Сюжеты

ЗЕЕЛОВСКИЕ ВЫСОТЫ: ПОБЕДА, КОТОРУЮ МЫ ПОТЕРПЕЛИ

Этот материал вышел в № 39 от 02 Июня 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Эта публикация вызвала жестокие споры среди читателей Статья о битве за Зееловские высоты «Победа, которую мы потерпели», опубликованная в № 32 «Новой газеты», вызвала, пожалуй, рекордное количество откликов на нашем сайте в интернете. Мы...


Эта публикация вызвала жестокие споры среди читателей
       

  
       Статья о битве за Зееловские высоты «Победа, которую мы потерпели», опубликованная в № 32 «Новой газеты», вызвала, пожалуй, рекордное количество откликов на нашем сайте в интернете. Мы публикуем лишь небольшую их часть с послесловием автора.
       
       ЮРИЙ: Читал воспоминания немецкого солдата. Он был вторым номером у пулемета на Зееловских высотах в доте (бетонный колпак). В течение дня пулемет работал непрерывно, и на поле перед дотом выросла гора (без преувеличения) трупов — личный состав полнокровной дивизии. Первый номер, не выдержав, сошел с ума... После этого дот был захвачен... Победа, похожая на поражение.
       
       Беня КРИК: Я прихожу к выводу, что главное в этой публикации — не правда о событиях мая 45-го, которая не стала бы менее правдивой уже после празднования годовщины Дня Победы, а дата публикации. Не для ветеранов написана статья — они в интернете не сидят. А вы бы попробовали, дорогая редакция, наклеить на фанерку заголовок статьи и выйти на улицу 9 Мая и объяснить ветеранам, что май 45-го и декабрь 95-го суть одно и то же... Неужели для коррекции остатков победной атрибутики российского этноса все средства хороши?..
       
       ВЛАДИМИР: Г-н Меленберг, скорее всего, вы правы, но какие из этого выводы? Тогда-то людьми руководило ожесточение войны, а сейчас — безнаказанность. Но спасибо хотя бы за правду далекого прошлого. Не очень оно пересекается с нынешним.
       
       АЛЕКСАНДР: О сложных периодах жизни страны вы, современные журналисты либерального направления, пишете последние 10— 12 лет много. Правду о войне нам хотите рассказать? Все это мы знаем… Вам надо облить грязью прошлое моей страны (моего отца — комдива, моего старшего брата — командира зенитно-артиллерийской батареи, моей матери – пулеметчицы), но не получается. Приходится еще раз (в который?) возвращаться к Жукову, Зееловским высотам, Катыни и т.д. и т.п. Публикацию вашей статьи накануне Дня Победы расцениваю как очередную провокацию.
      
       СОСЕД: Статья — типичнейший пример идеологической диверсии и очернительства, проплаченный из-за бугра. И поверьте: нет в моих словах никакой ксенофобии и антиамериканизма. Просто на вещи надо смотреть трезво и не прятаться за политкорректными слоганами.
       
       К. — СОСЕДУ: Ты ничего не сказал по существу статьи. Это очень горькая, но ПРАВДА. Ну а тебе легче, если голова в песке?.. Вольному воля.
       
       Cлава АРХАНГЕЛЬСКИЙ: Статья хорошая. Правильная. Мой отец воевал всю войну солдатом. Дед погиб в боях на фронте. Родные страдали от бомб и голода. Историю не перепишешь. Те ветераны, кто еще жив, переосмыслить историю и переоценить жизнь в большинстве своем не могут, и не надо этого от них ни требовать, ни ждать… А переосмысление и понимание истории нужны молодым, для них такие статьи нужны. Моим детям нужны. За это автору и газете спасибо. Тем, кто воевал за своих отцов, матерей, детей, как люди, наше благодарное спасибо.
       ...Я несколько неточно написал о неспособности ветеранов войны переосмыслить историю и жизнь. Первые правдивые рассказы о той войне я не читал в самиздатских книгах, и слышал я их сначала не по радиоголосам, которые эти исследования зачитывали оболваненному молодому поколению совка. Я слышал их от самих ветеранов. Десятки жутких рассказов солдат и моряков, офицеров и военачальников, ленинградцев и тыловых вдов о том, как эта война шла на самом деле. Вот они-то знали правду о войне — в отличие от нас, невоевавших.
       Они ВСЕ подтверждали написанное в статье Александра Меленберга или наоборот – статья резюмирует то, что рассказывали мне живые люди. У меня волосы дыбом вставали от масштабности той картины бессмысленных преступлений, тупости, жестокости командования и советской власти во время страшной войны, которая возникала из этих воспоминаний. Почти всегда люди сопровождали свои рассказы словами «только ты никому этого не говори...».
       
       СЕРГЕЙ: Полезная публикация. Давно искал печатное подтверждение своих подозрений о «замечательной» операции по взятию Зееловских высот. По косвенным признакам всегда оставалось ощущение какого-то непорядка. Как, например, танковые армии — на непрорванную оборону. Не совсем понятно, правда, почему Жуков действовал именно так. О нем мнения (и воевавших в том числе) очень разные, скажем мягко, но неумелым полководцем его никто не называл.
       
       RUS: Есть ли у белобилетника-автора, едва ли носившего солдатские кирзовые сапоги, моральное право заявлять, что ротные находились вдали от окопов. Мой дед — пехотный ротный, из солдат, дошедший до старлея, имевший 5 (!) медалей «За отвагу», который семь (!) раз был ранен, конечно, уже не сможет ответить Меленбергу. Деда нет в живых. Но есть я — и я не позволю клеветать на память таких, как дед.
       
       Павел ДРОБЫШЕВ: За 50 лет столько вранья было написано про войну, что разгребать и разгребать еще десятки лет. Жизнь солдата для советских маршалов и генералов ничего не значила, и, как показала недавняя история, жизнь человека в нашей стране до сих пор ничего не значит — штурмы Грозного, Дубровка… Правильная публикация.
       
       
ПОЧЕМУ ПРИШИБЕЕВЫ ГЛАВНЕЕ ТУРБИНЫХ?
Логика военных стратегов: «Народу в России много»
       
       Вполне естественно, что авторы интернет-отзывов приблизительно в равном количестве разделились на сторонников и противников публикации. Неудивительно и то, что противники не смогли привести никаких весомых доводов, цифр, фактов в опровержение тех, что приведены в статье, а предпочли перейти на личность автора, что всегда истолковывается как слабость мировоззренческой позиции оппонентов.
       Мои родственники по отцу не воевали. С началом войны они были высланы в Сибирь, а потом направлены в трудармию, в тот же ГУЛАГ, на место угнанных на войну зэков. Дед там навсегда и остался. А другой дед, по материнской линии, погиб на фронте. И не был он ротным командиром, а был рядовым пехотинцем. Мне память о нем дорога никак не меньше, чем представителю титульной нации, укрывшемуся под псевдонимом RUS. И в Советской армии я честно отслужил два года механиком-водителем (Прикарпатский военный округ, 282-й гвардейский танковый полк).
       Именно этот номер газеты, уважаемый Беня Крик, мои коллеги раздавали 9 Мая на Чистых прудах на празднике, устроенном «Новой газетой» совместно с управой Басманного района. Ветераны брали, читали. Не со всем, конечно, соглашались, но и «в коррекции остатков победной атрибутики» нас не обвиняли.
       Что касается реплики Сергея о мотивах именно таких действий Жукова, то я приведу один пример. После выхода номера в редакцию позвонила Г.Е. Марченко — дочь участника штурма Зееловских высот полковника Е.Т. Марченко, командира 39-й гвардейской стрелковой дивизии, входившей в состав 8-й гвардейской армии генерала Чуйкова. Галина Ефимовна рассказала об одном из эпизодов, о котором ее отец, прошедший всю войну, не мог равнодушно вспоминать до самой своей смерти:
       «Перед началом боев за Зееловские высоты 39-й гвардейской стрелковой дивизии был придан танковый корпус. Фамилии и имени командира корпуса не помню, я только запомнила характеристику, что это был немолодой, очень интеллигентный, очень знающий военный. Они с отцом стали думать, как брать эти высоты. Поскольку там все доты были нацелены против танков. Специально укреплены. Отец сказал, что танками их брать нельзя. Значит, надо что-то придумать. И придумал создать небольшие, в три-четыре человека, боевые группы, переправить их за линию фронта, и чтобы они забросали доты гранатами. Сколько смогут уничтожить. Чтобы хоть какие-то проходы для танков образовать. Этот генерал с папой согласился. И когда отец говорил с Чуйковым, тот тоже согласился, что это будет разумно. В ночь перед атакой они уже начали готовить эти боевые группы — и вдруг звонок. Просят к телефону генерала. Оказалось, что с НП армии звонил Жуков и стал его ругать матом. Папа вспоминал, что этот генерал в одну секунду стал белым, как бумага. А Жуков орал на него матом, что он предатель, изменник, что он его застрелит собственной рукой: почему не идут в атаку танки? Потом трубку взял Чуйков и то же самое повторил полковнику Марченко. Стал страшно в истерике ругаться. После чего танки пошли в атаку. Папа вспоминал, что утро было на редкость тихое и ясное, и дым от горящих танков ровными столбами поднимался вверх, как будто это стояли деревья… И казалось, что весь этот склон покрыт дымным лесом. Он называл цифру этих танков, превратившихся в черные столбы: где-то 400 единиц. Было видно, что ни один танк не прошел».
       Не то чтобы Георгий Жуков был неумелым полководцем. Просто он упивался огромной властью, данной ему Сталиным, а с другой стороны, являлся типичным советским стратегом выучки времен гражданской войны. Как и другие представители этой группы, он всерьез гордился тем, что «академиев не кончал». И в предвоенной подковерной борьбе реально примыкал к Тимошенко, Буденному и Ворошилову, противостоявшим «академикам» — Шапошникову, Василевскому, Антонову (все, кстати, бывшие офицеры царской армии). А Жуков, Тимошенко, Буденный, как известно, царские унтер-офицеры. И проводили они в жизнь унтерскую стратегию в пику офицерской. Тому примером — еще один эпизод, рассказанный комдивом Марченко дочери:
       «В начале советско-финской войны он был связным у будущего маршала Тимошенко. Впереди располагалась тщательно укрепленная финнами линия Маннергейма. Тимошенко, не мудрствуя лукаво, приказывает взять ее прямой атакой. 5-я рота 157-го полка, естественно, полностью ложится перед дотами. Подходит эшелон с новыми бойцами. Отдается команда: «Вы — 157-й полк, 5-я рота. Приказываю, вперед!». Снова солдаты и офицеры почти полностью лежат перед дотами. Подходит новый эшелон. «Вы — 157-й полк, 5-я рота. Приказываю, вперед!». Опять все лежат. Подходит новый эшелон. «Вы…» — и опять… Наконец на исходе второго дня атак кто-то из окружения Тимошенко не выдерживает: «Мы уже 27 тысяч положили. Надо же что-то делать!». На что тот бросает: «Народу в России много»...
       Сын белорусского крестьянина Ефим Марченко показал себя истинным офицером. А значит, дело тут совсем не в белой кости. ТУРБИНство или ПРИШИБЕЕВщина проявляются у военачальников вне зависимости от социального происхождения. Разве не проявились они во время чеченской войны? В том-то, наверное, и беда наша, что унтеры почти всегда оказываются на более высоких должностях, чем истинные офицеры.
       Павел Дробышев, может быть, несколько сюрреалистично заявил, что одним из результатов Победы было то, что Жуков «набил себе дачу трофейным искусством». Тем самым он предвосхитил одну из следующих публикаций под рубрикой «Архив: единица хранения». Речь пойдет о трофеях, точнее об их количестве.
       Комдив Марченко привез домой из Германии всего лишь один предмет — рояль в подарок жене. К нему была приложена расписка бывшего хозяина: «Герр офицер Мартшенко купил этот рояль у Карла Пфайфера за такое-то количество марок». И вовсе не потому, что могли возникнуть проблемы при пересечении границы — пограничники смотрели на такие вещи сквозь пальцы. Просто комдив не мог допустить того, что жена или кто-то другой подумают, что офицер Марченко мог отобрать рояль у гражданского лица. Но много ли было таких приверженцев офицерской чести, а не унтерской «смекалки»?
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera