Сюжеты

Леонид МЛЕЧИН: СПЕЦСЛУЖБЫ КРАЛИ ПОЛОТЕНЦА У НЕЛОЯЛЬНЫХ. А СТРОЙ НЕ УБЕРЕГЛИ…

Этот материал вышел в № 42 от 16 Июня 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

СПЕЦСЛУЖБЫ КРАЛИ ПОЛОТЕНЦА У НЕЛОЯЛЬНЫХ. А СТРОЙ НЕ УБЕРЕГЛИ… Известный телеведущий Леонид МЛЕЧИН долгие годы занимается историей различных спецслужб мира. Этой теме посвящен целый ряд его книг (например, «КГБ. Председатели органов...


СПЕЦСЛУЖБЫ КРАЛИ ПОЛОТЕНЦА У НЕЛОЯЛЬНЫХ. А СТРОЙ НЕ УБЕРЕГЛИ…
       
       Известный телеведущий Леонид МЛЕЧИН долгие годы занимается историей различных спецслужб мира. Этой теме посвящен целый ряд его книг (например, «КГБ. Председатели органов госбезопасности. Рассекреченные судьбы», «МИД. Министры иностранных дел. Романтики и циники», «Русская армия от Троцкого до Сталина», «Моссад. Тайная война»), а также телевизионная программа «Особая папка» (ТВЦ)
       
       — Леонид, в обывательском сознании спецслужбы представляются некими мистическими силами, вездесущими, как Святой Дух, и всемогущими, как Господь Бог. Насколько близки к истине такие представления?
       — Это колоссальный миф, созданный как самими спецслужбистами, так и многочисленными писателями и журналистами, спекулирующими на этой теме. Точно так же, как и во всех других учреждениях, в спецслужбах, кроме высоких профессионалов, немало карьеристов, выскочек, любителей погулять, отдохнуть. И существующая здесь военная дисциплина порой оборачивается только своей негативной стороной, потому что абсолютное подчинение начальству, принятое в армии, подрывает любую эффективную работу. В истории не было ни одной спецслужбы, которая могла бы похвастаться колоссальными успехами.
       — А ЦРУ, КГБ?
       — Любые спецслужбы способны решать только небольшие, второстепенные задачи. Все эти маленькие победы не приводят к победе большой. Вспомните провалы американских спецслужб, допустивших события сентября 2001 года, и отечественных, позволивших террористам захватить культурный центр на Дубровке. В ГДР существовало огромное министерство госбезопасности с колоссальным количеством осведомителей и тайных агентов, превосходивших по своей численности даже гестапо. Но эта служба не помогла государству сохраниться. А происходили там фантастические эпизоды. В архивах спецслужб после крушения ГДР нашли немало интереснейших документов. Например, одна семья хотела уехать в Западную Германию. Чтобы этого не допустить, спецслужбисты проникали в дом и меняли полотенца. Например, в один день исчезали все белые полотенца, а на другой — все синие и так далее.
       — С какой целью это делалось?
       — Естественно, супруги рассказывали про такие загадочные события всем своим друзьям, а те слушали их, конечно же, с удивлением. Цель была в том, чтобы выставить эту отъезжающую пару в роли сумасшедших. Кстати, их квартира в течение 24 часов с помощью большого числа микрофонов прослушивалась, а потом масса людей эти записи расшифровывала. На все это уходили колоссальные ресурсы без всякого, как мы видим, толка.
       — А у нас в годы советской власти как глубоко проникали спецслужбы в частную жизнь?
       — Дело в том, что существовал чудовищный страх перед спецорганами. Именно в этом и заключалась главная сила КГБ, а вовсе не в том, что они все про всех знали. Ведь даже с партийной властью можно было спорить, а с КГБ — нет. Если кто-то вдруг решал, что данный человек опасен, это тут же фиксировалось в его деле. Он ни о чем и не подозревал, но его вдруг переставали выпускать на международные симпозиумы за границу, повышать в должности и так далее. И, поскольку никто, кроме спецслужб, никаких подробностей не знал, защититься от их происков было невозможно. А система была страшной. Представьте себе: в 1921 году произошло восстание в Кронштадте, и не так давно выяснилось, что документы об этом восстании до последних лет советской власти постоянно вынимались из архива и просматривались. Знаете, для чего? Проверяли, не было ли у назначаемых на заметные должности чиновников и руководителей родственников в Кронштадте.
       — ГБ была всевластна, проникала везде и всюду?
       — Такова была система, но все, что они могли сделать, — это испортить жизнь как отдельному человеку, так, по существу, и всей стране. А способствовать ее процветанию они не смогли и даже оказались неспособны защитить кормивший их соцстрой.
       — Не так давно многих поразило признание Михаила Козакова о связях с ГБ. Было ли взаимодействие органов и деятелей культуры массовым явлением?
       — Да, оно было очень распространено. Некоторых вербовали и просили подписать бумажку, что я, такой-то, обязуюсь сообщать все важное, услышанное и увиденное мной. Другие же сами встречались со службистами и в доверительных беседах им все выкладывали. Более того, многие к этому стремились: одни — из желания как-то приподняться, другие — из страха. Вот несколько лет назад был скандал с главой правительства Литвы Казимерой Прунскене. Стало известно, что по возвращении из заграничных поездок она писала отчеты в КГБ, поскольку боялась, что в следующий раз не выпустят.
       — Насколько верно, что в те годы не только интеллигенция, но и церковь находились под колпаком КГБ и, более того, вся деятельность церкви контролировалась и направлялась органами?
       — Об этом можно судить по отчетам 5-го управления КГБ, занимавшегося интеллигенцией и церковью, которые в 1992 году были рассекречены и опубликованы. Из них следует, что большинство иерархов церкви состояли в связи с офицерами госбезопасности. Любое повышение в сане, а также назначение на новое место того или иного священника проходило только с санкции соответствующего подразделения КГБ. В этих отчетах целый ряд церковных иерархов названы псевдонимами, из чего следует, что они рассматривались как агентура госбезопасности. Но обвинять церковников невозможно: иначе они не смогли бы работать. Ведь существовавшие в то время уполномоченные по делам религий являлись только прикрытием, на самом деле все решал офицер КГБ, ответственный за данный приход.
       — Писали и о том, что блестящая карьера священника малозаметного прибалтийского прихода отца Ридигера — ныне Патриарха Алексия II — объясняется его связями с органами. Насколько это верно?
       — Мне трудно судить, так это или нет, но в тех публикациях он фигурировал под псевдонимом, то есть и его КГБ рассматривал как своего агента.
       — А сейчас существуют ли подобные отношения между органами и интеллигенцией?
       — Достоверной информацией по этому вопросу я не располагаю. Но если такие отношения и есть, то, конечно, в значительно меньшей степени, чем в советские времена. Потому что такого страха перед органами, как раньше, сейчас нет.
       — Но порой кажется, что некоторые телевизионные криминальные программы используются органами как средство для слива нужной им информации...
       — Совершенно верно, есть целый ряд журналистов, которых коллеги ласково именуют «сливными бачками». Но основная проблема состоит в том, что расcледовательской журналистики как таковой у нас нет и быть не может.
       — Почему?
       — Расследовательская журналистика предполагает, что какому-то журналисту редакция поручает несколько месяцев заниматься определенным вопросом, разумеется, выплачивая ему при этом зарплату, что в наших условиях практически невозможно. Второе: должна быть законодательная база, которая позволит журналисту получать любые документы, что у нас также очень и очень затруднено. Получается, что криминалом занимаются журналисты, имеющие личные контакты в тех или иных спецслужбах, от которых они и получают информацию, выдаваемую ими затем с телеэкранов как некий эксклюзив. И поэтому почти всегда видно, на чьей стороне — скажем, МВД или ФСБ — находится журналист.
       — Эволюцию наших спецслужб можно проследить и по изменению их аббревиатур: ВЧК, НКВД, КГБ, ФСБ. Какая из этих спецслужб была, на ваш взгляд, самой сильной?
       — Список был даже длиннее: ВЧК, ГПУ, ОГПУ, НКВД, НКГБ, МГБ, МВД и так далее. Расцвет органов госбезопасности пришелся на время Андропова, при котором сотрудники КГБ были почти везде. Даже в самых отдаленных точках существовали кураторы и осведомители КГБ. Я не говорю про учебные заведения, НИИ и прочие учреждения. Этот аппарат разросся до таких колоссальных размеров, что управленцы КГБ не смогли с ним справиться. Эта система оказалась не в силах освоить огромный поток доносов и сообщений, который шел из различных точек страны. И, таким образом, КГБ, по существу, дезориентировал руководство компартии страны и внес свой вклад в разрушение Советского Союза, причем весьма весомый. Хотя бы тем, что все недостатки соцстроя чекисты усугубили, мешая продвижению умных и талантливых людей.
       — Как вы считаете, не идут ли люди работать в органы, чтобы как-то компенсировать свои недостатки, ущербность или закомплексованность?
       — Бывает и так. Вот интересный пример — почему наш президент пошел в органы госбезопасности. Я понял это, когда писал о нем книгу. Представьте себе мальчика из средней семьи, живущей в плохонькой коммунальной квартире. Серые будни, безрадостные праздники. Ему, конечно, хотелось вырваться из такой жизни. И книжечка сотрудника КГБ делала тебя принадлежащим к числу избранных, открывала широчайшие возможности. Путин занялся дзюдо, потому что хотел в своем кругу стать самым сильным, самым заметным, а когда пошел в КГБ, потерял интерес к спорту — одно заменило другое.
       Или пример Андропова, который вообще был соткан из одних комплексов и страшно боялся всего и вся: начальства, коллег и даже своих подчиненных. Он комплексовал по поводу своего происхождения, поскольку его подозревали, что он еврей. Кроме того, Юрий Владимирович пережил венгерскую эпопею, когда во время восстания вешали сотрудников венгерской госбезопасности. Будущий генсек был смертельно напуган и потребовал защитить посольство танками. Эти страшные воспоминания остались с ним на всю жизнь. Наверное, чтобы оградить себя от навязчивых идей и постоянного страха, он и запустил затем машину КГБ.
       — Тем временем депутаты предлагают расширить полномочия ФСБ. На ваш взгляд, действительно ли в этом есть необходимость сегодня?
       — Я считаю идею расследования административных правонарушений с помощью ФСБ неуместной. Разговоры о расширении полномочий органов госбезопасности идут от неправильного понимания их роли. Еще с советских времен КГБ, а теперь и ФСБ не может найти свое место в структуре правоохранительных органов страны. ФСБ должна заниматься проблемами шпионажа, национальной безопасности. В первую очередь необходимо уделить внимание Чечне, обострению национального и религиозного радикализма в России и в мире, угрозе терроризма. А всю информацию, необходимую для привлечения граждан к уголовной ответственности, необходимо передавать Генпрокуратуре и МВД. Во времена Крючкова КГБ занимался и недостачами в торговле. Чекисты ходили по магазинам, что-то доставали из-под прилавков. Зачем поручать людям то, что у них плохо получается? Если обязанности обоих министерств (МВД и ФСБ) дублируются, в результате они оба не справляются со своими прямыми обязанностями.
       — Как вы смотрите на положение дел в сегодняшней милиции?
       — На мой взгляд, ситуация в нашей милиции очень непростая. Тут даже слово «коррупция» не совсем адекватно, поскольку милиция как институт превратилась в преступную систему, в которой люди не в свободное, а в рабочее время зарабатывают, точнее, выколачивают деньги преступным путем. И, какое бы подразделение милиции мы ни взяли, они все к этому причастны: ГАИ «стрижет» деньги с водителей, другие получают деньги с рынков, третьи зарабатывают перепродажей краденых машин. И тут уже никакая реформа или чистка положения не исправят, необходимо воссоздание этой системы, только уже в новом виде.
       — А в вашей жизни были ситуации, когда милиция приходила вам на помощь?
       — К счастью, нет. Только однажды я находился внутри отделения и видел, как в «обезьяннике» задерживались очень симпатичные люди — белорусы, приехавшие сюда поработать, а по ту сторону решетки с оружием в руках ходили разнузданные, отвратительно матерящиеся милиционеры. Я смотрел и думал, что неплохо было бы их поменять местами.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera