Сюжеты

ХОЛОДНЫЙ УМ И РАНЕНОЕ СЕРДЦЕ

Этот материал вышел в № 93 от 19 Декабря 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Российская элита никак не может смириться с тем, что Запад нам войной не угрожает Уходящий год был для российского политического класса годом коперниковского переворота в его внешнеполитическом и оборонном сознании. Медленно, с большим...


Российская элита никак не может смириться с тем, что Запад нам войной не угрожает
       
       Уходящий год был для российского политического класса годом коперниковского переворота в его внешнеполитическом и оборонном сознании. Медленно, с большим сопротивлением и внутренним неприятием усваивается им еретическая мысль о том, что в современном мире не существует военной угрозы России с Запада. Как-то мне пришлось беседовать на тему спектра угроз национальной безопасности с одним высокопоставленным чиновником МИДа, а через несколько дней с генералом Генерального штаба. Меня поразило, что эти незнакомые друг с другом люди произнесли в разговоре со мной одну и ту же фразу: «Понимаешь, Андрей, умом я с тобой согласен, а душой нет». Похоже, что эта формула достаточно точно отражает очень распространенные настроения внутри российской элиты.
       Умные профессионалы прекрасно понимают отсутствие военной угрозы с Запада, но душой почему-то отказываются принимать эту, казалось бы, благую весть. Объяснение этого парадокса лежит, на мой взгляд, в психологической плоскости. И дело здесь вовсе не в параноидальной подозрительности. Десятилетиями советские дипломаты и военные (а других дипломатов и военных в России нет) воспитывались и ощущали себя и свою профессиональную службу, которой они заслуженно гордились, в контексте глобального противостояния с Западом и прежде всего с США. Если Р. Декарт говорил «Cogito ergo sum», то их осознанным или неосознанным девизом было «Противостою США — следовательно, существую», или еще точнее: «На равных противостою США — следовательно, существую». Потеря угрозы с Запада воспринимается многими представителями российской элиты и как потеря личного статуса.
       Поиск Россией своего места в новой геополитической структуре представляет для ее политического класса и личную психологическую статусную проблему.
       Президент В. Путин, похоже, решает ее, ощущая себя одним из лидеров глобальной коалиции по борьбе с международным терроризмом. В последнее время для наших политиков и пропагандистов становится модным повторять тезис о том, что Россия находит все большее взаимопонимание с США в борьбе с международным терроризмом. При этом прямо или косвенно критикуется Европа, которая, на взгляд Москвы, не понимает требований борьбы с терроризмом и даже скатывается на путь пособничества терроризму.
       Мне этот тезис представляется фальшивым и иллюзорным. Его дальнейшее педалирование неизбежно приведет к новым взаимным разочарованиям. Дело в том, что когда Москва говорит о борьбе с международным терроризмом, то она прежде всего и почти исключительно имеет в виду свою военную операцию в Чечне, а под большим взаимопониманием с США подразумевает одобрение или, по крайней мере, более мягкую критику Вашингтоном российского поведения в Чечне.
       Да, действительно, Вашингтон заметил исключительную чувствительность Москвы и лично президента В. Путина в чеченском вопросе и научился прагматически ее использовать. Время от времени президент Дж. Буш появляется на лужайке перед Белым домом и произносит что-то одобрительное по адресу Москвы, например: «Владимир был прав во время кризиса с заложниками в Москве. Некоторые тут нам подбрасывают, что он был не прав. Но я заглянул ему в душу и знаю, что он действовал смело и решительно. Владимир — мой надежный товарищ в борьбе с международным терроризмом».
       Это вызывает прилив союзнических чувств в Москве и, следовательно, большую готовность Москвы конструктивно сотрудничать с США в Совете Безопасности ООН по иракскому вопросу.
       Но этот прагматический бартер не может быть долгосрочной фундаментальной базой для российско-американских отношений. Наша политика в Чечне (продолжающиеся зачистки, отказ от переговоров с теми, с кем мы воюем, и самообман с референдумом) настолько негибка и неконструктивна с точки зрения наших собственных интересов, что рано или поздно, а скорее рано, Вашингтон вынужден будет выдавить из себя что-то критическое по адресу Москвы. Это вызовет глубокое разочарование и раздражение в Москве, и вся пропагандистская машина, занимающаяся избиением маленькой Дании, будет снова обрушена на США. Российской политической элите еще не скоро удастся примирить плоды своих ума холодных наблюдений и сердца горестных замет.
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera