Сюжеты

ВЯЧЕСЛАВ ПОЛУНИН — РУССКИЙ КЛОУН ПАРИЖСКИХ ПРЕДМЕСТИЙ

Этот материал вышел в № 04 от 20 Января 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

«сНежное шоу» в Москве: взятие тысячника С 21 января по 3 февраля в Театре Маяковского пройдут гастроли спектакля Вячеслава Полунина «Сноушоу»/«Snowshow». Шоу привозили в Москву дважды — на фестиваль «Триумф» в 2000 году и на театральную...


«сНежное шоу» в Москве: взятие тысячника
       

   
       С 21 января по 3 февраля в Театре Маяковского пройдут гастроли спектакля Вячеслава Полунина «Сноушоу»/«Snowshow». Шоу привозили в Москву дважды — на фестиваль «Триумф» в 2000 году и на театральную Олимпиаду летом 2001-го. Показы проходили в обстановке обмороков и ажиотажа. Лучший на сегодняшний день спектакль Полунина отметит в Москве свое десятилетие и тысячный спектакль. Накануне двухнедельных гастролей «Новая газета» беседовала с Вячеславом Полуниным, некоторое время назад поменявшим Лондон на парижский пригород Креси ля Шапель. Французы влюбились в Полунина, назвали его «русский Колюш» (Колюшем зовут самого знаменитого французского клоуна современности) и купили ему дом, в котором Полунин строит теперь свой театральный центр. Цирковая кибитка, десятилетиями колесившая по миру, остановилась около бывшей деревенской мельницы.
       
       — Вы привозили «Сноушоу» дважды — на фестиваль «Триумф» и на театральную Олимпиаду. Каждый раз — аншлаги и толпа обиженных у входа. Что мешало провести большие гастроли сразу после Олимпиады осенью, как об этом говорилось? И почему сегодня вы выбрали не самый удобный в Москве зал Театра Маяковского?
       — График моей работы плотно расписан, и найти какие-то щели очень сложно. В России все еще отсутствует отлаженная система театрального менеджмента. Что касается Театра Маяковского – непросто найти в Москве театр, который предоставит свою площадку на целые две недели.
       — К гастролям вы приурочили десятилетний юбилей спектакля. Он сильно изменился за эти годы?
       — Я не очень внимательно к этому отношусь. Изменение – естественная вещь. Игровой антракт окончательно превратился в отдельную идею. Со временем может получиться, что именно из антракта будет вырастать весь спектакль. Да, видимо, так и будет.
       У меня много новых актеров. Я не помню, кто выступал в Москве в прошлые два раза. Неизменной остается только композиция, вокруг которой каждый раз наворачивается что-то новое, и три персонажа, которые сами мне диктуют, как я должен поступать.
       — Есть ли у вас еще какие-то спектакли, кроме «Сноушоу»?
       — Да, из последних — «Дьяболо». Есть мои старые спектакли, которые я очень люблю: «Фантазеры», «Чердаки», «Катастрофа», «Сны», «Жизнь насекомых», «Асисяй-ревю». Но они сейчас не идут или идут от случая к случаю, что нехорошо для спектакля. Делаю новый, называется «Шишок».
       Театральный зал уже готов, мастерские будут готовы вот-вот. Чем быстрее мельница превратится в театральный центр, тем быстрее появятся новые спектакли и будут восстановлены старые, потому что люди и декорации будут находиться в одном месте.
       — Почему вы не везете в Москву спектакль «Дьяболо»?
       — Москва — мое любимое место, поэтому я вожу сюда только обкатанные спектакли. «Дьяболо» всего четыре года, он еще малыш. В Голландии и Польше я его сыграл с большим удовольствием для себя и для публики. Но до показа в Москве он должен побывать еще не в одной экстремальной ситуации, то есть на разной аудитории и в разных залах.
       — Долгое время шли разговоры о передаче московского кинотеатра «Зарядье» под вашу школу. В каком состоянии эти планы сейчас?
       — Эта история застряла. Было уже много таких «застрявших» историй. Но сама идея с московским центром в какой-то степени сдвинулась. Прошлым летом появилась организация — Театральный центр Полунина в Москве, который и инициировал нынешние гастроли. Есть какое-то скромное финансирование, надеюсь, что со временем возникнет и свое здание. Пока его нет, я пытаюсь реализовать такой проект — чтобы в Москве постоянно находился «Корабль дураков».
       — По слухам, те идеи, под которые выбивалось «Зарядье», вы с гораздо большим размахом воплотили в Париже, где открылся ваш театральный центр. Что там вообще происходит?
       — Здесь чудесно. Это все как будто не со мной. Для каждой вещи и каждого дела есть отдельное место. Все коммуникации в наличии, до города — двадцать минут, вокруг — лес, тишина, речка рядом.
       — Занимаетесь ли вы административной работой? Сколько времени уходит на репетиции — больше или меньше, чем 20 лет назад?
       — Репетиции сильно изменились. Раньше было больше динамики, йоги, балета, прыжков, упражнений с телом. Сегодня мозги тренируются. Чтение, общение на первом месте. Сейчас для меня важнее и труднее не воплотить, а осознать, что и зачем я делаю. Очень трудно найти форму, новую и одновременно предельно понятную. Но это интереснее всего.
       — Видели ли вы спектакли нынешней группы «Лицедеи»? Вас как-то трогает, что люди собирают кассу, пользуясь ассоциацией нового бренда с вашим именем и труппой прежних лет?
       — Да? Грустно. Получается, что мои ученики не смогли встать на собственные ноги и используют подпорки. Но им все равно придется сделать что-то свое, чтобы зрители полюбили именно их — за них самих.
       — О ваших спектаклях часто говорят: «белая магия». Путешествуя по миру, насколько далеко вы готовы зайти в знакомстве с сакральными техниками?
       — Эта тема для меня очень трудна. Я человек увлекающийся, люблю тайны, всегда готов залезть в какие-то вещи и посвятить им десяток лет. Поэтому я очень осторожно обхожу сейчас все темы, связанные с магией. Если я увлекусь этим по-настоящему, на спектакли меня уже не останется.
       Я совсем недавно разговаривал с настоятелем буддийского монастыря. Он сказал, что я должен принадлежать Будде и смогу добиться многого, если пойду дорогой религии. Это был очень важный и сложный для меня разговор. Мы проговорили несколько суток. Но я не могу бросить театр! Театр и религия разными тропинками приближаются к одному и тому же космосу в человеке. Я уж пойду своей дорогой, которую выбрал очень давно.
       — Будете ли вы принимать участие в праздновании 300-летия Петербурга? Ваших земляков Михаила Шемякина и Антона Адасинского уже привлекли — они организуют праздничное пространство Петропавловской крепости.
       — Однажды, в 89-м году, я уже делал «Караван мира», и это была очень важная ступень в моей жизни. Три года, в течение которых я занимался «Караваном», разлучили меня с театром. Я очень люблю такие истории! Но это требует огромных вложений, отдачи энергии, активного участия множества людей и потери себя для театра на несколько месяцев. Поэтому я буду вовлекаться только в те истории, где будет команда, на которую я смогу опереться.
       Так было на театральной Олимпиаде, когда Лужков и Шадрин, руководитель Конфедерации театральных союзов, помогли провести грандиозную программу уличных театров. Тогда у меня было ощущение, что это вещь, которую очень многие люди хотят сделать вместе. И с удовольствием взялся.
       В Питере пока нет таких сил, которые могли бы поднять мощный проект. Творческих сил в этом городе хоть отбавляй, но с организационным моментом, с продюсерами просто беда. У меня нет там таких людей, которые помогли бы тащить эту повозку. И позапрошлогодний «свадебный» проект поэтому накрылся. А делать маленький, скромненький, бедненький проект бессмысленно. Это — неуважение к родному городу.
       — Почему при таком большом кредите доверия и любви к вам в России ваши проекты здесь двигаются с таким трудом?
       — Ну как, нормально… По-моему, в России по-прежнему многое держится на отдельных личностях: режиссерах, писателях, актерах. И по-прежнему отсутствует система государственной культурной политики.
       — Меняется ли в Европе отношение к уличному театру в связи с возросшей угрозой терактов?
       — Не знаю. Думаю, уличный театр не связан с терактами. От уличных действ идет очень мощная положительная энергия, ее количество и вектор движения трудно предугадать, и ей не нужно сопротивляться.
       — Вы не раз говорили, что существующие карнавалы с большой исторической и культурной традицией – бразильский, венецианский — исчерпали себя. Каким должен быть карнавал нового типа? Сколько вообще стоит сегодня его организация?
       — Вполне естественно, что венецианский и бразильский карнавалы являются музеями. Музей — вещь хорошая. Он напоминает о том, какой была культура страны когда-то, что ее питало. Публика тянется к карнавалу и даже в существующих музейно-карнавальных мероприятиях, о которых вы упомянули, участвует с удовольствием.
       С карнавалом произошло то же самое, что и с цирком. Цирк в какой-то момент потерял свой дух, красоту и загадку, и новая молодая сила не могла никак соединиться со старой цирковой традицией.
       Как молодые амбициозные люди не хотели идти в цирк, потому что не верили, что там можно реализовать крупные современные театральные идеи, так они не приходят сегодня делать карнавал в той же Венеции, которым сегодня заправляют серьезные и скучные бюрократические организации.
       Реанимация цирка начинается сейчас во Франции и Канаде. Мысль о том, что карнавал — действительно потрясающее место настоящего освобождения для современного компьютерного человека, постепенно приходит в неглупые головы, и лет через 10—20 о необходимости карнавала с какой-то новой, современной идеологией будут говорить все.
       Но я опять немножко спешу и пытаюсь опередить время. Мне хочется делать этот карнавал уже сейчас.
       Уличный театр — это только вступление в карнавал. Он должен привезти за собой большую повозку карнавала. Мы только начали готовить почву и пространство для него. То маленькое безумие, что мы устраивали в питерском кинотеатре «Родина» и в московском саду «Эрмитаж», — это почти карнавал, но еще не он. Карнавал уже впитал в себя современное искусство с его инсталляциями и перформансами, вобрал в себя весь экспериментальный и уличный театр, переосмыслил Станиславского, Мейерхольда и Таирова. Если бы мы имели возможность проводить то, что было в «Эрмитаже», раз в два года — чаще все равно не получится, — мы получили бы Московский карнавал — карнавал третьего тысячелетия.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera