Сюжеты

ВСЕ МЫ В СТЕЛЛАЖАХ ЭТОГО СУПЕРМАРКЕТА

Этот материал вышел в № 37 от 26 Мая 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Мишель Уэльбек «Мир как супермаркет». — М.: Ad Marginem, 2003. — 157 с. Мишель Уэльбек «Платформа». — М.: Иностранка, 2003 — 344 с. …Трое парижан пытаются узаконить систему секс-туров в «третий мир». Респектабельные галлы и бритты,...


Мишель Уэльбек «Мир как супермаркет». — М.: Ad Marginem, 2003. — 157 с. Мишель Уэльбек «Платформа». — М.: Иностранка, 2003 — 344 с.
       
       …Трое парижан пытаются узаконить систему секс-туров в «третий мир». Респектабельные галлы и бритты, работающие по девяносто часов в неделю, заполняют отели сети «Эльдорадор — Афродита». Окостеневших от одиночества мужчин и женщин среди туристов поровну. Но друг для друга у равноправных европейцев нет уже ни страсти, ни нежности. Платить им удобнее. На фото каталога — сенегальские девушки в фиговых листках. Двусмысленный слоган разработан пиарщиками высокого класса.
       Обложка русского перевода романа «Платформа», разработанная издателями высокого класса, точно взята из того же каталога «Афродита». Спереди – надпечатка, фиговый листок цитаты: кровавый кошмар героя, в сюжете роли не играющий. Сзади — тонкая перемычка аннотации: «Мишель Уэльбек (род. 1958) ... самый полемичный и самый продаваемый во Франции и в Европе автор ... провоцирует во Франции скандал за скандалом».
       
       Но вот ведь: и в романе «Элементарные частицы» (1998), и в «Платформе» (2001) героев скандального Уэльбека, изуродованных еще в детстве духовным поиском родителей, интеллектуалов образца 1968 года, всегда спасает попытка примерить на себя узы терпения, нежности, долга. Узы любви к соотечественнице примерно своих лет и своего круга. С таким же опытом долгого одиночества и неумением жить с кем-то под одной крышей.
       Сборник коротких эссе «Мир как супермаркет» поясняет и структурирует его романы. «Философия жизни» встревоженного европейца 1990-х выстроена в жесткую, ясную, по-писательски простую схему. «Мир как воля и представление», по Уэльбеку, более невозможен. Воля, преследующая некую личную цель и тем определяющая смысл жизни, ослаблена и распылена: «Логика супермаркета предусматривает распыление желаний; человек супермаркета органически не может быть человеком единой воли, единого желания.
       …Не то чтобы люди стали желать меньше, напротив, они желают все больше и больше, но в их желаниях появилось что-то крикливое и визгливое. …Желания эти в значительной степени заданы извне — пожалуй, можно сказать, что они заданы рекламой в широком смысле этого слова. <…>
       Реклама... вырабатывает некое устрашающее и жесткое Сверх-Я, которое беспощаднее любого когда-либо существовавшего императива, которое прилипает к человеку и бесконечно твердит ему: «Ты должен желать. Ты должен быть желанным. Ты должен участвовать в общей гонке, в борьбе за успех, в кипучей жизни окружающего мира. Если ты остановишься — ты перестанешь существовать. Если отстанешь — ты погиб».
       Начисто отрицая понятие вечности, определяя самое себя как процесс непрестанного обновления, она стремится к подавлению субъекта…».
       Мир одноразовых вещей, книг и человеческих связей, главной ценностью которого стала гонка обновления всего и вся, отнимает у человека лицо и устойчивость. А значит — и возможность контакта с другим существом. И само понятие о роде, нации, истории. (Собственно, обо всем неодноразовом, начиная с настоящих книг.) Человек-чип этого мира, управляемый электронным импульсом извне, отличен от человека-винтика лишь уровнем потребления. Стеклянно-стальная архитектура и дизайн жилищ хранят в подсознании архетип стеллажа супермаркета (что и доказано не без остроумия).
       В ясную и довольно логичную схему здесь вместилось многое: Шенген, политкорректность, одичание предместий, свобода пола и рост насилия, венские художники-акционисты 1950-х и их наследники (забавно, что в эссе поименованы живые прототипы самых одиозных художников из «Платформы»).
       Речь идет о вырождении «фаустовского человека». О мире, который лишен стержня ценностей. Оттого и каждый абориген утратил твердость позвоночника. Речь о цивилизации, которую должна спасти «новая онтология». Но чему может принести присягу Европа 2003 года — Уэльбек не знает.
       И заклинает публику, читая в сердце старого Парижа стихи:
       Мы существовали когда-то, такова наша легенда.
       Некоторые из наших желаний создали этот город.
       …Жизнь остыла, жизнь покинула нас.
       А поскольку «мир как супермаркет» прирос ежели не Россией, то уж Москвой — без сомнения — в схемы Уэльбека вписывается и наш опыт.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera