Сюжеты

«УНИВЕРСИТЕТ ПОЦЕЛУЕВ», В КОТОРОМ УЧАТ ЗЛОСЛОВИТЬ

Этот материал вышел в № 34 от 14 Мая 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Злословие – дело сугубо бабское. (Мужчинам оно не идет, хотя любят они это не меньше нашего.) Оказывается, можно сделать кухонно-диванный треп телевизионным жанром. Прошлой осенью на канале “Культура” появилась программа “Школа злословия”....


       
       Злословие – дело сугубо бабское. (Мужчинам оно не идет, хотя любят они это не меньше нашего.) Оказывается, можно сделать кухонно-диванный треп телевизионным жанром. Прошлой осенью на канале “Культура” появилась программа “Школа злословия”. Татьяна Толстая и Дуня Смирнова зовут в студию гостя – актера, политика, режиссера, художника и пр. – и ведут с ним беседу на разные темы. А потом, просматривая записи, обсуждают услышанное.
       Ну и мы не удержались. Записали несколько программ, скоммутировали видак и сели перемывать косточки. Просто так. Разве женщинам нужен особый повод для этого?
  
       Виктория Чуткова: Слушай, а кто это? Лицо незнакомое… Что-то мне неясен принцип подбора героев для передачи. Вот Литвинова, Шандыбин, Хакамада, Глазунов, Бильжо, Немцов – они персоны публичные и потому узнаваемые. А сейчас смотрю передачу не с начала, титров нет, и я не знаю, что это за человек и почему его позвали. Разговор же пока не цепляет…
       Надежда Прусенкова: В принципе приходящие в “Школу злословия” — люди неоднозначные. Априорно интересные. Помнишь, первым позвали Гордона? Вариант был совершенно беспроигрышный. На его фоне даже самые умные женщины могут постоянно лажать…
       В.Ч.: Что они и делали!
       Н.П.: …И это все равно было любопытно только исключительно благодаря колоритному Гордону.
       В.Ч.: Дамы были совершенно беспомощны, прикрывались цитатами, попытались напасть, но Гордон, умница, разделал их под орех. Он был настолько убедителен в своих суждениях о конце мира, что всерьез испугал их. А “злословица” Дуня за кадром размякла: “Вот мне нравится, что он говорит… Но я все равно не понимаю…”. Бедняжка…
       Н.П.: Герои у них неоднозначные, может, поэтому в студии — две ведущие? Для усиления эффекта? Все-таки в положении “ведущий — гость” оба равноправны. А если один против двоих? Особенно если его перебивают, как Ирину Хакамаду. Они так хотели высказаться! Хакамада предположила, что Татьяне и Дуне трудно живется, потому что они все знают и ни в чем не сомневаются…
       В.Ч.: Дуня, кстати, мне более симпатична, потому что больше молчит.
       Н.П.: Отличное качество для телеведущей!
       В.Ч.: Она такой облегчающий элемент. Проще и яснее задает вопросы, реже спорит, меньше возмущается. А у Толстой – очень сложные, многоуровневые постройки реплик и вопросов, отягощенные множеством деепричастных оборотов, отступлений, примеров, сослагательных наклонений… Через все эти джунгли бывает трудно продраться.
       Н.П.: Так в итоге они, наверное, должны уравновешивать друг друга. Одна — хохотушка, вся такая легкая и непринужденная, а другая, наоборот, — олицетворение брутального интеллекта, литературная гранд-дама. А вот в программе с Чубайсом они обе были хохотушки. Впрочем, если не разбираешься в предмете, только такое хохочущее кокетство и спасает. Сначала они, конечно, попытались говорить о реструктуризации, энергетической реформе…
       В.Ч.: И поняли, что не катит?
       Н.П.: Ага. И тогда Дуня спрашивает: “Какое мороженое вы любите?”, “А вы ночью храпите?”. На самом деле, безумно интересно, храпит ли Чубайс. Отличные вопросы, но задавать их нужно на десерт. Это аксессуары, детали. А в первую очередь надо владеть предметом разговора, быть в материале, раз уж ты надумал говорить с профессионалом о реструктуризации. А если все время говорить о цвете исподнего, это уже “Окна”!
       В отдел заходит Маргарита, одна из наших коллег по “Новой газете”. Включается в обсуждение.
       М.: Мне не нравится в “Школе злословия” отсутствие динамики и необязательность этого разговора.
       Н.П.: А зачем обязательность? Это же беседа. И потом: непременно должна быть интрига? Завязка, кульминация и развязка, когда все бьют друг другу морды?
       М.: Нет, морды бить необязательно. Я смотрела только отрывками именно потому, что передача не втянула меня в себя. Я не стала участницей этого диалога. Присутствует момент необязательности и размытости этого жанра. И непонятно: либо они стервы, либо же это просто дамское чаепитие, когда приглашен гость в виде свадебного генерала или главной закуски… Обратите внимание: и постановочно все неграмотно организовано. Они сидят вдвоем, как на вступительном экзамене. Две школьных учительницы – у них и внешность соответствующая, – которые принимают экзамен у нерадивых учеников. При этом соблюдая политес, пытаясь быть корректными и остроумными. Но остроумие получается какое-то натужное.
       В.Ч.: А вам не кажется, что они задают сложные вопросы о простых вещах?
       М.: Совершенно точно. И потому очень трудно попасть в стилистику передачи. Герой оказывается в оборонительной позиции, хотя непонятно, почему и от кого он должен защищаться.
       Н.П.: Они не всегда нападают. Бывает наоборот – они совсем мягкие, елейные. Например, Грымова – друга Дуни Смирновой — так просто облизали со всех сторон.
       М.: Этого я не видела. Поняла для себя, что это не сократовская беседа, где главным является поиск истины. Это светский треп, разбавленный иногда ехидством, иногда елеем. Но в целом — ни о чем. Да, в гостях интересный человек. Но вопросы его не раскручивают. Интересный человек не стал мне интереснее и понятнее, потому что я посмотрела эту передачу. И если я изначально с чем-то не согласна, то эти внутренние концептуальные споры так и остаются неразрешенными. Смысл этой передачи мне неясен.
       Снова мы.
       В.Ч.: Вот еще одна штука: передача совершенно не оправдывает названия. Женщины пытались в эфире злословить, обгладывать до косточек, быть ядреными бабенками. А затем, остыв, спокойно и жестко отрефлексировать свою беседу. А часто выходит разговор комплиментарного склада, как кто-то его назвал, “университет поцелуев”.
       Н.П.: На мой взгляд, эта идея недокручена. Задумка была интересная, но на деле получился маловразумительный треп с претензией. И комментарии на уровне: “смотри, как он глазами делает” или “ой, какая я тут страшная”. Для этого не нужны экран и миллионная публика! Кстати, опять-таки в программе с Чубайсом первые минут сорок я ждала, когда же они начнут злословить. За всю программу было момента два-три. И все на тему: “А в жизни он совсем не такой, как на экране!”.
       В.Ч.: Но и этот треп не лишен смысла. Кто станет отрицать, что Толстая — умная женщина? Однако временами это тяготит. Толстая – мастер монолога. Диалог ей труден. Она говорит так, словно пишет эссе. Часто впадая в излишнее умствование.
       Н.П.: Мне вообще кажется, что в передаче очень много самолюбования. Я говорю про обеих ведущих. Смотри, кадр построен на них, вся программа построена на них. Получается программа о двух писательницах.
       В.Ч.: И после всего, что они делают, сколько уже “Школа...” в эфире, мне до сих пор фигура Дуни неясна. Что она за человек, что у нее в голове, какой у нее слог? Непонятно.
       Н.П.: А Толстая понятна?
       В.Ч.: Более или менее – по тому, что я у нее читала. Есть блестяще написанные вещи, а есть…
       Н.П.: …“Школа злословия”!
       В.Ч.: Ну да, менее удачные, если не сказать провальные. А Дуня не вызывает любопытства, желания дальше ее узнать. Дуня уступает Толстой во многом.
       Н.П.: Они же противопоставлены. Вроде добрый и злой следователь. Дуня мирит, если Толстая зарывается… Толстая лепит громадье вопросов, а Дуня – этакое перышко на ветру. Вот в программе “Без протокола” ведущие примерно равны в своих ролях. Нет натужного остроумия, литературной зауми. Они существуют для героя, открывая зрителю его мировоззрение.
       В.Ч.: “Школу злословия” иногда спасает герой, когда он говорит внятно, красочно и не нуждается в дополнительных вопросах. Тогда женщины благоговейно молчат. Помню, великолепен был Хотиненко: ясный ум, живой слог, яркая образность. Но по-прежнему женщины могли как раскрыть его, так и не раскрыть. В этом случае зритель может в ком-то разочароваться.
       Н.П.: А если раскрыли, хотя бы отчасти, победа становится еще ценнее! Я про Шандыбина, например. Им можно дать золотую медаль и простить все, что они говорили до этого, только за то, что дядя Вася Шандыбин, лысый коммунист, на канале “Культура” читает Пушкина!
       В.Ч.: Я поняла: в этом разговоре нет стратегии. Есть отдельно друг от друга вопросы, которые возникают по мере того, как закончился предыдущий ответ. А должна быть единая логика беседы. Когда-то мы изучали законы интервью: если у тебя написано сто вопросов, а “выстрелил” один – строй все остальное на нем.
       Н.П.: Согласна. И к тому же много плохого актерства. Смотри: Дуня вся скована и с трагизмом в глазах, а Толстая пытается играть – мимикой, жестами, интонациями, и тоже получается не очень. В этих шальках, подушечках, халатиках и в чайке с оттопыренными мизинцами, по-моему, очень много необоснованной претензии.
       В.Ч.: А еще, помнишь, была передача с Бильжо? Говорили о диагнозе страны, характере сдвига в мозгах у людей. А потом Толстая достала мягкую мышку, прыгала ею по столу, посадила на плечо… За чаем “злословит”: дескать, Бильжо, как кот, следил за мышкой. Вот зачем это? Я, если честно, не поняла.
       Н.П.: Наверное, в этом был сакраментальный смысл!
       В.Ч.: Ну ладно, я не догоняю. Как думаешь, зрители тоже? Кстати, зачем там зрители в студии?
       Н.П.: Сложно сказать. Микрофон им не дают, вопросы задать нельзя, лотереи никакой, показывают редко, они не танцуют, не поют и не получают призы!
       В.Ч.: В качестве декораций тоже неудачны…
       Н.П.: С декорациями, кстати, у них тоже не очень. Мне кажется, стол великоват – слишком большая дистанция. Сложно вести разговор. Да и студия темновата.
       В.Ч.: Слушай, у нас все сплошное “не” – неправильное, неудачное, недокрученное… Ну есть же в “Школе...” что-то хорошее?
       Н.П.: Есть. Мы там научились злословить.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera