Сюжеты

СУДОРОЖНЫЕ ПЛЯСКИ

Этот материал вышел в № 90 от 05 Декабря 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Группа «Ногу свело!» снова выпустила альбом без хитов Группа «Ногу свело!» и ее солист Макс Покровский существуют уже больше десяти лет. Команда, именуемая первым российским альтернативным коллективом, выпустила порядка восьми альбомов,...


Группа «Ногу свело!» снова выпустила альбом без хитов
       


       Группа «Ногу свело!» и ее солист Макс Покровский существуют уже больше десяти лет.
       Команда, именуемая первым российским альтернативным коллективом, выпустила порядка восьми альбомов, снялась в десяти клипах и произвела на свет достаточное количество ярких хитов.
       «Ногу свело!» появилась позже «Чайфа» с «ДДТ», но раньше сладкого и богатого рокапопса. Появилась как-то не в ритм и неожиданно. Да еще и со странным нерусским «Хару Мамбуру» во всю глотку. За это группа сразу получила персональную специфическую аудиторию, в массе своей богатую умом и интеллектом. Покровский со товарищи сразу почувствовали свое «я» и своего слушателя. И долгое время умело ходили по грани между гениальностью и шалопайством. Да не забывали баловать шедеврами, доступными не только узкому кругу поклонников. Треки с альбомов «Сибирская любовь» и «Счастлива потому, что беременна» с одинаковой резвостью крутились на массовых Fm-станциях и на модных вечеринках.
       Потом случился рокапопс, и ярким индивидуальностям начала девяностых стало тесно. Уже на альбоме «Бокс» нельзя было выделить песню-звезду. Закралось подозрение, что у Покровского кончились хиты. На новой пластинке «В темноте» они также не появились. Альбом получился уж очень ровный. Стало больше грустного и взрослого. Куда-то исчез хитрый шпанястый еврейский мальчик с блеском в глазах.
       Тогда группа решила компенсировать отсутствие присущей яркости песен яркостью выходок. Однако былую популярность группе они не вернули. Мы решили встретиться с Максом Покровским и спросить его, что он сам думает об этом.
       
       — Что изменилось для группы «Ногу свело» с появлением рокапопсовых конкурентов?
       — На мой взгляд, все достаточно сильно изменилось. Когда мы вышли на свет в 1993 году с «Хару Мамбуру», публика этого ждала. Потом благодаря таким, как мы (и может быть, нам принадлежит какая-то частица этого), образовалось что-то, что начало интересовать публику и приносить плоды. Но когда это выходит из лаборатории, когда производитель этого выходит из лаборатории, он уже становится массовым. Вы посмотрите, как сейчас ерничают другие, какими они голосками поют все. Все эти производные и производные от производных.
       Часть радиостанций быстро все поняла, и пошла ровная-ровная волна. Это в итоге стало убивать своего родителя. Я сейчас не набиваюсь в родители. Но считаю, то, что было тогда, в 93-м, 95-м, 97-м, дало жизнь всему этому конвейеру. И очень многих в итоге потопила эта лавина шлаков. Где сейчас красавцы «Два самолета», где красавицы «Колибри»? Они могли бы занимать более видное место. На это надо обращать внимание, потому что нельзя быть до конца альтруистом. Надо жить дальше. И надо быть конкурентоспособным.
       — В детстве вы как-то пошутили, подложив на пол какашку из пластилина, а потом на глазах у шокированной мамы взяли ее руками и выбросили в ведро. Это на вас очень похоже. Откуда любовь к такого рода юмору?
       — Мне, конечно, очень сложно отвечать за все человечество, но я думаю, так все шутили в той или иной степени. Так шутит даже промышленность, выпуская разных коровок, у которых какашки вылезают, когда на них нажмешь. Выпускают и пластмассовые какашки. Это большая серьезная индустрия, на которой люди делают деньги. А кто из детей не пошутил подобным образом?
       Я шутил и другими шутками. Обожаю запускать кошелек на ниточке. Мечтаю вернуться к этому занятию, но просто сейчас нет свободного времени.
       Когда мы ездили с пионерским лагерем в поезде, обязательно кидались печеньем или яйцами, проезжая полустанки.
       Поэтому говорить о какой-то тенденции, тем более присущей одному человеку, — это как-то...
       — Тем не менее только у вас такие тексты: «Я занимаю очередь, Заказываю карточку/ Я кал сдаю в коробочке И в баночке мочу»…
       — То общество, в котором мы с вами живем, является посмешищем для самого себя. Люди — очень смешные существа: они зарылись в своих комплексах, предрассудках, закутались в свою одежду, отгородились якобы стильными фразами, заученными правильными словосочетаниями, часто употребляемыми в рекламе, в сериалах, которые нам показывают изо дня в день и которые в 99 случаях из 100 отражают взаимоотношения преступников и милиционеров. Мы живем в таком обществе, где люди стараются быть якобы серьезными, стараются покупать якобы серьезные ботинки. Они являются посмешищем не только для меня — для любого человека, который в состоянии немножко отряхнуться и посмотреть на это все сквозь призму каких-то очень простых вещей. Например: сходить в лес, в зоопарк, посмотреть, как ведут себя животные, которые непосредственны; прочитать какую-нибудь очень хорошую простую книгу без мудрежа, стихи, я не побоюсь тривиальности, Пушкина: «Буря мглою небо кроет, вихри снежные крутя»; посмотреть замечательный кинофильм «Амели», где девушка делает простые, добрые вещи людям.
       Посмотреть на эти вещи, а потом выйти и посмотреть на людей, которые ходят в своих комплексах, с такими сумочками, которые называются «барсетки». У них телефон вставлен, они делают вид, что им звонят, громко говорят. Такие ботинки с остреньким мыском, или не с остреньким, а с загнутым вверх еще есть. И начинаешь понимать, что все очень смешно, но не все бесконечно.
       А артист должен уметь выходить из образа. Мы, «Ногу свело», умеем выходить из образа, а многие не умеют.
       — Ваш образ в последнее время — образ провокатора. То вы фаллос огромный на сцену вытащите (Максим со товарищи проделывали это во время исполнения скандально известной песни «Х…» — А.Л.), то на коне на сцену на «Нашествии» выедете. Эпатаж — вынужденное средство привлечения внимания?
       — Наши шоу на «Нашествии» берут начало из требования администрации «Нашего Радио» устроить какое-либо шоу. Мы сделали это ярко. С конем. Что касается пиписьки, мы вытащили ее на сцену потому, что у нас такая песня. Нам опять выставили условие — дабы исполнение такой песни было оправданно, пожалуйста, оправдайте. Ну мы оправдали.
       — Вам не кажется, что это пошло?
       — Вы считаете это пошло? Гораздо более пошлой я считаю рекламу женских гигиенических средств, которая якобы отвечает всем нормам приличия. Это является несоизмеримо более пошло, цинично, гадко. А вы говорите — фаллос…
       — На новом альбоме вы фигурируете рядом с лейблом фирма ЮКОС. Вы даже свой сингл «Бензин» презентовали на заправке спонсора. А если компания ЮКОС попросит гимн себе придумать?
       — Я не очень люблю слово «если» и такое фривольное моделирование ситуации. «Если» можно много представить. Вот мы написали песню «Бензин». Но почему мы сотрудничали с ЮКОС, а ЮКОС с нами — потому что мы очень хотели сделать «Бензин» синглом. А синглом не хотели «Бензин» радиостанции. Они уже осатанели. Им не нужно ни одного выбивающегося трека. Им нужно только гладкое, ровное звучание, как сопля из носа. Поэтому мы захотели выделить песню не как радиосингл, так — как аудиосингл. ЮКОС откликнулся. Плюс мы поимели рекламу этого мероприятия. Потому что реклама на том же радио стоит бешеных денег. Сами бы мы не потянули никогда.
       — Очень много слухов ходит про то, какой задира Макс Покровский. То с «Ляписом Трубецким» подерется, то с солистом «Божьей коровки», то директора своего отмутузит...
       — Был дружеский боксерский поединок с группой «Браво» (в перчатках) на презентации нашего альбома «Бокс». «Божья коровка» — один из тех случаев, о котором я не хочу вспоминать, потому что это не яркий случай. Он интересен как факт. Но я не люблю это рекламировать. Что касается директора, то это писали недобросовестные люди...
       — А вы бы набили морду недобросовестному человеку?
       — Я не мараю свои руки. Что касается «Ляписа Трубецкого», то не было ни одного удара. Они это раздули не знаю почему.
       Просто они зашли к нам в купе не совсем адекватные. А мы попросили их выйти. Терпели ровно столько, сколько могли терпеть. К их чести, могу сказать, они звонили и извинялись. Можно вообще на этой истории поставить точку. У нас нет никакого конфликта с «Ляписом». Мамуш (обращаясь к жене. — А.Л.), скажи, мы не п…дили «Трубецкого» в купе?
       Жена: Нет, товарищи сильно нарывались, но все мирно разошлись.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera