Сюжеты

СЧАСТЛИВ, КТО ПАДАЕТ ВНИЗ ГОЛОВОЙ

Этот материал вышел в № 24 от 07 Апреля 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Марсельский успех российского театра Каждое утро в самом центре Марселя — в Старом Порту, где бесчисленные мачты яхт отменяют трехмерность пространства, — рыбаки продают свой улов: морских ежей и змей, огромных лобстеров и, конечно, живую...


Марсельский успех российского театра
       

    
       Каждое утро в самом центре Марселя — в Старом Порту, где бесчисленные мачты яхт отменяют трехмерность пространства, — рыбаки продают свой улов: морских ежей и змей, огромных лобстеров и, конечно, живую рыбу. Словом, все то, что только что добыли из Средиземного моря своим трудом, умением и, наверное, талантом. Каждый вечер, который мне посчастливилось провести в Марселе, в театре Турски, расположенном на одном из семижды семи городских холмов (с видом на море), актеры театра «Модернъ» показывали французской публике то, что своим трудом, умением и талантом добыли из российского воздуха. И те, и другие, по-моему, одинаково достойны уважения. Но если рыбаки — сами себе хозяева, то про актеров этого сказать нельзя: театр у нас режиссерский, и насколько глубоко (или высоко?) заброшен невод, зависит в первую очередь от того, кто спектакль ставит...
       
       Светлана Врагова, художественный руководитель и главный режиссер театра «Модернъ», не любит и, по-моему, просто не умеет скользить по поверхности.
       Вот и в поставленном ею и показанном на этот раз на Марсельском фестивале русского искусства спектакле по пьесе Рустама Ибрагимбекова «Петля» вопросы затрагиваются почти «достоевские». Например — может ли человек, по собственной воле расставаясь с жизнью, спасти этим самым свою честь и достоинство целого сословия? Дает ли право такая жертва решать судьбу ближнего? Наконец — может ли убийство, пусть даже общепризнанного злодея, лежать в основе праведного дела?
       Все эти вопросы при переводе на любой другой язык не требуют пояснений и сносок. И это одна из причин успеха «Петли» у французских зрителей. На всех спектаклях 780-местный зал театра Турски был полон. Хотя сами по себе судьбы русских эмигрантов первой волны, пусть и в Париже, французов волнуют значительно меньше их собственных социальных и общемировых проблем. В дни пребывания театра «Модернъ» в Марселе прошли три демонстрации: одна требовала повышения зарплат, две другие — прекращения войны в Ираке (причем первая из них возникла явно стихийно и состояла в основном из подростков 13 — 16 лет).
       Тем не менее, повторяю, театр был полон. Среди зрителей оказалось немало тех, кто видел позапрошлогодний марсельский триумф «Модерна» со «Счастливым событием» Мрожека — на мой взгляд, одним из лучших спектаклей современного российского театра, — и ждал нового шедевра.
       Но были и «новички», открывшие для себя замечательный русский театр только что — благодаря «Петле» («Это очень красиво, — говорила после спектакля русскоязычная девочка лет тринадцати, — такая потрясающая, пластика!»).
       Вообще реакция публики была двухступенчатой: сначала смеялась или хлопала та половина зала, которая понимает русский, уже потом, с небольшим запозданием, — та, которая читала бегущую строку перевода. Впрочем, романсы, прекрасно исполненные Олегом Царевым (полковник Саблин) и Олегом Масленниковым (призрак Распутина), в переводе не нуждались — так органично они вплетены в ткань спектакля (и это одна из родовых черт театра Светланы Враговой). А ткань — легкий и прочный лен русского психологического театра, усвоившего эстетику арт нуво.
       Все действие происходит в мрачной парижской квартире царского офицера Саблина, принимавшего участие в убийстве Распутина. Черный кожаный диван посередине, стулья. Восклицательным знаком, акцентирующим мрачность картины, висит петля.
       Первым на сцене появляется фотограф Жюль (Андрей Болсунов), парижский знакомый Саблина. Он пришел сделать несколько сенсационных снимков повесившегося русского полковника. Сам Саблин его и пригласил, чтобы таким образом вернуть долг (200 франков), но фотограф поторопился.
       К тому же Жюль пришел не один, а со своей русской невестой Ниной (Елена Стародуб). Увидев фотографию Саблина, она узнает в нем своего первого мужчину, с которым рассталась по недоразумению, а вернее сказать, из-за человеческой подлости. Нина решает спасти своего первого возлюбленного любой ценой — даже отказавшись от брака с Жюлем, который гарантировал бы ей спокойную и безбедную жизнь.
       Ее пытается отговорить ординарец полковника Игнатий, он же ротмистр Коновалов (Сергей Пинегин), рассказывающий, что с полковником не все в порядке: ему мерещится Распутин, с которым он ведет долгие разговоры о России. Впоследствии выясняется, что ординарец, прошедший с Саблиным две войны, уже два года сотрудничает с ГПУ и недавно получил приказ убить полковника.
       Сюжетные коллизии держат зал в напряжении все два с лишним часа, которые идет спектакль. Актеры удерживаются на тонкой грани, не срываясь в патетику.
       Очень хороши актерские «дуэты» Царев — Пинегин и Царев — Масленников. Елена Стародуб играет не просто безвестную эмигрантку Нину, а, пожалуй, Нину Петровскую, о которой Ходасевич написал «Конец Ренаты» (вот и с Буниным она знакома). Олег Царев, кажется, родился царским офицером, так же как Сергей Пинегин — ординарцем «из народа». Убедителен и «фактурен» в роли Распутина молодой актер Олег Масленников.
       Постоянно ловил себя на одном и том же ощущении: если бы не десятилетие провала отечественного кино, Пинегин и Царев уже давно были бы всенародно любимыми артистами, а так — увы — их знают только театралы, да и то лишь завзятые — зал театра «Модернъ» в Москве вмещает чуть больше ста человек.
       А французские зрители провожали наших актеров стоя, 10—15-минутными овациями. Было приятно, что не только нефть и газ из России могут пользоваться спросом в Европе.
       Удивительно было и то, что после столь тяжелого спектакля актеры во главе со своим режиссером Враговой находили силы устраивать в фойе театра кабаре — пели русские романсы, а Масленников и Свободина показали даже балетный номер. Публика не отпускала поющих актеров до двух-трех часов утра.
       Инициатива проведения русского фестиваля в Марселе — сугубо частная. Девять лет назад директор театра Турски Мартин Ришар увидел в Каире московский театр («На Покровке»), который ему понравился, и он захотел показывать российские спектакли марсельским зрителям.
       Месье Ришар — человек решительный. В свое время, когда выбивал у городских властей помещение для своего театра, он провисел в центре Марселя несколько часов вниз головой. Французские чиновники куда впечатлительнее наших — помещение Ришару предоставили. Ну а с русским фестивалем все оказалось даже проще, тем более у Ришара нашлись добросовестные помощники: московский театральный критик Константин Щербаков, помогающий составлять программы фестивалей, и марсельский житель, родившийся в Константинополе сын эмигрировавшего царского генерала Георгий Андгуладзе, помогающий в проведении фестивалей.
       В нынешнем, уже восьмом, русском фестивале, помимо театра «Модернъ», участвовали образцовский Театр кукол и Театр Ленсовета. Кроме того, был кинопоказ российских фильмов, тематически связанных с Францией: «Нормандия — Неман», «Пышка», «Не горюй», «Восток—Запад», «Дневник его жены». Хотя того ажиотажного интереса к России, который был на Западе в годы перестройки, сейчас уже нет, русское искусство по-прежнему пользуется устойчивым спросом. Слава богу, ему пока еще есть что предложить.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera