Сюжеты

ДАЕШЬ КУЗНЕЦКИИ МОСТ!

Этот материал вышел в № 40 от 05 Июня 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

НО… ВИРТУАЛЬНЫЙ ИЛИ РЕАЛЬНЫЙ? Студенты и преподаватели разрабатывают уникальный проект — в нем можно реально объединить прошлое и современное Москвы С 5-го по 12 июня пройдет акция «Даешь Кузнецкий мост!», посвященная 500-летию первого...


НО… ВИРТУАЛЬНЫЙ ИЛИ РЕАЛЬНЫЙ?
Студенты и преподаватели разрабатывают уникальный проект — в нем можно реально объединить прошлое и современное Москвы
       

  
       С 5-го по 12 июня пройдет акция «Даешь Кузнецкий мост!», посвященная 500-летию первого деревянного и 250-летию белокаменного моста, давшего имя и «самой московской», как утверждают краеведы, улице нашей столицы. На глазах у зрителей волей и талантом преподавателей и студентов Высшей школы ландшафтной архитектуры и дизайна Московского архитектурного института (МАРХИ), под музыку Георгия Свиридова, будет возведен Мост-символ, которого давно уже нет на улице Кузнецкий Мост
       
       Минули времена, когда докомпьютерные мальчики и девочки, гуляя в этих краях, наивно спрашивали у родителей: «А где же мост?».
       Кончается святая простота,
       И интернет раскидывает сети,
       И новое срывается столетье
       Вниз головой с Кузнецкого моста.

       С виртуального моста, естественно. Реальный же трехъярусный красавец затаился под землей, пронизанный, опутанный нервной системой современного мегаполиса – всевозможными коллекторами, тепловыми и электрическими коммуникациями. Наткнулись на него в 1986 году при отнюдь не археологических раскопках – шел ремонт сетей. Экскаватор не успел натворить больших бед – власть тут же взяли в свои руки археологи и архитекторы-реставраторы. Аккуратно обнажили фрагмент моста, потом снова законсервировали. Перестроечная общественность требовала тогда (12 тысяч подписей под петицией!) открыть мост для человеческих взоров. Но случился август 1991 года — и всем уже стало не до археологии и архитектуры. Идею отложили до лучших времен. Вот и залег мост драгоценным ископаемым под самым сердцем Москвы.
       Но почему же общественный интерес к скрытой под землей архитектурной жемчужине реанимировался именно сегодня? Дело в том, что надгробным памятником ей может стать проектирующийся сейчас крупный торговый центр как раз на этом месте.
       Между тем в последние два года в Московском архитектурном институте защищен целый ряд дипломных проектов на тему: как открыть мост и вписать его в городской пейзаж? Справедливости ради скажем: авторы их ничего не знали о рождающемся одновременно рыночном проекте. Ими двигало чувство не конфронтации, а скорее исторической справедливости. Специалисты считают, что на этих студенческих проектах лежит печать таланта, уважения к истории, желание и умение сопрягать ее с современностью. И главное – проекты эти чрезвычайно экономичны, малозатратны.
       Верят ли сами организаторы акции, что виртуальные студенческие мосты на ватмане и в макетах пересилят материальную весомость торгового центра? Марина Петровна Антохина, директор Высшей школы ландшафтной архитектуры и дизайна, говорит: «Наша задача – бросить камень, чтобы пошли круги по воде. Может, ничего и не выйдет, а может…»
       Да, надеются не очень. Но все равно делают шаг против ветра. Если даже и не удастся вывести на свет божий уникальное творение Ухтомского и рыночный энтузиазм восторжествует и на сей раз, они с чистой совестью могут сказать, что недомыслие творилось не с их молчаливого согласия. Они-то дали ему свой, пусть и не равный, но бой.
       Однако к месту ли тут военная терминология? Может, есть и другие, бескровные пути? А что если соединить проект торгового центра со вскрытием моста или хотя бы его фрагмента? Что если найти сопряжение студенческих предложений с проектом профессиональных архитекторов и волей московской власти? Даже если торговый центр поглотит раскрытый участок моста в свои интерьеры – это ведь подарит новостройке необычный, живописный, исторически объемный акцент.
       Между прочим, когда выдающийся зодчий XVIII века Дмитрий Васильевич Ухтомский задумывал свой Кузнецкий мост, то одновременно спроектировал и связанные с ним в едином ансамбле торговые ряды. Он в высшей степени обладал и ансамблевым, и функциональным мышлением. Чтобы смягчить крутизну моста, протянул его на 120 метров. Не слишком ли много для скромной речки Неглинки? Но это, а также три яруса моста были одновременно и защитой от возможных наводнений.
       Нынешние студенты МАРХИ не чужды этих уроков из прошлого. Впрочем, история виртуальна. Если доподлинно известно, что мост Ухтомского появился именно 250 лет назад, то неясно, был ли он первым каменным сооружением на этом месте. Руководитель мастерской № 9 «Спецпроектреставрация» архитектор Олег Игоревич Журин (это он вместе с главой московской археологии Александром Григорьевичем Векслером открывал обнаруженный уже в конце XX века мост 1753 года) полагает, что был и более ранний каменный мост начала XVI века. То есть прибавьте еще 250 лет. А уж датировка первого деревянного моста над Неглинкой — и того условнее. Ведь где 500 лет, там может быть и 600, и все 850.
       Кузнецкий мост и связанные с ним дипломные проекты— хоть и центральное, однако не исчерпывающее всю акцию событие, а лишь ее пусковой механизм, символ-девиз, или, как теперь говорят на рекламном языке, – бренд. Что такое мост? Встреча, соединение.
       Случилось так, что на одном временно€м пятачке сошлись несколько событий в архитектурном мире, каждое из которых достойно отдельной выставки или хотя бы презентации. В России восстановлена на федеральном уровне прикрытая когда-то по явной чиновничьей дурости профессия ландшафтного архитектора. Родилась соответствующая «Гильдия профессионалов». Выходят в свет журнал «Ландшафтная архитектура и дизайн» и словарь «Ландшафтный дизайн». Школа дизайна и икебаны Согецу в Японии (в переводе — «Луна и трава»), пользующаяся мировой славой, присвоила российской школе ландшафтной архитектуры и дизайна МАРХИ официальный статус своего филиала – честь, которой удостаиваются немногие избранные.
       Но отмечать каждое из этих событий отдельно для нас нынче, по нашей бедности, неподъемно. Вот и решили объединить все это под одной крышей московского Дома художника на Кузнецком, в одной акции, словно несколько разных спутников на острие одного ракетоносителя. 5 июня – «Даешь Кузнецкий мост!». 6 июня – День истории Москвы. 9 июня – День японской культуры. 10 июня – День ландшафтной архитектуры и дизайна.
       Когда-то, много лет назад, советуя познакомиться с дипломником архитектурного института Славой Колейчуком, мне о нем сказали без тени юмора: гениальный студент. Он тогда вместе с однокурсником Юрием Смоляровым, почти одновременно с великим американским архитектором Б. Фуллером и независимо от него открыл новый класс вантово-стержневых, или самонапряженных, конструкций, которые ныне работают повсеместно в самовозводящихся строениях на земле и в самораскрывающихся антеннах в космосе. Потом обрел мировую известность как первооткрыватель очевидного-невероятного во многих областях формообразования, недавно увенчан Государственной премией России. И вот читаю в программе сегодняшней акции: «7 июня – встреча с московскими «чудаками» и гениями – выпускниками МАРХИ (профессор Колейчук В.Ф., архитектор-художник Стучебрюков Б., Виноградов Г., художник Франческо Инфанта)». Ну уж тут и я могу дать личную гарантию: будет фантастически интересно!
       Поначалу опасались эклектической сборной солянки. Но вдруг оказалось – между всеми этими событиями выстроились невидимые самовозводящиеся мосты и связали все в единое по духу целое.
       Около двух с половиной столетий назад, примерно в то же время, когда строился мост Ухтомского, Леонард Эйлер решил знаменитую задачу о семи мостах. Доказал, что невозможно пройти семь мостов к острову на реке Преголе в нынешнем Калининграде так, чтобы на каждом из них побывать только раз. Пройденное обязательно пересечется с настоящим. Вот так и у нас. Кажется, Кузнецкий мост пребывает лишь в исторической виртуальности со всеми его деревянными и белокаменными ипостасями. Но кто знает, может, и недалеко то время, когда авторы нынешних посвященных ему дипломных проектов в ответ на вопрос своих детей: «А где же мост?» возьмут их за руку и вместе с ними вступят на реальные, вырванные из подземной темноты каменные плиты.
       Как идея, Юрий Михайлович?
       
       Ким СМИРНОВ
       
Наша анкета
       
       1. Своевременна ли идея вызволить из-под земли старинный Кузнецкий мост, открыв его для обозрения москвичам и гостям столицы?
       
       2. На месте, где он в глубине законсервирован, предполагается возвести крупный торговый центр. Пока проект не утвержден, гипотетически возможны три варианта. Первый: объект строится безо всякого учета навсегда погребаемого под ним исторического памятника. Второй: отказ от строительства в пользу реконструкции моста. И, наконец, третий: в проект строительства торгового центра вписывается раскрытый мост или его фрагменты. Какой из вариантов ближе лично вам?
       
       3. Как вы относитесь к начинающейся сегодня акции студентов и преподавателей Московского архитектурного института «Даешь Кузнецкий мост!»?

       
       
       Сигурд ШМИДТ, почетный председатель Археологической комиссии Российской академии наук, академик Российской академии образования:
       1. Мне близка идея вернуть людям одну из исторических жемчужин нашей столицы. Однако прежде чем раскрывать белокаменный мост XVIII века, я бы очень серьезно взвесил: а впишется ли он в ансамбль улицы, где не сохранилось ни одного современного ему дома? Не будет ли мост выглядеть странной игрушкой среди зданий XIX и начала ХХ веков, выдержанных в основном в стиле русского модерна? Не станет ли он просто археологическим казусом, который создаст, кстати, и новые, совершенно сумасшедшие транспортные заторы?
       Порой сталкиваешься с парадоксом: когда у зодчих нет от Бога данного сверхчувствования гармонии, единства городского пространства, исторические памятники, инкрустированные в их проекты, выглядят игрушечными новоделами, хотя в действительности и являются подлинниками.
       В идеале хорошо бы найти решение, которое и мост откроет, но и развяжет этот непростой и градостроительный, и транспортный, и экономический узел. Реально ли это нынче с финансовой точки зрения — не знаю.
       2. До знакомства с конкретным проектом ситуация действительно гипотетическая. Но коль уж вмешательство архитекторов и строителей в ансамбль улицы станет неизбежным, то раскрытие и реставрацию моста я бы в принципе предпочел строительству торгового центра.
       У нас хватает торговых центров рядом с Кремлем. ГУМ рядом, ЦУМ рядом. «Детский мир». Рыночным стало подземелье под Манежной площадью. Обидно, когда сердце Москвы, где столько памятников истории и культуры, становится только торговым.
       Мне нравится многое из того, что сейчас строится в столице. Но ко всякого рода вмешательствам в ее историческую сердцевину надо относиться крайне осторожно. Москва — уникальный город. Ни в одном из мировых городов, которые я видел, — а это и Париж, и Рим — нигде нет такой красоты, как наш Кремль на горе, да еще с одной стороны — Василий Блаженный, а с другой — Пашков дом. И у нас же — горький урок, когда рядом с этой красотой подняли бетонную серую доску нового «Националя», а потом все равно пришлось сносить это чудище.
       И строить новое, и реставрировать старое в таком святом месте надо прежде всего с умом, не бросаясь в крайности. И потому из трех предложенных вариантов мне, наверное, предпочтительнее третий.
       3. Этот всплеск творчества молодых очень хорош для воспитания уважения к отечественной истории и культуре.
       К сожалению, в предыдущем поколении зодчих такое уважение было утеряно. Не хочу обижать всех, но это было поколение, которое допустило Новый Арбат и другие архитектурные безобразия, имевшие место в недавнем прошлом. Вот почему особенно дороги мне в новой молодежной акции ее историческая и гражданская составляющие.
       Уже сама постановка этого вопроса и участие в его решении молодежи, которой жить и творить в третьем тысячелетии, обнадеживает. Отрадно, что эта молодежь понимает: в городе столь древнем, имеющем такие замечательные исторические памятники, невозможно создавать архитектурную среду будущего, не сопрягая в своих проектах настоящее и прошлое.
       
       Александр ВЕКСЛЕР, главный археолог города Москвы, академик Российской академии архитектуры и строительных наук:
       1. Возможно ли это технически, пусть ответят подземщики, специалисты по городским коммуникациям. Но я думаю, если исходить из приоритетности исторических памятников и исторической памяти, при сегодняшнем всесилии строительной техники всегда можно найти разумное, рациональное решение. И если возникнет такая возможность, я ей буду только рад. Что же касается археологов и архитекторов-реставраторов, то памятник законсервирован так, что раскрыть его в любое время, безусловно, можно.
       2. Отвечать на этот вопрос преждевременно: проект, о котором идет речь, еще не рассматривался нами. Как только он будет рассмотрен, с удовольствием отвечу на любые вопросы. Если же чисто теоретически… Вы меня как бы обижаете! Понятно — я за третий вариант.
       3. Интересная акция. Я ее приветствую и приглашаю всех читателей «Новой газеты»: пожалуйста, приходите!
   
       "Новая газета"

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera