Сюжеты

ДЖАЗ И Т.Д.

Этот материал вышел в № 84 от 14 Ноября 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Индивидуальная Трудовая Деятельность Андрея Макаревича Макаревич не очень любит журналистов. Почему – точно не знаю. Думаю, потому, что они стремятся все определить, назвать, проанализировать, обобщить. Журналисты предпочитают...


Индивидуальная Трудовая Деятельность Андрея Макаревича
       
       Макаревич не очень любит журналистов. Почему – точно не знаю. Думаю, потому, что они стремятся все определить, назвать, проанализировать, обобщить. Журналисты предпочитают определенность.
       А на свете мало вещей однозначных.
       Вот и новый сольный альбом Макаревича «И т. д.», записанный вместе с «Оркестром креольского танго», уже окрещен джазовым. Прежде всего из-за состава музыкантов – джазменов отличных московских бэндов «Папоротник», «Игорь Бойко Бэнд» и группы «Квартал». Из-за живых инструментов, звучащих в альбоме, – рояля, контрабаса, аккордеона, трубы. Из-за аранжировок. Наконец из-за того, что Андрей Макаревич, всегда любивший традиционный джаз и никогда его не певший, исполнил свои песни в ключе джазового мейнстрима.
       И все-таки «И т. д.» многозначен. Там намешаны неравные доли джаза и авторской песни, шансона и латины, вальса и свинга. В альбоме звучит скрипка – инструмент, не типичный для джазовой музыки. Есть «Песенка про счастье» — кадриль с аккордеоном. Нет никакого электричества, а в композиции «Нашим лодкам» использована палочка, которая делает дождь, – rain stick. Там есть «Музыкант» Булата Окуджавы и слово «трахаться» в одной из песен. Словом, альбом «И т. д.» – это попурри, смешение жанров, многоцветная мозаика. Очень качественно сделанная. Кусочки разные, но хорошо подобранные друг к другу.
       Так всегда бывает, когда Андрей Макаревич работает один, без «Машины времени». Последние восемь лет у музыканта групповой альбом чередуется с сольным.
       «Оркестр креольского танго» – это случайный коллектив, совпавший, как та мозаика, неожиданно хорошо. Каждый из них – сложившийся музыкант. У каждого свой характер, чутье и особенности восприятия материала. И они сыгрались. Так могут поладить только очень профессиональные исполнители.
       У Макаревича сбылись три мечты: спеть джаз, спеть без гитары и спеть Окуджаву. Был «Музыкант» «в стиле кабаре тридцатых годов – таком сочетании иронии и жалости».
       Была песня «Через стекло», написанная год назад.
       «Это моя конкретная реакция на эту программу. Общественное сознание деградирует с пугающей скоростью…»
       Было еще кое-что новое, как мне показалось. Хотя автор текстов обитает в прежней своей стилистике – начала и дороги, движения и поиска, кораблей и весел, – у Макаревича появились какие-то новые ощущения. Он меняет причалы, пристает к новым берегам. Ищет счастье и понимает, что оно – в коробке с фантиками, закопанной под старой вишней. Он пропадает между «здесь» и «нигде». Знает, что мир не щадит никого. И время все дальше относит его от славных семидесятых, и оттого тоскливо. И нет многих достойных. Те же, что кругом, плодят пошлость. А это плевок в вечность.
       Кабак назвали эстрадой, а блатняк окрестили шансоном,
       Фанера в зубах весьма повышает удой.
       Джанис Джоплин однажды сказала мне, что не хотела бы стать Мадонной, –
       Она знала все и предпочла умереть молодой…
       Есть у нового Макаревича эта ностальгия по делам давно минувшим.
       Но признать, что все главное позади, — это старость. А он не собирается на покой. Да и вообще, у него свои счеты со временем.
       И из названия альбома ясно, что это не конец. Потому что все-таки «жизни на свете чуть больше, чем смерти, и света на свете чуть больше, чем тьмы».
       Продолжение последует. Непременно.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera