? Для начала попыталась скрыть, что был газ. Потом постоянно скрывала число погибших. До сих пор мы не знаем толком количество жертв и причины смерти. До сих пор показывают плачущих людей, которые ходят по больницам и не могут отыскать своих родных.
       Власть волнует свой престиж в мире, а не судьба заложников. То же мы видели во время гибели «Курска», во время пожара на Останкинской башне, после взрыва на Пушкинской площади. Нигде нет виновных. Что мы слышим? Возбуждено уголовное дело. С ударением на второй слог. Возбуждено, возбуждено, возбуждено.
       У меня ощущение, что есть целый ряд прокуроров, которые еще на пути к месту преступления возбуждают уголовное дело. И составляют фоторобот. И радостно докладывают начальству: «У нас есть фоторобот!».
       Я предлагаю начать сажать фотороботов. Потому что, кроме них, мы ничего не видим. Засуетились чиновники по-настоящему, только когда убили магаданского губернатора. Поняли, что тоже ходят под мушкой. От страха начали проговариваться. Г-н Устинов: «Как обнаглели бандиты – они стали убивать людей такого ранга!», г-н Тулеев: «Трижды избранного народом убили». При чем тут избрание? При чем тут ранг? А без рангов и избраний, что, можно убивать? Хотя губернатор, кстати, был симпатичным человеком. Сам выгуливал в сквере собаку.
       Не вопрос, почему террористы так долго не могли выбрать переговорщиков. У чеченцев есть свой кодекс чести, который нам непонятен. А им – понятен. Они не могли вести переговоры с МВД. Потому что я не удивлюсь, если окажется, что МВД провожало террористов в клуб с мигалками. Или что милиция у бандитов проверила паспорт, прописку, взяла свои сто долларов и отпустила прямо туда, в этот зал.
       Они не могли вести переговоры с политиками, поскольку прекрасно знают, кто такие наши политики.
       Они не могли вести переговоры с военными. Потому что наши военные самостоятельно принимают только одно решение – что продать врагу из оружия. Военные давно уже бизнесмены в Чечне. Когда я смотрю на них, думаю: «Ребята, вы там нормально кормитесь, вы уже в экран не вмещаетесь».
       Сегодня говорят, что в Чечне идет большой нефтяной бизнес. Неправда, нефтяной бизнес там небольшой. Но то, что для Березовского не бизнес, для наших военных – вполне.
       А знаете, почему в Чечне получилась такая смешная перепись населения? Бомбили, бомбили, а народу прибавилось? Потому что приписали мертвые души, чтобы больше выделять денег. Идет воровство из казны. Вот бизнес.
       
       Когда началась в 1994 году очередная чеченская война, я возглавлял фонд помощи русским людям в ближнем зарубежье и написал записку Черномырдину, в которой предлагал перевезти всех русских из Чечни, дать им статус беженцев, после чего оттеснить чеченцев за Терек и разделиться. И получил ответ: «Это нам невыгодно». Я не сразу понял, насколько он точен. Действительно, выгоднее бомбить Чечню, потом посылать деньги на восстановление, потом снова бомбить уже якобы восстановленное.
       Вот и вышло, что вести переговоры не с кем. Тот — врун, тот — предатель, тот — вор. Ни один из бонз не прошел по чеченскому кодексу чести.
       Когда я был на Амазонке, я поймал пиранью и понял, что это и есть наши чиновники: маленькие, зубастенькие, комплексующие, серенькие, бездарные твари. Несоответствие таланта и аппетита, восполняющееся рядами зубов.
       Нет, это – не победа. Надо честно сказать, что у нас – не антитеррористическая операция, а война. Надо сказать, что мы проворовались, что страна больна. Экономика и политика составляют обмен веществ любой страны. У нас он нарушен. Без его восстановления лечить организм страны бесполезно. Мы не можем с Чечней вылечить Россию.
       Пора успокоиться. Уже написан «Кавказский пленник», уже написан «Хаджи-Мурат». Больше ничего хорошего кавказская война нам не даст. Я уверен, что нам надо с Чечней расстаться. Сегодня для этого самый удобный момент. Мы вроде выкарабкались из сложной ситуации на глазах у всего мира. И мир готов признать чеченцев террористами.
       Надо вывалить все, что еще не разворовано с военных складов, в горы. В горы, а не в долины. Там нет мирного населения. Там – наемники. Неужели из космоса этого не видно? Их надо вышвырнуть. Куда? Не имеет никакого значения. Куда уйдут – туда уйдут. В горах — зараза, остановить ее нельзя, иначе начнет косить мирное население. Или уничтожить по-ермоловски леса.
       Ермолов, еще два века назад, очень быстро понял, что карательные экспедиции в глубь гор только разжигают темперамент противника, умеющего всегда вовремя улизнуть от так называемой нынче зачистки в так называемую зеленку. И начал планомерно вырубать в лесах широченные просеки. Ермоловская тактика поршнем выдавливала горцев из лесов на прозрачные равнины, где те просто вынуждены были жить по немилым их сердцу российским законам и заниматься тягостным для них земледелием. Наверное, война вскоре закончилась бы полной зачисткой неприятеля и вырубкой лесов. Но славный гринписовец Николай I отозвал генерала. Последующие губернаторы, щадя леса, вернулись к карательным мерам, и горцы снова начали одерживать одну победу за другой.
       Итак, сначала уничтожить боевиков, а после надо собирать референдум, отделить Чечню и отгородиться, как Даманский в свое время отгородился от Китая. Я высказываю свою точку зрения. Наверняка есть более мягкая и приемлемая позиция. Но в одном я уверен абсолютно: президент должен опереться не на губернаторов и политиков, а на известных людей, сохранивших совесть. Их легко отличить – они останутся теми, кто они есть, и с деньгами, и без денег.
       Талантливые люди должны иметь право высказываться без всяких вольных и невольных цензур. Потому что они не зависят от нефти, от казны и от сжиженного газа. Но перед этим президент должен два дня, три дня посидеть в тишине. Посидеть и решить, кем он хочет остаться в истории: политиком или государственным деятелем. Не может быть у государственного деятеля таких интересов, из-за которых гибнет молодежь. Государственный деятель – это тот, кто заботится о новом поколении. Им был де Голль. И французы ушли из Алжира.
       
       Путин – великолепный министр иностранных дел (Иванов – адъютант при министре). Он сам ездит, сам достойно представляет страну. Мы можем гордиться, как ведет себя за границей президент. Но в народе у него появилась кличка Колокольчик. Звенит красиво. А толку – никакого.
       Сегодня ему дается шанс – сделать светлый правильный поступок: попытаться закончить войну в Чечне. И, конечно, с уничтожением боевиков, без уничтожения боевиков, но – отделиться. После такого раздела Чечне придется выпускать свою валюту, паспорта, самим учиться выращивать хлеб, строить школы, открывать производства и, страшно сказать, протягивать нефтепровод. Те, кто мечтает отомстить Чечне, должны понимать, что отделение ее будет этой местью.
       Еще раз повторюсь: Чечня — источник инфекции, его надо отсечь, пока он не поразил весь организм страны.
       
       Михаил ЗАДОРНОВ, специально для «Новой газеты».


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera