Сюжеты

ДЕМОН-МАРГИНАЛ СО СТРАНИЦ ДОСТОЕВСКОГО

Этот материал вышел в № 42 от 16 Июня 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Мариинский театр показал своего «Демона» — оперу Антона Рубинштейна, не шедшую здесь более полувека Фирменный фестиваль Мариинского театра «Звезды белых ночей» в этом году по случаю юбилея Санкт-Петербурга растянулся на три месяца....


Мариинский театр показал своего «Демона» — оперу Антона Рубинштейна, не шедшую здесь более полувека
       

 
       Фирменный фестиваль Мариинского театра «Звезды белых ночей» в этом году по случаю юбилея Санкт-Петербурга растянулся на три месяца. Основные юбилейные мероприятия уже остались позади — гала-концерт для президентов, шоу на Дворцовой для «народа».Настало время премьер. 6 июня здесь давали «Демона» — раритетную оперу Антона Рубинштейна. 9 июня героем вечера стал Игорь Стравинский: в программу под названием «Дань Стравинскому» вошли недавняя постановка театра опера «Царь Эдип» и две балетные премьеры-реконструкции — «Весна Священная» и «Свадебка» (о них читайте в следующем номере).
       
       На фестивале «Звезды белых ночей» это была первая оперная премьера. Прежде российской премьеры этот «Демон» уже звучал в феврале в парижском Театре Шатле на возобновленных «Русских сезонах». Премьера стоила внимания по ряду причин. Во-первых, уж очень завлекательное название; во-вторых, ставил оперу не кто иной, как мастер отечественной режиссуры Лев Додин; и, наконец, возглавлял этот оперный проект романтического века маэстро Валерий Гергиев, названный ЮНЕСКО «Артистом мира» и имеющий мифическое амплуа демонического дирижера.
       Музыка оперы в отличие от названия безобидна, орнаментальна и вполне традиционна для своего времени. За исключением двух арий Демона («На воздушном океане» и «Я тот, которому внимала»), нескольких удачных хоров и оркестровых фрагментов, действительно вводящих слушателя в некий демонический транс, музыка течет в русле романтических музыкальных идиом, пассажей, грозных и мрачных завываний и адских литавр, которые в избытке можно встретить и в мефистофельских сонатах Листа, и в готических ужасах оперного Вебера.
       И все же «Демон» — лучшее, что смог написать пианист и дирижер Рубинштейн, нашедший себе эффектную тему в век нигилизма. Лев Додин потому, видимо, и решил оставить такой опере все условности, подновив и как бы оправдав-эстетизировав их вместе с художником (художник-постановщик — Давид Боровский, художник по свету — Жан Кальман) статикой примитивиста Пиросмани.
       ...Плоские объемы, из действия в действие меняющие очертания. По центру основной панели вырезана грузинская церковь с многозначительно подчеркнутыми контурами креста, края которого озарены синеватым свечением. Далее появляется намек на передислокацию в горы, где по сюжету гибнет жених Тамары — князь Синодал (гибнет, как и полагается по ветхому оперному завету, очень продолжительно и все не умирает); далее — сцена свадьбы-оплакивания, потом — монастырская стена и келья Тамары. И трагическо-катарсический финал. Такое вот дословное следование за текстом, без интерпретаторских внедрений.
       Картинка же везде не самая надоедливая — добротная, аскетичная и никому не мешающая рамочка. На картинке этой передвигаются персонажи, одетые в очень даже однозначно прочитываемые костюмы кавказского характера (художник по костюмам — Хлоя Оболенски). Кстати, платье Тамары было выдержано в весьма актуальном модном фасоне. Сам же Демон — фигура едва ли не маргинальная, одетая в пальтишко и носящая хипповские патлы, в прошлом — патлы нигилиста (чтобы не ходить за примером далеко — патлы Федора Раскольникова). Демон этот слаб, сам мается, хоть и соблазняет дочь Гудала, еще имея гипнотическую власть над экзальтированной незамужней княжной.
       И Тамара, и Демон были отданы для воплощения тем, кто сделал это, — как в кино или драматическом театре: ярко, точно, в образе, с верной интонацией и жестом. Свой заключительный дуэт исполнители провели на пределе возможностей, компенсировав статичность предыдущего хода событий. Одна из ведущих сопрано Мариинского Татьяна Павловская даже больше сыграла свою героиню, чем спела, хотя и спела ее выразительно. Для Евгения Никитина — исполнителя заглавной партии — новая роль стала абсолютным попаданием в десятку. Именно в этом образе сошлись те черты, которые он до сих пор выявлял у каждого персонажа, которого приходилось исполнять (а ими были и Руслан, и Борис Годунов, и даже Фигаро).
       Но основным источником энергии для главного героя была даже не младая княжна, а оркестр во главе с маэстро Гергиевым, в очередной раз поразивший своей способностью возрождаться из пепла после предыдущего фестивального спектакля.
       «Демон» получился локальным, без угнетающей, далеко идущей концепции-морали и нервных срывов. Впрочем, с тем, чтобы опероманы все же знали, где эти демоны водятся, и береглись от искушений оказаться в грозных горах Кавказа. Параллельные миры — партитуры, сценографии и режиссуры — не сошлись, а потому не вызвали к жизни нечто демоническое, наверное, к счастью, оставив его за пределами постижимого.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera