Сюжеты

«НОРД-ОСТ» ЗАКАНЧИВАЕТСЯ — ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ!

Этот материал вышел в № 27 от 17 Апреля 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Уважаемая Анна Степановна! Пользуясь любезным предложением главного редактора «Новой газеты», я хочу высказать свою точку зрения по поводу Вашей статьи «Норд-Ост». Песни и пляски заканчиваются?», опубликованной на прошлой неделе. Для...


       
       Уважаемая Анна Степановна! Пользуясь любезным предложением главного редактора «Новой газеты», я хочу высказать свою точку зрения по поводу Вашей статьи «Норд-Ост». Песни и пляски заканчиваются?», опубликованной на прошлой неделе.
       Для начала разрешите представиться. Может быть, Вы меня не вспомните, но мы с Вами встречались. Произошло это в один из тех трагических октябрьских дней в Театральном центре на Дубровке, когда Вы передавали для заложников воду и сок, за что Вам огромное спасибо. Помните заложника, который принимал у Вас груз и торопливо нашептывал Вам что-то, в тот момент очень важное? Это и был я. К сожалению, тогда нам не удалось толком поговорить, потому что я получил тычок прикладом в спину и приказ конвоира пошевеливаться.
       К еще большему моему сожалению, нам не довелось поговорить и позже, хотя повод был. К Вам в руки попало письмо, адресованное мне. То самое письмо, отрывки из которого Вы опубликовали в своей статье. Мне так и не удалось прочитать его полностью, потому что оно осталось у Вас. Честно говоря, меня это покоробило. Вы, безусловно, вольны высказывать свое мнение о «Норд-Осте», не встречаясь с его продюсером, но, наверное, как адресат письма я был все-таки вправе его получить.
       Главная мысль Вашей статьи очень проста: «Норд-Ост» нельзя было восстанавливать после всего, что случилось на Дубровке, а если уж он и восстановлен, то нужно превратить спектакль в скорбное напоминание о трагедии. При этом желательно поменьше музыки.
       Ваша логика понятна. Но, следуя ей, после блокады Ленинграда нужно было бы закрыть для посетителей Эрмитаж, ведь в этом здании и в непосредственной близости от него погибли гораздо больше людей, чем в результате трагедии на Дубровке. Или почему бы Вам на том же основании не потребовать, чтобы в Мариинском театре прекратили петь и танцевать? Пусть знаменитый петербургский музыкальный театр по-прежнему каждый вечер приглашает зрителей, но не опускается до опер и балетов. Простите, я довожу Вашу логику до абсурда, чтобы показать, что у жизни логика совершенно другая.
       Поверьте, нам очень и очень нелегко было вернуться в Театральный центр на Дубровке и возродить спектакль. Девяносто человек из числа сотрудников «Норд-Оста» оказались в заложниках. При этом семнадцать близких нам людей, семнадцать наших друзей и родственников погибли. Однако мы вернулись. Вернулись, чтобы выполнить свой долг.
       По-вашему, нелогично? Вы ищете причины такого нелогичного поведения? Обвините продюсера в корысти, авторов — в авторских амбициях, актеров — в тщеславии, монтировщиков и осветителей — в глупости? Но тогда придумайте, в чем еще можно было бы обвинить сотни людей, которые пожертвовали свои кровные деньги на возрождение «Норд-Оста», тысячи тех, кто оказал нам моральную поддержку, и десятки тысяч зрителей, которые уже пришли на «Норд-Ост» после его второго рождения. По данным социологического исследования, проведенного независимой группой «Комкон», больше 80% москвичей считают, что «Норд-Ост» должен жить. Неужели все эти люди бесчувственны, или глупы, или одурманены пропагандой? Сомневаюсь. Многие из них чураются высокопарных слов и вряд ли смогут Вам толком объяснить, почему для них так важен живой «Норд-Ост». Просто они так чувствуют.
       Да, феномен живучести «Норд-Оста» трудно объяснить словами человеку, который не видел этого спектакля. А Вы его не видели. Нет, Вы забегали на «Норд-Ост», чтобы набрать материал для статьи, но, покончив со сбором материалов, ушли после первого действия. А жаль! Вы успели посчитать билеты в кассе, заметить у входа автобусы с подмосковными номерами, подслушать разговор подростков о чеченцах, а слона-то и не приметили.
       Если бы на месте «Норд-Оста» оказался какой-нибудь водевиль или эстрадное шоу, то их и вправду не стоило бы восстанавливать. Но в том-то и дело, что «Норд-Ост» — это нечто большее. Если Вам не удалось досмотреть «Норд-Ост», то хотя бы вспомните роман Каверина «Два капитана». Вспомните эту волнующую историю о немом мальчике-сироте, который превозмог недуг, нашел себя в жизни и сумел достичь своей заветной мечты. Вспомните эту потрясающую сказку о правде, которая сильнее предательства, и о любви, побеждающей смерть. Отказ от возрождения «Норд-Оста» для нас был бы равнозначен тому, чтобы растоптать собственную веру и веру сотен тысяч наших зрителей в торжество добра.
       Именно потому, что мы осознаем человеческую миссию «Норд-Оста», Вам удалось зорко подметить на площади перед театром автобусы с подмосковными номерами. Это наша благотворительность. Мы действительно привозим на «Норд-Ост» детей из детских домов, сиротских приютов и даже колоний для несовершеннолетних. Вы даже представить себе не можете, как много значит «Норд-Ост» в жизни этих ребятишек. Я бы мог познакомить Вас с десятками трогательных благодарственных писем, но лучше бы Вы просто дождались окончания спектакля и понаблюдали за тем «подмосковным подростком», о котором Вы так пренебрежительно отозвались в своей статье. Если бы Вы собственными глазами увидели просветленное лицо этого паренька, Ваши суждения о «Норд-Осте» стали бы намного мягче или даже поменялись бы радикально.
       Пожалуй, на этом я бы и закончил полемику с Вами, если бы не событие, которое полностью переворачивает нашу жизнь.
       «Норд-Ост» закрывается.
       Увы. Удар, полученный от террористов, оказался слишком силен. Еще в декабре прошлого года, когда полным ходом шло восстановление спектакля, мы получили результаты социологического опроса, на который я уже ссылался. Согласно этим данным, более половины наших потенциальных зрителей после террористического акта отказались от своего намерения прийти на «Норд-Ост». На первый взгляд — парадокс. Этот результат был получен при том, что подавляющее большинство опрошенных активно поддерживало восстановление спектакля. Однако ничего удивительного в этом не было. Посещаемость московских театров после трагедии на Дубровке упала больше чем на 30%. И о том, что «Норд-Ост» пострадает больше всех, можно было догадаться даже без социологических изысканий.
       Тем не менее, осознавая риск, мы продолжали работать. Мы делали все от нас зависящее, рассчитывая на то, что нам удастся развеять опасения зрителей. Мы надеялись на чудо, но чудо не произошло.
       После восстановления спектакля продажа билетов через кассы по сравнению с осенью резко сократилась. Какое-то время нам помогали сводить концы с концами целевые спектакли и сезонное оживление. К сожалению, осенне-зимний сезон заканчивается. Заканчивается сезон, на который мы так рассчитывали и которого у «Норд-Оста» практически не было. Мы не академический театр, и на регулярную помощь государства нам рассчитывать не приходится.
       Десятого мая наш знаменитый самолет сядет на сцену в последний раз. Это будет 410-й спектакль. Больше 300 раз «Норд-Ост» был показан до нападения террористов, и около 100 раз зрители увидят его после возрождения. И все это — за полтора года. Короткая, но яркая жизнь. Точнее — две жизни.
       В середине мая мы уедем на полуторамесячные концертные гастроли, а по возвращении все актеры и остальные сотрудники, которых в «Норд-Осте» более трехсот, будут уволены. После всего, что мы вместе пережили, расставание будет очень грустным. Я уже говорил с одним из продюсеров мюзикла «12 стульев» Дмитрием Богачевым о возможном трудоустройстве наших коллег. К сожалению, далеко не все актеры и специалисты смогут осесть именно там, но я уверен, что наши люди без работы не останутся. Они — на вес золота.
       Как распорядится Шарикоподшипниковый завод принадлежащим ему Театральным центром на Дубровке, пока никому не известно. Ясно одно: в Москве «Норд-Оста» больше не будет.
       Дорогая Анна Степановна! Предвижу Вашу радость. Вроде бы получилось по-вашему. Могу себе представить также неописуемую радость террористов и их товарищей: они добились своего.
       Кого-то эта новость обрадует, а кого-то опечалит. Думаю, сотни тысяч зрителей, которые успели узнать и полюбить «Норд-Ост», с грустью вздохнут, услышав об этом. А кто-то тихонько пожалеет, что так и не собрался увидеть «тот самый» исторический мюзикл своими глазами.
       
       ОТ РЕДАКЦИИ. «То самое письмо», отрывки из которого опубликовала в своей статье наш обозреватель Анна Политковская («Новая газета» № 24), написано именно как открытое письмо и адресовано всем нам. Скорее даже тем, кто пережил трагические события не внутри, а за стенами Театрального центра на Дубровке.
       Понятны чувства автора письма и журналиста, непосредственных участников трагедии. Понятна искренняя реакция одного из главных создателей мюзикла — безусловно (кто спорит), талантливого, выношенного, а потому уникального явления нашей культуры. И эмоциональность понятна.
       Но и в письме, и в статье — речь не о самом спектакле (как художественном произведении театрального, музыкального или иного искусства). Речь о символе, который каждый воспринимает по-своему.
       Для одних возрожденный «Норд-Ост» — память о погибших. Прежде всего память. Для других — ответ на вызов террористов, отрицание страха, уныния, неуверенности, то есть всего, чего они добивались своим преступлением.
       Ну какая «радость», Георгий Леонардович?! Не «по-нашему» получилось и не «по-вашему». Да и цель террористов — вовсе не мюзикл «Норд-Ост».
       А ваше сравнение с Ленинградом, уж простите, как вы сами пишете, действительно абсурд. Во-первых, время. Во-вторых, в Ленинграде все же есть Пискаревское кладбище, где не пляшут и не поют. И куда приходят совсем не как в Эрмитаж. Это, конечно, не весь город, но это — много.
       Вам не кажется, что авторы первой публикации просто хотят, чтобы и на Дубровке нашлось местечко для своей Пискаревки?
       А в остальном вы правы: жизнь продолжается. Но в ней должно быть место памяти. И одно не отрицает другого.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera