Сюжеты

КРЕСТ СОКУРОВА: ВЕРТИКАЛЬ ИСТОРИИ И ГОРИЗОНТАЛЬ ИСКУССТВА

Этот материал вышел в № 33 от 12 Мая 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

СТАТИСТИКА «РУССКОГО КОВЧЕГА» — После 8 месяцев репетиций картина снята единым кадром за 1 час 27 минут 12 секунд в режиме реального времени. — В действии, охватывающем четыре века и развернувшемся в тридцати шести залах Эрмитажа, приняли...


       

  
       СТАТИСТИКА «РУССКОГО КОВЧЕГА»
       — После 8 месяцев репетиций картина снята единым кадром за 1 час 27 минут 12 секунд в режиме реального времени.
       — В действии, охватывающем четыре века и развернувшемся в тридцати шести залах Эрмитажа, приняли участие около 900 актеров, статистов и музыкантов.
       — Производство картины завершено 10 февраля 2003 года.
       — В Америке артхаузный проект собрал уже больше полутора миллионов долларов
       
       Каждое произведение Александра Сокурова вызывает шквал антагонистических страстей. Приемля равнодушно хулу и похвалу, теряя от перенапряжения зрение, Сокуров с непостижимой работоспособностью продолжает «выдавать на-гора» фильм за фильмом. Самым конвертируемым российским режиссером остается именно он, петербургский маргинал и отшельник. Нынешней весной Сокуров в четвертый раз представит свою очередную работу для участия в официальном Каннском конкурсе.
       Свое строение кинозодчий Сокуров возводил как архитектурный проект. В универсальной системе координат фильма вертикаль истории скрещена с бесконечной горизонталью искусства. По Сокурову, это и есть геометрия вечности. По Сокурову, нам надо догонять самих себя, раз уж посчастливилось очутиться на великолепном ковчеге, построенном задолго до нас. Единственная опора в безумном современном мировом потопе – искусство. Поможет ли оно выплыть?
       Форма фильма – круг. Замкнутый мир Ковчега, на который Ной — Сокуров берет «по паре» — Рембрандта и Рубенса, обоих Николаев, Петра и Екатерину, ангелов Ван Дейка, Петра и Павла Эль Греко, балерину Макарову и Гергиева, обоих Пиотровских. Кругом замыкаются и сам мир искусства, и его прибежище — Эрмитаж. Вслед за случайными гостями в бальных платьях «просачиваемся» во дворец. Скитаемся вместе со Странником (Сергей Дрейден изображает ироничного мемуариста маркиза де Кюстина) – европейцем, изумленно разглядывающим Россию в анфиладах дворца. Вслед за ним скользим по его зазеркалью, заглядываем в решетчатые окна. И через эти металлические «границы» замечаем ускользающие тени: Петра с закатанными рукавами, хохочущей Катерины, царевича Алексея и прочих «дежа вю». Странник переговаривается с автором (голосом самого Сокурова), наигранно недоумевающим: «Где мы?», «На каком языке они говорят?», «Не сон ли это?». Конечно, сон режиссера, зафиксированный технологической новинкой – стадикамом High Definition.
       «Русский ковчег» – это спиритический сеанс. Словно в домашних шарадах, оживает воображаемый мир прошлого. Странник подшучивает над пышностью русского ампира, но в бесприютных скитаниях по «ковчегу» и он втягивается в печальную чарующую атмосферу дворца. Камера здесь — главное действующее лицо. У Тарковского статичная камера следит за неотвратимыми переменами мира. Для Сокурова камера — кисть, живописующая кинопространство, превращающая реальность в смысловые иероглифы, образные конструкции. При всей эпохальности проекта это интимная история отношений художника Сокурова с Эрмитажем, с историей своей страны – отсюда избирательность, субъективность.
       Что есть ход времени? По Кокто: «Кино снимает смерть за работой» — вот квинтэссенция глобального интереса режиссера. Изначально для него время — почти физическая субстанция. Время рассыпано в метафизических молекулах: скрипе дверей, шелесте шелковых платьев, движении теней. Сокуров заворожен стекающим каплями в вечность временем.
       «Русский ковчег» – эксперимент кинематографического алхимика, уже вписанный в исторические анналы мирового кинематографа. Осуществилась давняя мечта кинематографистов, в частности Хичкока: без всяческих манипуляций совпасть с потоком времени, не крошить его на планы, монтажные склейки, снять одним «мазком» камеры. Осуществилась идея Тарковского о «запечатленном времени», линеарном, необратимом…
       Кульминация – бал и торжественная мазурка из оперы «Жизнь за царя» – неповторимый «реквием в мажоре», блистательно исполненный оркестром Мариинского театра (характерная особенность славян — тема прощания звучит в мажоре). Послушные дирижерской палочке Гергиева времена, исторические персонажи смыкаются в «общем величественном танце». Изощренное движение камеры создает особый хронотоп этого неудобного кино. Сокурову привычно снимать «некомфортное» для зрителя кино-лекарство. Его фильмы – всегда провокация. Это субъективный сокуровский ракурс, внутреннее зрение, преображенное камерой в акт творческого познания.
       Что мешает? Моментами возникают «экскурсионная» навязчивость, менторство, явно рассчитанное на неофита, иностранного «гостя» Ковчега. При появлении Пушкина нам указывают: вот-де ваш великий русский поэт. Временами кажется, мы слышим специфические интонации экскурсовода. Не это ли неприкрытое популяризаторство и привлекло к фильму невероятный интерес американцев и главных «экскурсантов» – японцев? Конечно же, мегапроекту не хватило и денег. Все как в самом Петербурге: фасад великолепен, внутренней выделке — костюмам, гриму огромной массовки, цветовому решению – не хватило лоска.
       В финале, после бала, перед самым выходом замрем на мгновение – Сокуров окунет нас в предутренний морок. Текущее незнамо куда время сгущается в плоть тумана. Наконец-то возникнет фирменный сокуровский размытый кадр: расплывчатое марево бесконечности. Мы – странники, лишь на мгновение освещенные огнями лучшего из дворцов. Как и все жившие до нас, погружаемся в зыбкую бесконечность. За окнами ковчега – снега. «И плыть нам вечно, и жить нам вечно…», — слышим мы голос автора, но в интонации его сквозит сомнение, ведущее к неуверенной финальной реплике чеховской Маши: «Надо жить…»
       
       P.S. Государственный Эрмитаж будет впервые открыт для посетителей в ночь с 27-го на 28 мая. Тогда и состоится самая необычная из мировых кинопремьер – официальный показ «Русского ковчега».
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera