Сюжеты

КУЛУАРНЫЕ ВОЙНЫ С ЛЕТАЛЬНЫМ ИСХОДОМ. ДЛЯ ЭКОНОМИКИ

Этот материал вышел в № 06 от 27 Января 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Наш корреспондент оказался на «съезде» лоббистов Лоббирование – специфический вид деятельности. Заключается в продвижении на высшем государственном уровне законов, регулирующих нашу жизнь. Заинтересованные люди из числа сильных мира сего...


Наш корреспондент оказался на «съезде» лоббистов
       
       Лоббирование – специфический вид деятельности. Заключается в продвижении на высшем государственном уровне законов, регулирующих нашу жизнь. Заинтересованные люди из числа сильных мира сего тянут одеяло на себя, и что-то там у них в итоге получается. Может быть, хорошее. Может, не очень. Главное: в итоге получается ЗАКОН. И страна живет так – и не иначе.
       Так было и будет всегда. Есть капитал, который хочет экспансии. Есть власть, которую мы выбираем и которая позволяет развиваться капиталу так, чтобы мы – избиратели – получили какие-то блага. Причем надо понимать: эти блага возникают как побочный эффект бизнес-активности капиталистов. Умная власть – люди живут, как в Швеции. Неумная, бесталанная и вороватая – живут, как в Нигерии и Индонезии.
       У нас тоже есть лоббисты. И, как во всем мире, они определяют нашу жизнь, хотим мы этого или нет. Значит, надо знать, что они собой представляют. Лоббист проталкивает нужный закон, постановление или указ, потому что кому-то это выгодно. За это ему платят.
       Бывает, что лоббист проталкивает действительно полезный закон. Но делает это в любом случае не из альтруизма и гуманизма, а опять-таки за деньги. Поэтому, как правило, лоббисту плевать на выгоды общества и страны – лишь бы успешно отработать заказ. Лоббист скрывает (по меньшей мере не афиширует) истинные цели своей активности. К примеру, «атомные» чиновники, желающие ввезти в страну отработанное ядерное топливо. Ни за что ведь не скажут, что деньги, которые поступят по этой сделке от Запада, уже давно поделены: решено, в каких банках будут крутиться, кто сколько отщипнет, кому из хороших людей сколько достанется в качестве подрядов и заказов. Нет – говорят о Родине. Говорят о возможной пользе, расписывают, как это будет выгодно России…
       На прошлой неделе наш корреспондент присутствовал на «съезде» лоббистов в Государственной Думе. Они собрались на парламентских слушаниях на тему соглашений о разделе продукции (СРП).
       СРП – напомним, форма договора между государством и инвестором по поводу льготного налогообложения добычи сырья.
       
       Чиновник Минэнерго
       Валентин Шелепов, замминистра энергетики. Неэнергично читает доклад по бумажке. До сих пор не принят закон о нефти и газе. Не принят также кодекс о недрах. А ведь «значительный рост ВВП обусловлен ростом ТЭК» — напоминает замминистра. Нужны инвестиции, нужны новые скважины и т.д.
       Говорит, хорошо бы, чтобы государство контролировало исполнение 70-процентной квоты российской продукции в СРП. Хорошо бы задействовать ВПК. Штокмановское месторождение даст импульс развитию ВПК и тяжелого машиностроения, которые изнывают без денег.
       С другой стороны, напомнил господин Шелепов, проекты вроде Штокмановского требуют больших инвестиций. А это «в условиях нестабильного законодательства» невозможно. Наконец чиновник доводит идею до конца: СРП помогут нам выкарабкаться.
       
       Чиновник Минэконом-развития
       Глава департамента СРП Министерства экономразвития и торговли Ольга Рыбак говорила дольше. Все прислушались: эта женщина определяет или, по крайней мере, озвучивает решения, касающиеся СРП.
       «Я не буду долго и подробно рассказывать о значимости проектов, которые перед нами стоят», — немного волнуясь, начала госпожа Рыбак. Напомнила, что готовятся новые соглашения. Как будто извиняясь за возможные в будущем ошибки, сообщила, что условия СРП по каждому объекту разрабатываются комиссией правительства, а график «очень жесткий» — всего-то один год.
       Документы комиссии по Каспию вот-вот будут готовы: «Там у нас переговоры будут проводиться с «ЛУКОЙЛом». (При слове «ЛУКОЙЛ» журналисты и присутствующие стали переглядываться, кивать и подмигивать.)
       Ольга Рыбак отдельно отметила, что доход государства от разработки этих объектов на условиях СРП, «по расчетным данным, может составить» много миллиардов долларов. И, не дав слушателям опомниться от заманчивых цифр, сказала, что «соглашения не требуют утверждения федеральным законом», поэтому надо сделать так, чтобы правительственные чиновники могли подписывать СРП сами, без бодания с депутатами.
       
       Промышленник
       Каха Бендукидзе выделяется из толпы, даже когда молчит. Когда говорит, выделяется еще больше: «Хотелось бы для начала поставить риторический вопрос: а для чего, собственно говоря, нам нужны эти соглашения о разделе продукции?».
       В зале тишина. Представители заводов смотрят на Бендукидзе, он – на Рыбак, Рыбак – на поверхность стола. Бендукидзе продолжает: «Государство получает в три раза меньше налоговых поступлений. Спрашивается: для чего было это сделано?».
       И дальше: «Сама конструкция закона такова, что мы обречены на то, чтобы капитал, который якобы будет инвестироваться в Российскую Федерацию, максимально не заходил на территорию РФ».
       В зале тихо так, что слышна работа лентопротяжного механизма диктофона.
       «Я посмотрел эту бумажку, которую распространило «Сахалин Энерджи Инвесторз Компани»…». Все в зале, кроме правительственных чиновников и нескольких депутатов, заулыбались… «Посмотрите, какие замечательные заказы получила российская промышленность якобы». Промышленники закивали головами. Бендукидзе продолжил: «Амурский судостроительный завод – «изготовление стального основания платформы, 35 млн долларов». Насколько мне известно, там 33, по-моему, миллиона – им было предписано купить комплектующие и металл у указанных фирм по указанной цене».
       В общем, Бендукидзе недоволен, что иностранцы мухлюют.
       Замминистра энергетики Шелепов, только что зачитавший текст о полезности СРП, сидит с непроницаемым лицом. Госпожа Рыбак переместила взгляд со стола на минералку.
       Бендукидзе прошелся по качеству СРП на Сахалине: «Там, в общем-то, уголовные дела заводить можно… Ну дело такое, хозяйское – если федеральная власть считает, что это нормально, ну, значит, все хорошо…». И призвал к «существенной ревизии» заключенных СРП: «Нет, не для того, чтобы их пересмотреть, а для того, чтобы их соблюдать».
       Свое выступление Каха Автандилович закончил так: «Если оказывается, что все это не проходит в силу разных причин» и «по уже действующим соглашениям нас тоже посылают, тогда встает вопрос: а зачем нам нужны такие СРП? В этом случае, мне кажется, мы должны ликвидировать сам режим СРП».
       
       Депутат
       Виктор Орлов, первый зампред Комитета Госдумы по природным ресурсам, начал издалека: «Проблема живет. Пока проблема трудно решается, отсюда эти… эта постановка вопроса, в том числе и сегодня…». Каха Бендукидзе посмотрел на Виктора Петровича, как показалось корреспонденту, с неприязнью.
       Виктор Петрович неожиданно погрузился в технологические тонкости: «Прежде чем переоборудовать доки, надо демонтировать все оборудование и смонтировать новое. Это уже двойные затраты. Как минимум двойные. Не одинарные затраты».
       Похоже, никто не ожидал, что депутат будет акцентировать внимание на тяготах жизни инвесторов. Тем временем он продолжал: «Я ставлю себя на его место и задаю вопрос: а чего это ради я двойную цену положу на то, что стоит, скажем, ну условно доллар, – я положу два? Кто-то должен мне компенсировать?».
       Кажется, не все поняли, что удваивает затраты инвестора. Зато стало ясно, что депутат Орлов хорошо знает интересы инвесторов и умеет считать доллары.
       «Вот мы обсуждаем так, как будто двадцать с лишним проектов уже работают, как будто государство теряет уже сотни миллиардов. Да ничего подобного!». Действительно, что за шум, ведь государство еще не теряет сотни миллиардов?
       «...Нам все равно потребуется опыт практики, уверяю. Вот мы увидели два слабодействующих соглашения и обсуждаем их уже в течение пяти лет!» — торжествующе объяснил господин Орлов.
       Предложение раздать российские недра в обмен на «опыт практики», видимо, не вдохновило председателя думского Комитета по промышленности, строительству и наукоемким технологиям Мартина Шаккума: «Спасибо, Виктор Петрович, но у нас не так много участков таких, как Штокмановское и Приразломное, поэтому хотелось бы меньше сомнительных экспериментов»…
       

    
       P.S. Кажется, все понятно. У каждого свой интерес, свои цели. Говорят при этом об интересах Родины. Это и есть лоббизм. Поговорим о нем в следующих номерах.
       

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera