Сюжеты

БИТЬ ИЛИ НЕ БИТЬ — ВОТ В ЧЕМ ВОПРОС

Этот материал вышел в № 11 от 13 Февраля 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Почти шекспировские страсти бушуют в НАТО Заседание Совета НАТО 10 февраля началось в 10.30. Уже все знали, что часом раньше постоянный представитель Бельгии Доминик Стрей де Свиланд вручил официальное письмо генеральному секретарю НАТО...


Почти шекспировские страсти бушуют в НАТО
       
       Заседание Совета НАТО 10 февраля началось в 10.30.
       Уже все знали, что часом раньше постоянный представитель Бельгии Доминик Стрей де Свиланд вручил официальное письмо генеральному секретарю НАТО лорду Джорджу Робертсону Порт-Элленскому. Оно подтверждало то, что накануне сказал в прямом телеэфире глава МИД Бельгии Луи Мишель. Одновременно Робертсон получил факс аналогичного содержания из Парижа.
       Шекспировские страсти в НАТО накалялись. Робертсон, этот потомок Макбета, уже отказавшийся от продления срока на натовском посту после декабря, в прошлый четверг поставил на кон, явно блефуя. Он объявил «процедуру умолчания», по которой решение считается принятым, если к назначенному часу ни одна из стран НАТО не возразила. Рассчитывал выиграть, как это не раз удавалось.
       Обычно до прерывания процедуры умолчания не доходило. Одно дело — спорить в защищенных от подслушивания залах, кабинетах и коридорах, другое — открыто сказать «нет» решению большинства. Есть какой-то барьер. Но уже в выходные дни в Мюнхене стало ясно, что психологический ход не удался.
       Садясь за стол, послы уже знали, что это не традиционное заседание. Бюрократическая структура не любит импровизаций. Обычно Совет НАТО заседает недолго, ровно столько, чтобы, соблюдая приличие, выслушать короткие заявления известного содержания. Споры и разногласия, которые не чужды и этой организации, остаются в коридорах и грязных тарелках в посольском зале натовского ресторана. На совет выносится общий знаменатель. На сей раз его было недостаточно.
       А речь-то шла даже не о развертывании войск, а всего лишь о начале планирования мер, предложенных США для укрепления безопасности Турции, которая в случае войны против Ирака может оказаться крайней и пасть жертвой контратаки Багдада. Требуются самолеты-радары натовской системы раннего оповещения «АВАКС», ракетные установки ПВО «Пэтриот», подразделения химической и бактериологической защиты. С военной и финансовой точек зрения — весьма скромно. Разногласие Франции, Германии и Бельгии с натовским большинством не в том, защитить турок в случае необходимости или нет (все готовы прийти на помощь), а в том, можно ли сейчас объявлять о начале военного планирования. По мнению Парижа, Берлина и Брюсселя, это означало бы сигнал к отказу от попыток решить кризис дипломатическим путем, от шанса предотвратить войну.
       «В соответствии с инструкциями моего правительства я имею честь заявить, что Франция прерывает процедуру умолчания...», — произнес в гробовой тишине зала № 1 посол Бенуа д'Абовиль. Против обыкновения французский дипломат, известный красноречием и свободным слогом, уткнулся в бумажку, подчеркивая, что это действительно инструкция Парижа. Рокот прошел по залу, когда он произнес ключевые слова: «Не подавать плохой сигнал в важный момент».
       Запаздывала нота из Берлина, и кто-то даже предположил, что немцы в последний момент соскочили с подножки поезда. Но уже в ходе заседания Робертсону принесли депешу из федерального министерства иностранных дел, и неизменность германской позиции подтвердил в своей сухой речи представитель ФРГ, бывший заместитель генсека НАТО Гебхардт фон Мольтке.
       После выступлений «тройки» степенная атмосфера зала заседаний взорвалась. На «банду трех», едва удерживая полемический порыв в дипломатических рамках, пошли в атаку послы США, Канады, Великобритании, Нидерландов... По словам очевидцев, кто-то из них, эмоционально ткнув пальцем в представителей «тройки», прокричал: «Они играют с будущей судьбой НАТО!».
       Всегда оптимистичный по поводу роли и судьбы НАТО, генсек Робертсон, на этот раз озабоченный и помятый, не вспоминая забавных шотландских анекдотов, вышел к журналистам, спрессованным в тесной «стекляшке» главного вестибюля НАТО, чтобы признать неудачу. «Сегодня я не хочу приуменьшать серьезности проблемы. Мы пока не в той стадии, когда можно говорить о консенсусе», — сказал он.
       Николас Бернс, моложавый, миниатюрный, быстрый и подтянутый бывший пресс-секретарь Мадлен Олбрайт, а ныне постпред США в НАТО, сменивший Сэнди Вершбоу, переехавшего послом в Москву, был серьезен, когда вышел к прессе. Опять же вопреки обыкновению он не стал прикрываться псевдонимом «высокопоставленного натовского дипломата» и говорил с металлом в голосе: «Позиция «тройки» поставила НАТО перед кризисом доверия». Все знали, на что он намекал: две трети расходов на содержание НАТО финансируются Америкой, американских танков втрое больше, чем германских, при незначительных количествах прочих, по боевым самолетам США почти в 10 раз превосходят любую другую натовскую страну.
       В пресс-зоне представители сторон лоббировали на условии анонимности. «Нельзя создавать политическое впечатление, будто «игра закончена», как решил президент Буш, — убеждает французский дипломат. — Мы говорим, что это не игра и что она не закончена».
       К вечернему заседанию 10 февраля появляется официальное обращение Турции к статье 4 Вашингтонского договора об экстренных консультациях с союзниками страны, которая ощущает угрозу своей безопасности. Хотя консультации ведутся уже месяц, формальное письмо Анкары придает дискуссии новый поворот. Вроде бы ни одна из стран НАТО не может игнорировать обязательств вступиться за союзника. Мушкетерский клич «один за всех, и все за одного» — это основа альянса. Вроде бы натовцы должны ответить не на просьбу Америки поддержать ее войну в Ираке, а на просьбу Турции защитить ее от возможной агрессии Ирака.
       На арену выпущен «тяжеловес» — высший военный чин НАТО, председатель Военного комитета, а по иронии судьбы также и германский генерал Куят, еще недавно возглавлявший бундесвер. С точки зрения специалиста он объясняет политикам меру, степень и глубину иракской угрозы туркам, технологические детали и сроки развертывания в Турции необходимых средств. Может случиться, что при запоздалом планировании НАТО будет готова защитить Турцию, когда война уже кончится.
       Все равно заседание безрезультатно. Робертсон назначает следующее на утро 11 февраля. Но тем, кто приехал в штаб-квартиру НАТО с утра, не повезло. Сначала заседание перенесли на час, потом вовсе отменили, назначив вечернее. После него сам генсек предпочел не выходить, выпустив к изголодавшимся репортерам худого и бледного пресс-секретаря канадца Ива Бродера с поручением объявить, что все еще консенсуса нет, консультации продолжатся ночью и следующее заседание Совета — утром 12 февраля. Поля маневра для ответов на вопросы у него нет. Держится у микрофона еще минут пятнадцать, убеждая, что надо писать не о противостоянии «трех против шестнадцати», а о конструктивной совместной работе «девятнадцати».
       С детства помню вбитые в юные мозги постулаты об агрессивной сущности НАТО, о страшной угрозе миру, которая исходит от этого блока. Потом, с перестройкой, появились нюансы, но страшный лик трудно было стереть. И только за годы работы в Брюсселе привык, что это международная организация, через которую американцы и европейцы проводят свою внешнюю политику. А политика — величина переменная.
       Отличие от других организаций — военная специализация, военная структура и священный принцип консенсуса. Если в ООН с ним всегда связывали неуспех из-за чьего-то вето, то в НАТО обычно «дожимали» несогласных, не вынося сор из избы и не доводя до вето. Правило переставало действовать только в моменты кризисов, которые за 54 года истории альянса можно посчитать на пальцах одной руки. И тогда начинали предсказывать крах НАТО. Потом, правда, обходилось.
       Мой друг Фредди Боннарт, который «съел собаку» на натовских делах, будучи основателем и многолетним редактором журнала «Нации НАТО», считает кризис серьезным, но несмертельным и связывает его с недостатком дипломатического воспитания у нынешней администрации США. Нахрап и решимость — разные вещи. К тому же с усилением роли Франции, с вырастанием объединенной Германии из коротких штанишек наказанного, но оберегаемого дитя, с расширением НАТО на Центральную и Восточную Европу (даром что «новички» пока слепо следуют за Вашингтоном) удельный вес США в НАТО — политический, военный, финансовый, хоть и преобладает, но не так, как во времена холодной войны.
       Другой мой друг и тоже эксперт по НАТО, пишущий для американских изданий Armed Forces Journal и Defence News, Ник Фиоренца, — иного мнения. Он убежден, что если «тройка» в ближайшее время в той или иной спасающей лицо форме не присоединится к большинству, то кризис НАТО можно считать крайне серьезным и даже фатальным. Мол, французы и немцы сами были недовольны, когда американцы без НАТО провели афганскую кампанию. Сами просили не оставлять НАТО без работы в эпоху «новых вызовов», чтобы избежать маргинализации. США сделают войну в Ираке и без НАТО. И Турцию прикроют сами. Но не махнут ли рукой на НАТО, как на ненужный рудимент?
       Коллеги из лондонской Independent, оставляя неопределенность прогноза, озаглавили свою статью «НАТО ранена в перестрелке над Ираком».
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera