Сюжеты

КТО СКАЗАЛ, ЧТО У НАС ВСЕГО ДВЕ БЕДЫ? А СТАРИКИ И НАЛОГИ?

Этот материал вышел в № 46 от 30 Июня 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Вера Сергеевна устроилась на работу. Хорошая работа: во-первых, от дома недалеко, во-вторых, пятьсот рублей. Пятьсот рублей, по меркам захолустного Ярцева, сумма нешуточная. Тем более для пенсионерки. С понедельника Вера Сергеевна будет...


       
       Вера Сергеевна устроилась на работу. Хорошая работа: во-первых, от дома недалеко, во-вторых, пятьсот рублей. Пятьсот рублей, по меркам захолустного Ярцева, сумма нешуточная. Тем более для пенсионерки. С понедельника Вера Сергеевна будет убирать территорию вокруг поликлиники. Летом просто подметать и мусор выносить, а зимой – снег сгребать. Вот со снегом, наверное, тяжело будет, на восьмом-то десятке. Но до зимы еще дожить надо, а пятьсот рублей нужно найти прямо сейчас. Поэтому, собственно, и устроилась она на работу. У Веры Сергеевны собственный дом в Ярцеве под Смоленском, свои 10 соток. Купила, когда в 90-м уехала из Баку. Кто ж тогда знал, что все так обернется?
       
       Поначалу обживалась Вера Сергеевна нормально, только за Союз очень переживала. Однако не успела она распаковать привезенные из Баку сервизы, как свалилась на ее голову напасть: назначили новый налог на землю. Вроде и небольшой, но, в общем, больше обычного. Правда, сказали: на такие меры мы идем для поддержки детских домов Смоленщины, приносим свои извинения.
       А потом пошло-поехало: что ни год – то повышение налога. И не меньше, чем в полтора раза. Еще пару лет назад Вера Сергеевна за свои десять соток 174 рубля платила, в прошлом году уже три сотни содрали, а теперь бумагу на 512 рублей принесли. А откуда им взяться?
       Пенсия у Веры Сергеевны 931 руб. Из этих денег надо за газ заплатить (157 руб.) и за телефон (105 руб.) – итого 262! За телефон – вообще в первую очередь, без него даже подругам не позвонить. Живут подруги вроде и недалеко – через две улицы, у шоссе, но там с недавних пор — болото. Ремонтировали трассу Москва — Минск, и водостоки прямо на улицу Лазо спустили. А сапоги у Веры Сергеевны уже второй год как прохудились. Только звонить осталось.
       Дальше: к 262 руб. за газ и телефон прибавляем еще 200 – на лекарства. Вера Сергеевна сильно болеет. В иной месяц и больше на лечение вылетает: если, например, анализы делать. Все ведь платно, даже гипс наложить, случись что… А в ближайшее время Вере Сергеевне придется затянуть пояс потуже – это уж как пить дать. Что-то с ногой случилось – распухла она и болит. Придется ее, проклятую, лечить, а это еще триста рублей, не меньше. В местной администрации (в Желтом доме, как ее тут называют) специалистка по финансам на вопрос, почему медицина платная, зевая, отвечает: «Потому что врачам жрать нечего».
       Вере Сергеевне, впрочем, тоже нечего, хоть и ездит она за продуктами в соседний Смоленск:
       — Там еда дешевле – белорусы привозят. Вот я у них косточки беру по десять рублей: из них бульон хороший. Потом хвостики свиные. Хорошие, скажу я вам, хвостики, особенно вот эти места, — Вера Сергеевна тянется рукой к пояснице. — Но уже по тридцать.
       Пенсионеры ходили в Желтый дом жаловаться на голодуху. Там довольный Черепанов, главный в Ярцеве по социальным вопросам, сказал: вы свое при советской власти съели.
       — Раз уж так, — причитают старухи, — то ставили бы нас к стенке, и быстрее бы вышло, чем голодом-то морить.
       — А тут надо же, еще они свою бумагу с налогами прислали, — горюет Вера Сергеевна. — Все накопления на это уйдут. Чем они у себя в Москве думают, когда нам такие налоги выписывают?..
       Копит Вера Сергеевна не на машину и не на отпуск на Канарах. Копит, чтобы к зиме купить уголь (тысяча рублей) и дрова (еще тысяча). Теперь и на земельный налог откладывать придется.
       Случаются у ярцевских и непредвиденные расходы. Вот, допустим, у вокзала новый храм строят. Уже три раза приходили деньги собирать – по 50 рублей. Все строго, под расписку, а не давать нельзя, поскольку батюшка ругаться будет.
       Впрочем, церковные поборы местных пенсионеров не пугают – отдают безропотно. А вот против вечно растущего налога на землю сплотились все. Вера Сергеевна с подругами написали гневное письмо Путину, ждут ответа. Но президент безмолвствует. Теперь собираются писать в Думу: пускай примут меры, льготы какие-нибудь придумают. Нельзя же так: за землю платят одинаково — и Вера Сергеевна в босоножках 1979 года выпуска, и братья Антоновы, которые уже третий особняк на Рабочей улице достраивают.
       Словом, настроены ярцевские пенсионерки серьезно. Взять, к примеру, Нину Николаевну и соседку ее Людмилу Даниловну. Они уже Путину тридцатирублевую прибавку к пенсии отправляли – даром что за болотом живут. Восстали они против земельного налога не хуже Веры Сергеевны, хотя платить им не за 10 соток, а за классические 6 (стало быть, не 512 рублей, а 330).
       — А я администрации так и сказала: приезжайте с самосвалом и забирайте ее, землю эту. Не нужна она мне за такие-то деньги, — голосит бойкая Нина Николаевна.
       — Все равно ничего не растет: как атомная станция выброс свой сделает, так картошка вся и полегла, — рассудительно вторит ей Людмила Даниловна. — Москва всех этих гадостей не имеет и за свет платит 66 копеек, а мы – 83!
       Дома у Нины Николаевны висит портрет Брежнева, а под ним – Путин напутствует Маслова, нынешнего губернатора Смоленской области.
       Я интересуюсь:
       — Нина Николаевна, а зачем вам эти портреты?
       — Брежнев-то? А мой дед клеит. Говорит, это наша жизнь была.
       — А Путин?
       — А это сейчасошная жизнь.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera