Сюжеты

НАРОД ЖБИ ПРОТИВ США

Этот материал вышел в № 25 от 10 Апреля 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Мусульманин из Ирака — чем не партия для хорошей женщины? Чтоб вам сразу стало интересно — вот соль истории: моя приятельница выходит замуж за мусульманина. Да не простого, а из Ирака. Вот. Теперь можно все рассказать по порядку. 1. Ире...


Мусульманин из Ирака — чем не партия для хорошей женщины?
       


       Чтоб вам сразу стало интересно — вот соль истории: моя приятельница выходит замуж за мусульманина. Да не простого, а из Ирака. Вот.
       Теперь можно все рассказать по порядку.
       1. Ире тридцать шесть лет. Ее сыну пятнадцать. Сын — ее семья. В остальном семья не сложилась.
       И вообще ничего не сложилось.
       Так бывает, что все обваливается разом. Ну, ушел от нее муж к двадцатилетней девочке. Пережил вместе с Ирой трудное время становления, разбогател — и ушел.
       Потом папа у нее умер (мама умерла, когда Ира была совсем маленькой, она и не помнит ее толком).
       Работа навернулась: непопулярная у нее специальность — биолог, специалист по каким-то диковинным насекомым.
       И вот они с сыном живут в съемной квартире, и очень хорошо Ира понимает, что жизнь надо как-то устраивать, и желательно как можно скорее. Она смешно шевелит в воздухе пальцами и с неестественной улыбкой говорит: «Тик-так-тик-так». Это она имеет в виду, что женское ее время уходит.
       Мудрая подруга, у которой в жизни все как раз очень хорошо, мудро посоветовала Ире мудро устроить жизнь. Самое время, говорит, обратиться к услугам брачных агентств и по-быстрому выйти за иностранца. Лучше всего — в Европу.
       И Ира стала искать себе иностранного мужа. Кандидатов образовалось предостаточно. И замуж можно было выйти уже неоднократно. Можно было бы. Если бы цель — свалить как можно скорее из «этой страны» (Ира очень не любит, когда говорят «эта страна»).
       Но биолог Ира обладает душой выпускницы провинциального филфака. И замуж хочет выйти… ладно, не по любви, но чтоб хотя бы какое-то чувство… «она его за муки полюбила, а он ее за состраданье к ним»… или общие интересы…
       2. Для разговоров о женихах у нас раз и навсегда определено одно тихое кафе. Мы там пьем кофе и обсуждаем достоинства кандидатов и перспективы отношений. За последний год особое наше внимание привлекли трое. То есть сначала они привлекли особое внимание Иры. В смысле, в каждого из них она практически влюбилась.
       Был двадцатипятилетний турок, богатый наследник, которого совершенно не смущала разница в возрасте. Ира даже беспокоилась, не извращенец ли. Потом она решила, что турок непременно захочет детей, а ей, наверное, уже поздно. Какое-то время он бомбил ее трагическими письмами, все умоляя о чем-то, потом, видимо, осознал неумолимость отказа и ретировался.
       Был немец, профессор, сорока пяти лет. Представительный и солидный, овдовевший несколько лет назад. Они с Ирой писали друг другу длинные письма, делились впечатлениями от прочитанных книг и прослушанных опер. Потом немец написал, что болен (что-то как раз по мужской части), будет оперироваться и не может гарантировать в дальнейшем полноценной супружеской жизни. «Нужен ли я тебе таким?» — спрашивал он пафосно. Ира подумала и решила, что не нужен.
       И был еще страстный француз. Бизнесмен, занимающийся какой-то туманной деятельностью, весь из себя страстный, мятущийся и любвеобильный. В него Ира влюбилась по-настоящему. И испытала шок, обнаружив, что француз — интернетовский донжуан, ведущий одновременную страстную переписку с несколькими женщинами. Мучил он ее профессионально, как марионетку. Пропадал, появлялся, устраивал сцены ревности, обдавал холодом и благодаря ее непроходимой советской тупости в сетевых навыках получал, видимо, особый кайф, наблюдая неуклюжие попытки следить за ним на просторах брачных сайтов. Потом он пропал, но Ира, к сожалению, успела написать гадкому манипулятору десяток умоляющих писем, вопрошая, взывая, стыдя, умоляя и вообще потеряв всякую гордость.
       И все это время она неестественно улыбалась, бормоча свое «тик-так-тик-так», и ждала от меня успокаивающих заверений, поощрений и увещеваний.
       3. Но вот на прошлой неделе она улыбалась уже вполне естественно. И даже лучилась глазами. Потому как приняла наконец свое брачное решение.
       Надо вам сказать, что еще пару месяцев назад она этого кандидата забраковала. В первую очередь ее смущало его вероисповедание. То есть кандидат сразу сказал, что совершенно не религиозен. Но воспитан в традициях ислама. Потому что он родом из Ирака.
       На этом она его и отшила, правда, очень вежливо. И, в силу все той же вежливости, продолжала изредка перебрасываться с ним письмами в духе «как дела».
       Ее не могло поколебать ничто. Например, то, что он владеет пятью языками (в том числе неплохим русским) и даже знает о существовании такой страны — Украина, что, поверьте, большая редкость в среде зарубежных интеллектуалов. Ее не радовали общность гуманитарных интересов (кандидат — переводчик художественной литературы) и симпатичное материальное положение. Ее не утешала даже территориальная отдаленность кандидата от исторической родины (он тихо-мирно проживает в Италии). Ее не интриговала его внешность (такой себе жгучий восточный мужчина, вполне, я бы сказала, роковой). На предоставленных в изобилии фотографиях кандидат чего только не делал! Горделиво восседал на верблюде. Хмурился над книжкой у камина. Салютовал бокалом, сидя на балконных перилах. Крас-с-савец, одним словом.
       Нет. Не подходил нам кандидат. Категорически. Потому что родом из Ирака, где тиран Хусейн, рассадник международного терроризма и ядерные всякие штуки (надо сказать, что Ира — страстная зрительница теленовостей).
       4. А когда разразилась вся эта беда с войной, я, грешным делом, даже вздохнула с облегчением. Вот, думаю, и хорошо, что ничего у них не вышло. Мало ли что. И ни о чем таком я не думала, когда мы сели пить кофе в кафе. И не насторожили меня даже естественность Ириной улыбки, жертвенный пафос интонаций и какое-то «больное» счастье, плескавшееся в ее глазах.
       Короче, не будем тянуть кота за хвост. Вопреки здравому смыслу и собственным аргументам двухмесячной давности Ира решила влюбиться в иракского кандидата.
       Надо было видеть горячность, с которой она объясняла свой выбор.
       Во-первых, он красавец.
       Во-вторых, умница: ты только представь — художественную литературу переводит, и не какую-нибудь там, а даже Умберто Эко переводил!!! И при этом совсем не бедствует.
       В-третьих, спортсмен.
       В-четвертых, «просто очень-очень хороший человек» сорока лет, сильный и здоровый.
       В-пятых… десятых… В общем, он — настоящий мужчина с душой ребенка. А ислам — такая красивая, правильная, мудрая религия! Она, Ира, за последнюю неделю столько об этом прочла! Она и мне даст почитать!
       5. И что мы в результате имеем. Горячий мужчина норовил соответствующим образом ковать железо (Ира, кстати, голубоглазая блондинка, что, по слухам, оказывает прямо-таки виагровое воздействие на горячих восточных мужчин). В какие-то фантастически короткие сроки Ира вот-вот получит «визу невесты» и меньше чем через месяц отбывает в Италию. Откуда вряд ли вернется, наверное. Она очень счастлива. И уже вконец извела меня непрерывными политинформациями. Никаких ядерных оружиев в Ираке, как выяснилось, нету. Хусейн — хороший несчастный человек, который к тому же три года как помер. Это все — его двойники, хорошие несчастные люди. А у ее жениха — замечательная семья. Добрая и патриархальная. Живущая к тому же где угодно — в Турции, в Италии, чуть ли не в Таиланде… — но только не в Ираке.
       Одну фразу она повторяет постоянно, с незначительными вариациями: «Ты только представь, как ему сейчас плохо! У него на родине — война! У него же должно быть что-то для счастья!».
       6. Для счастья у него, судя по всему, будет Ира. У меня, конечно, язык не поворачивается предостерегающе шутить про паранджу (или как там еще они угнетают женщин?). Зато у сына Иры язык очень даже поворачивается. Он вообще сейчас всем доволен: будущий отчим пообещал отправить его в какой-то суперпродвинутый европейский колледж. Сын у Иры и без того большой шутник, к тому же в агрессивном стиле, как это и принято в пятнадцать лет. Полгода назад он в основном шутил на тему «залить на фиг напалмом всю эту шоблу мусульманскую».
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera